Чтение онлайн

— А что Саиде нужно в Марсании? — спрашиваю Вонта. Около него как раз вихрится синий туман, и я усиленно стараюсь его игнорировать.

— Видимо, то же, что и раньше. Забеременеть от владыки, размножить гесейр и навсегда основаться в нашем мире.

— Подождите… Как так получилось, что она не знала, кто владыка? Айракона закрыли в банку… Это тоже непонятно, как получилось… Гесейры разве не знали, что вы все носители айракона-владыки?

— Об этом никто не знает по сей день, — Дар подошёл ко мне, приобнял за талию. — Официально все мы работаем на владыку. В ком именно его дух, знаем только мы. Так как обычно айраконам нужно три-четыре сосуда, все думают, что у нас так же. То есть четверо — носители, остальные на нас работают. Это одна из причин, почему мы не показываем, что у нас одна женщина на всех. Да и вообще стараемся прятать тебя от остальных айраконов.

— Значит, они не знают, а вы делали вид, что защищаете владыку… А вы всегда его защищали, — говорю для одного притихшего призрака. Может, у него чуть шелохнётся совесть.

— Сейчас возвращаемся в дом, — командует Вонтер. — Беспокоиться не о чём. Гесейры не знают, где дом владыки. Сюда они не доберутся. А Саиду будут искать наши люди.

Вонтер подхватывает меня на руки и спокойно идёт к дому. Между его бровей задумчивая складка, а значит, что на деле не всё так хорошо, как он старается показать.

— Это я их вызвал, — говорит голос Десидера.

— Что ты сказал? — Вонт развернулся вместе со мной, и мы встретились с вертикальными зрачками на белёсой радужке.

— Я вызвал гесейр, — отвечает Аир. — Не в этот раз конкретно, а тогда… Тридцать лет назад.

— Как это понимать? — Вонтер выступил вперёд, навис над Десидером. Сейчас отчетливо видна разница в их габаритах. Сам по себе Дес немаленький, но перед Вонтером кажется хрупким и беззащитным.

Аир не дрогнул, но и отвечать не пожелал. Вместо этого он невидимой вспышкой метнулся ко мне, обхватил меня за талию и нырнул в раскрытый за долю секунды портал.

От шока и скорости происходящего я не успела сделать вдох. А Аир остался размеренно-спокойным. Все это я поняла по его ровному дыханию, звучащему над моей головой и заменившему все остальные звуки.

— Я не причиню тебе вреда, — шепчет голосом Десидера.

— Я тебя не боюсь. Предупреди остальных, что мы в твоей… лаборатории? Как ты называешь это место?

— Кабинет.

— Неоригинально, — снимаю руки Деса со своей талии, прохожу вперёд. — Да и на кабинет совсем не похоже. Ты предупредил моих мужчин, что мы здесь? Не хочу, чтобы они волновались, особенно после того, что ты сказал. Остальное ты ведь не выложил, да? — разворачиваюсь и с вызовом заглядываю в белёсые глаза. Вертикальный зрачок вздрагивает, и облик Деса сменяется реалистичной иллюзией. Я вижу настоящий лик Аира.

— Хочу, чтобы ты привыкала ко мне такому.

Голос остался таким же как у Десидера, но звучит чуть глухо. Я бы могла подумать, что неуверенно, но вряд ли это свойственно Аиру.

— А если я не хочу привыкать?

Наша битва глазами продолжается, и я сама удивляюсь своей выдержке.

— У тебя нет выбора.

— Почему нет? Я могу послать тебя к чертям собачьим и пойти к мужчинам, которых люблю. А ты останешься здесь. Один. И продолжишь строить коварный план по уничтожению другого мира. Этим ты угробишь себя и свой мир.

Аир молчит. Как я понимаю, усердно взвешивает и перебивает варианты ответа. Он сосредоточен и будто равнодушен. Хорошо, что он не знает, какой ад творится у меня внутри. Я совсем не умею быть черствой стервой. Стараюсь, но не могу. Внутри на части рвётся сердце, а душа летит в направлении личного чистилища.

И отчего, сама не пойму… Как можно любить призрака? И люблю ли я его на самом деле? Мои чувства похожи принудительную любовь, если такое бывает. Не хочу любить, а сердце раскрывается, как цветочный бутон, впускает этого холодного и жёсткого типа, обхватывает его лепестками, ласкает и не желает выпускать. За что я его люблю? — задаю себе вопрос, и не могу найти ответа.

