Чтение онлайн

Вокруг наших с Гаэль прилипших друг к другу фигурок бушевали не только смерчи, но и в землю били молнии. Я направила стихию на бандитов, и когда они все были обездвижены, дала ей команду успокоиться. Воронки вместе с молниями утянуло вверх. А мы обе, вымотанные, осели на землю. Доджер, пятясь назад к маленькой двери в гараже, собирался сбежать. Но Марун догнал его, схватив за рукав пиджака, оттолкнул в сторону так, что щуплый коллекционер, чуть не упал.

Даже при том, что ворот в гараже больше не было, здесь было очень темно. На улице только вдалеке горели фонари, возле дома вечер уже все окутал своим темным покрывалом. Действуя интуитивно, я стала призывать магию Света. И к моему удивлению, словно из неоткуда, ударил яркий луч, озарив нутро гаража. Марун схватил антиквара за грудки и прижал к стене.

– Где семья историка Грихэль, которую ты украл?
– сквозь зубы рявкнул детектив.
– Куда ты их спрятал?!

Лицо Доджера исказила злобная гримаса.

– А с чего вы взяли, что они здесь?
– мерзко ухмыляясь, выдавил он.

Но детектив был настроен очень воинственно и не собирался сдаваться.

– Где они, отвечай!
– крикнул взбешенный Бэрс и, подхватив с пола какую-то бутылку, ударил ее об стену. Осколки полетели в разные стороны, а в руке детектива осталась "розочка", которую он приставил к горлу антиквара. По стеклу побежала кровь, а на шее у Доджера образовался порез. В его взгляде промелькнуло что-то звериное: то ли страх загнанного в угол животного, то ли первобытные инстинкты самосохранения.

– Я держал их здесь, - просипел он, - но через неделю они пропали. Не знаю, как. Сбежать отсюда было невозможно!

Все в моей душе перевернулось вверх тормашками. Я уже не знала, во что верить. Если Доджер не убил их, то моя семья должна быть жива! Но то, что антиквар говорил о невозможности сбежать отсюда, было правдой. Если бы не магия метеорита, которая была в нас с Гаэль, мы ни за что бы не смогли вырваться из магической западни. Но вот моя семья как-то смогла!

Осматривая гараж, я пыталась найти какую-то лазейку, потайную дверцу, в которую они могли бы сбежать. Но поняла, что они, как и мы с Гаэль, сидели в иллюзорном "каменном мешке" и выхода, как и входа из него не было. И тут мой взгляд остановился на стене. Я подошла поближе и увидела нацарапанный чем-то на кирпичах круг. Проведя пальцами по глубокой бороздке, сделанной явно острым предметом, я подумала о своей семье и отошла, опустив голову. Марун проводил меня взглядом, отвлекшись на долю секунды от Доджера. А тот не преминул этим воспользоваться и дотянулся до трости, прислоненной к стене. Мгновение. И в руках антиквара блеснул кинжал с золотой кошкой на рукоятке, который он вытащил из трости. Алый порез на руке Маруна заставил его ослабить хватку, и Доджер вырвался из его рук. Гэрис сплел пальцы, чтобы пустить в негодяя огненную сферу, но та растаяла, едва появившись.

– Я же предупреждал, что в этом месте могу пользоваться парадоксами только я!
– с диким торжеством выкрикнул Доджер, расплывшись в зверином оскале. И ударил Гэриса парадоксом "Ножа", ранив его в бок.

С громким визгом Гаэль подлетела к Рису, а он оперся о ее плечо, теряя сознание от болевого шока. Я вытолкнула друга на улицу и почувствовала покалывание в руках. Упала на колени рядом с ним и начала его лечить.

Марун тем временем напал на Доджера со спины. И в удушающем приеме попытался выбить из его руки кинжал. Но хитрый маг снова произнес какой-то парадокс и вырвался из сильной хватки детектива. Пока Гэрис приходил в себя от ранения, Маруну удалось схватить Доджера за глотку так, что тот не смог бы ничего произнести, и намахнулся на него "розочкой", зажатой в руке. Но бандит увернулся и удар пришелся в стену, как раз в том месте, где был процарапан круг. И тут произошло нечто неожиданное. Царапина на стене засветилась, словно изнутри, очерчиваясь по круглому контуру. И в центре ее образовался темный проход, в который преступник и детектив, вцепившиеся друг в друга, разом ввались.

– Мару-ун!
– закричала я и рванула за ним. Но прямо под моими руками стена, будто исцелившись, заросла, оставив лишь тонкую царапину. А я в бессилии заколотила руками по кирпичной кладке. И еще долго била руками, сдирая кожу с пальцев, уже ничего не видя от слез.

