Чтение онлайн

– Принимаю, мы в расчете. – Аллор улыбнулся Тулкасу, тот кивнул. Эльдин наклонила голову, в свою очередь улыбнувшись Вале.

– Ну так что тебе делать было, как не отпустить? – продолжил Ульмо, разведя руками.

– Есть Закон, а есть – Воля, – прищурился Владыка.

– И что теперь делать? – почти одновременно спросили Ульмо, Тулкас и Ирмо.

– Не знаю. Решение принято, отвечаю за него я – и отвечу. У каждого есть свой предел, и я до своего дошел.

Ульмо нахмурился:

– И что же с тобой будет? Если Единый против твоего решения…

– Не знаю, Ульмо, – видишь сам, как Он объясняет.

– Ты решил идти до конца? – проговорил мрачно Повелитель Вод.

Астальдо сдвинул брови, его сотворенные приблизились, внимательно вслушиваясь в беседу. Ирмо нервно стиснул руки. Подошедший Ауле невольно прикрыл глаза.

– Я уже не смогу вернуться к прежнему. И не хочу. Да буде я даже смирюсь, верность придется доказывать – а на ком? И так до Второго Хора?

Ульмо вздохнул:

– Я понимаю. Ты лучше сгинешь. А что с Ардой будет – без тебя? И вообще – что будет?

– Если бы я знал… – прошептал Манвэ.

– Собственно, мы же ничего особенного не делаем, – пробормотал Ирмо, – за что тут все крушить? Ему что, Арды не жаль?

– Ну вот разве что Арду пожалеет… – протянул Владыка. Покосился на Аллора, поймав на себе его взгляд. Майа виновато опустил глаза.

«Прости, Манвэ, если сможешь, – я не думал, что все так обернется. Более всего я не хотел бы неприятностей для тебя – а теперь ты все это расхлебываешь…» – безмолвно обратился он к Королю.

«Теперь это уже неважно – решение-то мое. Мог бы сразу всех обратно за Грань отправить… И хорошо, что вышло так – а то я сам себе давно уже опротивел… Лучше дай закурить – у тебя-то точно есть…»

Аллор поспешно достал из футляра самокрутку и протянул Манвэ. Извлек из деревянной, покрытой изнутри сталью коробочки тлеющий бутон железного цветка и поднес Владыке. Тот глубоко затянулся и улыбнулся майа. Потом все же попытался встать. Тулкас осторожно подхватил его и поставил на ноги. Манвэ, пошатнувшись, невольно вцепился в его руку. Огляделся – часть Валар разошлась, Феантури стояли неподалеку. Вот и хорошо.

– Надо идти, – проговорил Манвэ. – Каждый из вас может сам решить, что делать. Я действительно не хочу, чтобы еще кто-то навлек на себя немилость Творца. Если вы полагаете, что я творю сейчас зло, можете поступить соответственно. Думаю, Отец оценит преданность, – не удержавшись, едко добавил он.

– Когда-то Эру объяснил мне, как именно Мелькор намерен пакостить моей стихии, – сказал Ульмо, – но лед и снег не так уж и плохи… Мелькор, конечно, поступад, как считал нужным, не сообразуясь с нашими деяниями, – и не помню, чтобы мне приходила в голову мысль допустить, что в чем-то он может быть прав… А теперь, даже если Эру не ошибается в том, что большинство его творений и деяний обратились в зло для Арды, – то все равно это было давно. И я не вижу даже с такой точки зрения, – он бросил взгляд в сторону Мелькора, тот пожал плечами, – необходимости лишать его еще одной возможности примириться с нами – раз уж так сложилось. Наказание должно служить исправлению, иначе оно бессмысленно. И потом, вы все же братья – если тебе, Мелькор, небезразлично, что Манвэ впал в немилость, освободив тебя, хотя ты был изгнан навечно, и ты не оставишь его – я не против твоей свободы. Потому что в первую очередь Манвэ – мой друг и никогда не переставал им быть, а дружбой не разбрасываются – уж больно редкая это вещь. Сильмариллы ей в подметки не годятся… – Ульмо замолчал, чтобы перевести дух – давно не говорил он столь длинно, затем продолжил: – Проще говоря, Манвэ, я не собираюсь от тебя отрекаться, и если Эру думает, что кто-то из нас будет орудием твоего наказания, то это не ко мне. И мне кажется все же, что сейчас ты прав. Я сказал.