— Надя, — шаг ко мне, и я сжимаюсь. На секунду кажется, что это говорит Дес, словно Аир нас оставил, но глаза всё те же — холодные и белёсые. — Прости меня.

Аир подходит ко мне, кладёт руки на плечи и мягко скользит ладонями вниз по рукам, останавливается на округлостях бёдер и вместе с тем опускается на колени.

Беловолосая голова прижимается к моему животу, слегка трётся, требуя ласки и нежности, а я стою истуканом, не понимая, что происходит.

— Прости меня, — бормочет и целует мой живот. — В твоем мире ведь так просят прощения? И предложение делают так, я знаю, Дес говорил. Ты удивительная женщина, Надя. Я даже не мечтал о такой ильфги. Не знал, что так бывает. В моих юношеских мечтах было всё примитивно. Мне нужна была просто женщина. Мягкая, податливая, красивая. А ты другая… И я, как юнец, думаю, как к тебе подойти, как влюбить в себя… Хочу, чтобы ты любила меня, как одного из них. Хочу, чтобы с такой же нежностью ты смотрела на меня. Я вижу твой взгляд через чужие глаза и сгораю, потому что смотришь ты на другого. Я травлю их своей болью, подло мщу за то, что ты не любишь меня. А они вроде и ни при чём… Я это понимаю, но не закрываю свои чувства, наоборот, отдаю все. Сначала было больно от осознания, что мне придётся делить свою ильфги с другими, а теперь невыносимо оттого, что ты меня не любишь. Скажи, Нэйди, — Аир поднял голову, смотрит на меня снизу с болезненной печалью, — ты сможешь полюбить меня?

На глаза выступили слёзы ещё на середине монолога Аира, а в конце я зависла, как старенький компьютер. Я даже капли с лица не смахнула, они так и покатились вниз, может даже попали на Аира… или Деса.

— Я… — хочу поднять плечи, но они отяжелели.

Со стороны двери раздался пугающий стук, и я вздрогнула, а Аир плотнее обхватил мою талию. Раздался второй стук с большей силой, и я приготовилась услышать очередной такой же, но дверь открылась вовнутрь, а вместе с ней в помещение ввалились Дарисвальд, Вонтер, Тройсен и все по цепочке.

— Какого дьявола?! — слова из уст Вонта сорвались ещё до того, как он увидел, в какой интересной позе мы стоим посреди просторной лаборатории.

— Мы разговаривали, — отвечаю дрожащими губами. — В любви друг другу признавались.

Аир поднял голову, посмотрел на меня то ли с надеждой, то ли с изумлением. Уголки губ дрогнули, а вместе с тем от моего сердца откололась льдинка и растворилась в потоке горячей крови.

— А что это было? — Трой с опаской сделал два шага в нашу сторону.

— Ты объяснишь нам, что всё это означает? — Дар тоже подошёл, но с другой стороны.

Мужчины рассредоточились по кругу, словно пытаясь поймать дикого зверя. У всех настороженные и сосредоточенные лица.

— Я всё объясню, — Аир поднялся.

— Только Десидера освободи, — я прикоснулась к Аиру, слегка погладила сгиб локтя. — Он тоже должен обо всём знать.

— Сделаю вид, что я не ревную, когда ты просишь за кого-то, — Аир склонился к моему лицу, всмотрелся в глаза, словно вблизи сможет увидеть больше. Быстрый язык пробежал по моим губам, и они тут же оказались в жёстком захвате.

Аир целует нахраписто и пылко. Есть ощущение, что он старается вспомнить о нежности, поэтому на мгновение останавливается, пока наши языки соприкасаются, а потом продолжает в своей завоевательно-исследовательской манере.

От поцелуя кружится голова, и я неуверенно давлю ладошками в грудь Деса.

— Ладно, включу его, — Аир подчеркнул, что он мне поддаётся, и продолжил волнующим шепотом. — А вечером я хочу услышать, о каких таких признаниях ты говорила.

Аир отошёл от меня и остановился около знакомой доски. Его телодвижения стали дёрганными, словно внутри ведётся бойня, и только спустя три минуты Десидер и Аир договорились между собой и будто смирились с присутствием друг друга в одном теле.