Чтение онлайн

27 246 . Генрих 247 , став, таким образом, королем, отправился со всей своей дружиной на войну против герцога Швабии 248 Бурхарда 249 . Этот [герцог] хотя и был непобедимым воином 250 , однако, будучи весьма благоразумным, решил, что не сможет выдержать борьбы с королем, и поэтому сдался ему сам со всеми своими городами и всем народом своим 251 . После столь успешного оборота дел [Генрих] перешел отсюда в Баварию, во главе которой был герцог Арнульф. Когда последнего обнаружили в крепости города по названию Регенсбург 252 , [Генрих] осадил город. Арнульф, видя, что не в состоянии сопротивляться королю, открыл ворота [своего города], вышел навстречу королю и сам сдался ему со всем своим герцогством. Он был с почетом принят [Генрихом] и провозглашен другом 253 короля Король [Генрих], преуспевая и возвышаясь со дня на день, приобретал все большие силы, велиличие и славу 254 . А после того как [Генрих] воссоединил, усмирил 255 и упорядочил [свое] королевство 256 , которое во многих своих частях было приведено при его предшественниках в беспорядок вследствие внутренних и внешних войн 257 , [он] отправился в поход против Галлии и державы Лотаря 258 .

28 259 . Лотарь 260 был сыном императора Хлодвика 262 , потомка Карла Великого; его братьями были Карл и Хлодвик 263 . Карлу достались 264 области Аквитания и Васкания 265 , имеющие границей Барселону, город Испании, на западе, Британское море 266 на севере, горный хребет Альпы - на юге и реку Маас на востоке. Земля 267 между рекой Маас и рекой Рейн отошла к Лотарю. Областью Людовика стала [страна] от Рейна до границ Иллирика 268 и Паннонии, вплоть до реки Одер 269 и области Дуная 270 . При [143] этих братьях, еще до того как они разделили власть, произошло знаменитое сражение при Фонтинате 271 . После происшедшего [все] оставалось нерушимым 272 и все владения по праву наследства перешли к Карлу, прадеду 273 того Лотаря, о котором мы упомянули выше 274 .

29. Из Восточной Франконии 275 к [Карлу] прибыл некто по имени Одо 276 , человек сильный и благоразумный, своим советом он содействовал удачной войне с датчанами, которые уже в течение многих лет тревожили королевство Карла, причем за один день [войны] их было убито сто тысяч. Одо стал вследствие этого знаменитым, занял выдающееся положение, и сам король провозгласил его вторым [человеком] в королевстве; [однако] когда он прибыл к королю, он довольствовался услугами всего лишь одного слуги. Карл 277 , умирая, завещал, чтобы Одо помнил о милости, оказанной ему, чтобы он не отказал его сыну, если тот родится, в таком же покровительстве, которое было оказано ему самому. Ибо тогда у него сына не было, но королева была беременна; и когда после смерти отца родился сын, Одо провозгласил его в королевстве и дал [ему] имя отца.

Однако император Арнульф, изгнавший из Германии 278 Карла 279 старшего, после его смерти предъявил притязания на все королевство. Одо выдал ему корону, скипетр и прочие королевские регалии; и благодаря императору Арнульф получил владение своего господина. Вследствие этого до сего дня 280 между потомками Каролингов и преемниками Одо идет борьба из - за королевства, а также идет спор между Каролингами и восточными франками из - за королевства Лотаря.

30. По этой причине король Генрих отправился в поход против Карла и неоднократно разбивал его войско, и судьба благоприятствовала храброму мужу. Ибо Гуго 281 , отец которого Роберт 282 , сын Одо, был ослеплен в войске Карла, подослал [туда людей] и хитростью захватил [Карла] и заключил его под государственную стражу до конца жизни. А король Генрих, узнав о случившемся с Карлом, опечалился, подивился превратностям судьбы, общей [всем] людям, ибо тот [Генрих] прославился набожностью не меньше, чем доблестью оружия. И [Генрих] решил воздержаться от войны, надеясь победить лотарингцев скорее хитростью, поскольку племя это было изменчивым, привычным к лукавым уловкам, склонным к войне и изменениям в делах. В то время среди лотарингцев был некто по имени Кристиан 283 , который, видя, что у короля все идет успешно, стал изыскивать [возможность] заслужить большую милость у короля, и вот, притворившись больным, он призвал к себе Гизелберта, которому по наследству после отца 284 перешла верховная власть над страной, хитростью захватил его и под стражей отправил к королю Генриху. А Гизелберт был знатного рода и происходил из древней 285 семьи Король принял его с большой радостью, так как полагал, что только через него сможет завладеть всей Лотарингией [144]. Затем, видя, что юноша этот весьма усерден, что происходит он из знатного рода и принадлежит к людям могущественным и богатым, стал обращаться с ним благожелательно и потом, наконец, обручив с ним дочь по имени Герберга 286 , связал его с собой в равной степени и родством и дружбой, отобрав у него все лотарингские владения.