– Марун! Марун! Марун!
– звала я, словно он мог услышать меня. И осела на пол. Сквозь слезы я посмотрела на друга. Он стоял рядом, а в его могучих объятиях рыдала Гаэль, уткнувшись носом ему в грудь.

В одно мгновение мой мир исчез. Все, кого я люблю пропали за этой проклятой стеной, к которой я привалилась. Невесть откуда появившаяся прореха в пространстве поглотила не только мою семью, но и человека, без которого я больше не представляла своего существования. В голове, как и в сердце образовалась пустота, и только единственный вопрос глубоко залез под кожу и жёг меня изнутри: «Что же мне делать?» Мое отчаяние уступило место злости на весь белый свет. «Я найду их! Всех найду!» - бросила я ему вызов.

Как мы попали ко мне домой, я не помнила. Опухшая от слез Гаэль заснула в гостевой комнатке, где прежде жил Марун. Гэрис позаботился о том, чтобы послать мираж миссис Праер и успокоить ее, что девушка жива и здорова и находится у нас. Пока он разговаривал с ней, я сидела в своей гостиной, забравшись на диван с ногами, обхватив их. Гэрис вышел из кухни со стаканом в руке и попытался меня напоить. Зубы клацали по стеклу, а я, поперхнувшись водой, закашлялась. И сунув ему стакан обратно, уткнулась в колени.

– Солари, расскажи, как вы смогли вырваться из плена и противостоять антиквару? – спросил он, сосредоточенно уставившись на меня, будто от моего ответа что-то зависело.

Я сбивчиво рассказала ему об изобретении Коригана, о том, как использовала силу метеорита, о «лекарстве» для Гаэль, и что-за энергией мы теперь обладаем. Рис слушал, ни разу не перебив. Возможно, он понимал, что мне лучше отвлечься разговорами, чем тонуть в своем горе и плакать от отчаяния. Пересказывая недавние события, я снова переживала их и опять принялась всхлипывать, подобравшись к ужасному финалу. Но Гэрис вовремя меня остановил, вставив свой комментарий:

– Не знаю, как, но мы точно знали, где вы, словно кто-то звал нас в то место, где вы были.

– Это Гаэль. Она звала вас с Маруном. – объяснила я, наблюдая, как у него округляются глаза.

Как только я упомянула имя моего детектива, с мольбой посмотрела на Гэриса и наивно спросила:

– Мы ведь найдем его, правда?

Друг молча кивнул. А потом обнял меня и твердо проговорил:

– Обещаю!

И глубоко вздохнув, перешел на деловой тон:

– Завтра мы можем вернуться в поместье Дори и еще раз там все осмотреть. Я послал мираж Амнер, сообщил о случившемся. И вызвал визуаров опечатать это место…

Его слова звучали фоном для моих вопящих во всю глотку мыслей, разрывающих душу и сердце. В тот самый момент, когда я думала, что всегда буду с Маруном, мы поссорились. А потом мой любимый пропал! А я даже не успела с ним помириться! Не сказала ему то, что должна была сказать. И не услышала от него, что он прощает меня. Слезы опять лились потоком. Как и где его искать, я не представляла, но знала, что, если нужно посвящу этому поиску всю свою жизнь.

Гэрис еще что-то говорил об обыске каждого уголка в поместье антиквара. Но, увидев мое состояние, неожиданно заявил:

– Солари, Марун - мой друг, он неоднократно спасал мне жизнь. Я клянусь, что не успокоюсь, пока не найду его, - поймал мой взгляд и поправился, - Мы найдем его!

Его боевой настрой заставил мое сердце начать новый отсчет времени...

Эпилог.

...Соленые волны, разбивающиеся о скалу, капельками скатываясь по щекам, смешиваются со слезами. Самые острые грани гигантских обломков горной породы там внизу подо мной обточило море. Милосердие стихии, чтобы не так было страшно прыгать. Хотя теперь уже все равно. Еще шаг вперед, и боль закончиться. Но сильные руки прижимают меня к груди, в которой учащенно бьется сердце.

– Нет, Лара!
– голос его дрожит...

...Зеленые глаза так строго смотрят, будто впервые меня видят.

– Я влюбился в тебя с первых минут нашей встречи! Я доверился тебе! А ты мне нет!

...Неожиданно в кирпичной стене проявляется похожая на люк круглая дверь. В порыве борьбы преступник и дознаватель падают в нее и через секунду темный проем, проглотив обоих, исчезает.

– Мару-ун!
– мой собственный крик раздается в голове… И я просыпаюсь.

Шея затекла, ноги онемели от неудобной позы. Сквозь слипшиеся глаза никак не могу разобрать, что-за голубое свечение передо мной. Неужели я заснула прямо перед компьютером? Протерев глаза, я облегченно вздохнула. Это мерцает магический огонек в голубом стекле настольной лампы. А предо мной лежат записи Коригана, которые я перечитывала всю ночь.