Ульмо осторожно пожал руку Манвэ – уж слишком хрупкой она казалась…

– Спасибо, друг, – прошептал Владыка, неожиданно смутившись.

Варда благодарно улыбнулась Вале Вод, потухшие было звездные глаза заблестели.

Мелькор протянул в свою очередь руку Ульмо:

– Спасибо – за Манвэ. И обещаю, что тебе не придется разочароваться во мне: я не хочу раздора между Валар. Надеюсь, мы сумеем наконец понять друг друга – и нам не смогут помешать. Хотя… если выбор будет между покоем Валинора и Арды и моей свободой – я готов уйти. Это не красивый жест – просто я слишком устал быть причиной раздора и гибели. На мне и так много жертв…

Гортхауэр в ужасе смотрел на сотворившего – что это? Как он может – почему он должен приносить себя в жертву? Майа чувствовал безмерную усталость Валы – ни гордости, ни горечи – почти равнодушие.

«Тебе что, все равно, что с тобой будет?» – отчаянно потянулся Гортхауэр мыслью к Учителю.

«Нет, Ортхеннэр, мне не все равно – иначе я не совался бы в этот спор… Но зачем Он так?!!» – вырвалось у Мелькора.

«Что Он тебе наговорил? Не слушай, не бери в голову – Он просто хотел пнуть побольнее…»

«Именно – словно грязью облили… Впрочем, мог бы и привыкнуть… Ладно, об этом потом, Ученик. Успокойся». – Мелькор прервал разговор.

Тулкас поджал губы: одолеть Врага в битве – это одно, но когда он не сопротивляется… И вообще ситуация какая-то поганая – в душе Вала-Воитель ощущал, что у Манвэ гораздо больше оснований освободить Мелькора, чем только исход поединка, – хотя и этого, по его мнению, было достаточно. Если Эру такое не по вкусу, не допускал бы победы недомайа. А Манвэ Тулкас верил всегда, да и сотворенный Короля, Эонвэ, был лучшим его учеником. А собственные сотворенные – дошло же до того, что они ему ни на грош не верят – и поделом. А ведь в них не было лукавства – как он, сам чуждый каких-либо уловок, мог вложить в майар это? И они встали на сторону Мелькора… А вдруг тот и впрямь не такой страшный Враг? Если уж Манвэ так решил…

Король опирался на его руку – Вала почти не чувствовал этого, столь невесомым было прикосновение. Тулкас знал, что Манвэ, первый из Аратар, сильнее его – но сейчас он ощущал лишь предельную опустошенность Владыки. «Досталось же ему…» – сочувственно подумал Астальдо, ловя себя на том, что если раньше бессилие не вызывало у него ничего, кроме презрения, то сейчас… Неожиданно бережно он положил свободную руку на плечо Манвэ:

– Ты поступил по закону. И я присягал тебе, когда пришел на Арду. Мы многое сделали вместе – не мне отрекаться от тебя. – Он тряхнул огненными кудрями. – И если Мелькор тебе больше не враг, то и мне – тоже. «А битву выиграл не тот, кто не получил ран, а чей дух оказался сильнее. Истинному воину не пристало стыдиться временного бессилия», – закончил он мысленно.

Манвэ вскинул на него глаза: такого понимания он не ожидал.

– Спасибо, Астальдо, – сказал он вслух и мысленно повторил: «Спасибо…»

Тулкас молча кивнул. Он сказал свое слово. И Единому, буде тот соблаговолит обратиться к нему, он повторит то же самое.

Пора было удаляться в Ильмарин. Встал вопрос, стоит ли пользоваться услугами орлов – вдруг Всевышнему понравилось развлечение? Но пешком – пристало ли это Владыке? Да и есть ли у него силы самостоятельно взойти на Таникветиль?

Орел, на котором летел Король, виновато покосился на него, почувствовав взгляд, попытался даже сунуть голову под крыло. Манвэ провел рукой по блестящим перьям:

– Это не твоя оплошность.

– Я не смог поймать, – пробормотала птица, – ты теперь не станешь летать на мне…

– Меня не так легко испугать, – усмехнулся Владыка.

– Ты что, собрался лететь? – прошептала Варда, тревожно вглядываясь в лицо Манвэ.

– А ты думаешь, я теперь со страху буду на Таникветиль пешком бегать? То есть летать-то он у меня охоту давно отбил, но орлы тут ни при чем.