31. Славная, благороднейшая, обладающая исключительной мудростью королева, по имени Матильда 287 , родила ему [Генриху] еще и других детей. [А именно] первородного сына, любимца мира 288 , по имени Оттон 289 , второго [сына], нареченного именем отца, мужа храброго и ловкого, Генриха 290 , и, наконец, третьего, по имени Бруно 291 , которого мы видели 292 как выполняющего обязанности и архиепископа и великого герцога. И пусть никто не считает его [Бруно] повинным в этом, так как мы читаем, что и святой Самуил и многие другие были в одно и то же время и священнослужителями и правителями. Она родила ему также еще и вторую дочь 293 , которая вышла замуж за герцога Гуго. А сама госпожа королева 294 была 295 дочерью Тиадорика 296 , братьями которого были Видукинд 297 , Иммед 298 и Регинар 299 . А этот Регинар был тем самым, который воевал против датчан, в течение долгого времени опустошавших Саксонию, он победил их и освободил отечество от их вторжения вплоть до сего дня; а были они [эти три брата] потомками великого герцога 300 Видукинда , который почти в течение тридцати лет вел жестокую войну против Карла Великого.

32 301 . Когда внутренняя война уже кончилась, вновь по всей Саксонии пошли венгры, они предавали огню города и селения и совершали повсюду такое кровопролитие, что угрожали величайшим опустошением. Король же находился в крепости города под названием Верлаон 302 . Ибо [в борьбе] против столь жестокого племени, [как венгры], он не мог положиться на воинов, еще неопытных и привыкших [лишь] к внутренней войне. Какую резню учинили в те дни [венгры], сколько они сожгли монастырей, об этом, полагаем, лучше умолчать, чем вновь повторять 303 описание наших бедствий. Случилось так, что одного из венгерских князей взяли в плен и связанным привели к королю. Венгры же настолько почитали этого [князя], что за выкуп его предложили громадное количество золота и серебра. Но король отказался от золота, он потребовал мира и, наконец, добился его; после того как пленного вместе с дарами возвратили [венграм], был провозглашен мир на девять лет 304 .

33 305 . Когда король перешел Рейн с целью распространить власть над Лотарингией, к нему прибыл посол Карла и, приветствуя его в смиренных выражениях, сказал: "Мой господин, Карл, наделенный некогда королевской властью и недавно лишенный ее, послал меня к тебе заявить, что для него, окруженного врагами, нет ничего более отрадного, ничто не доставляет ему большего удовольствия, чем слышать о твоей славе и твоих великолепных [145] успехах, чем утешаться при известии о твоих доблестях. И [Карл] посылает тебе это как знак верности и доверия". [При этих словах] он вынул из - за пазухи руку достопочтенного мученика Дионисия 306 , оправленную в золото и драгоценные камни 307 . "Возьми это, - сказал посол, - как залог вечного мира и взаимной любви. Карл очень желает поделиться с тобой этой частицей святых останков, составляющих единственное утешение франков, населяющих Галлию, после того как славный мученик Вит 308 покинул нас нам на погибель и посетил Саксонию 309 , принеся вечный мир вам. Ибо после того, как тело его перенесено от нас, у вас прекратились внутренние и внешние войны, и как раз с этого времени датчане и норманны стали производить вторжения в нашу страну" 310 . Король [Генрих] с величайшей благодарностью принял божественный дар, преклонился перед святыми останками и почтил их величайшим уважением.

34 311 . Знаменитый мученик 312 , о котором поведал посол Карла, родился в провинции 313 Ликии 314 , происходил из знатной, но языческой семьи. Отец представил его начальнику провинции Валериану 315 , а этот начальник заставил его поклоняться идолам; между тем он потерял руку и получил ее [обратно] здоровой благодаря молитве этого [юноши]. У палачей отсыхали руки, но заслугами мученика становились здоровыми. Отец, видя, что [сын его] смеется над пытками, вернул [его] домой и залер в комнате, изобиловавшей всеми искушениями. Но когда Нил - именно так звали отца - увидел там [святые] таинства, он ослеп. Он был вынужден отказаться от почитания идолов и признал Христа. Но когда благодаря заслугам своего сына Вита [отец] прозрел, он отрекся от Христа и пытался убить сына. Воодушевленный и руководимый ангелами, почтенный воспитатель Модест 316 взял мальчика с собой, переплыл море и прибыл к реке Силер 317 . Там под одним деревом они расположились на отдых, свободно предавались молитвам и ежедневно бросали пищу орлам. Мальчик же стал проповедовать о Христе среди людей, навещавших его, многих обратил [в христианскую веру] и многих склонил принять крещение. После этого, вызванный императором Диоклетианом 318 , он отправился в Рим, и когда сын императора по молитве Вита очистился от злого духа, его [Вита] принуждали возжечь курения богам. Так как он ответил императору грубо, его бросили диким зверям, но те его не тронули. Затем его бросили в середину горящей печи, но ангел унял пламя, и [мальчик] вышел невредимым. Закованный в громадные железные кандалы, он был переведен в тюрьму, но там его навестил господь с сонмом ангелов. Наконец, посредством пытки, которая называется катаста, его истязали вместе с Модестом и некоей благородной женщиной Кресценцией 319 , и когда он уже лишился всякого движения членов, ему дал утешение Христос. Ибо палачи, пораженные молнией небесной и устрашенные раскатами грома, бежали от него; и вдруг он оказался на том месте, где раньше [146] молился, и после того как ангел господен его водворил туда и когда была произнесена последняя молитва, они [Вит, Модест и Кресценция] отдали души свои небесам. Некая прекрасная женщина Флоренция 320 предала их тела земле в том месте, которое называется Мариан 321 . В славу твою я позаботился о том, чтобы записать его последнюю молитву, - для того чтобы ты из этой [записи] могла заключить, какой любовью к нему ты можешь воспылать и каким пламенем любви к нему можешь заслужить постоянное его покровительство. "Господи Иисусе Христе, - сказал он, - сын бога живого, исполни желание сердца их, и освободи их от всех пут мира сего, л вознеси их к славе своей, - их, которые ради меня прославляют тебя и хотят обрести славу благодаря моему мученичеству". За этим обращением последовало изъявление господнего обещания, что все, о чем он просил, будет выполнено и утвердится. Много времени спустя в Рим пришел некто по имени Фульрад 322 и, прочтя там деяния славного мученика, установил место его погребения; придя [туда], он взял святые останки и перенес их в Парижскую область. Оттуда в правление императора Людовика 323 они были перенесены 324 в Саксонию 325 , и, как признал посол Карла, с тех пор дела франков стали приходить в упадок, а [держава] саксов стала расти 326 , пока заботились о расширении ее размеров, что мы видим при твоем 327 отце 328 , любимце мира 329 и главе всей земли, высшая власть которого простирается не только на Германию 330 , Италию и Галлию, но почти на всю Европу 331 . Итак, чти [этого] столь великого покровителя, с прибытием которого Саксония из рабской 332 страны стала свободной, а из платящей дань владычицей многих народов 333 . Столь великий и столь могущественный приспешник бога всевышнего не нуждается в твоей милости, однако мы, его служители, нуждаемся. Поэтому, как ты 334 можешь видеть в нем посредника для себя у небесного повелителя, так мы видим в тебе своего защитника у земного короля, то есть у твоего отца и брата 335 .

35 336 . Итак, как благоразумно поступал король Генрих в деле укрепления отечества и покорения варварских народов 337 , после того как он получил от венгров мир на девять лет, рассказывать [об этом] выше наших сил, хотя и умалчивать никоим образом не следует. Прежде всего 338 он отобрал каждого девятого из числа военных поселенцев 339 и поселил их в городах с тем, чтобы каждый из них выстроил за остальных своих сотоварищей 340 по восемь домов 341 , собирал и сохранял третью часть всего урожая 342 , а остальные восемь [поселян] чтобы [тем временем] сеяли и собирали урожай для девятого и сохраняли его в своих определенных местах. [Генрих] пожелал, чтобы все 343 собрания , соборы, а также пиршества устраивались в городах; над строительством [городов жители] должны были трудиться день и ночь 344 , поскольку им в течение мира следовало изведать то, что они должны были делать в случае необходимости против врага и чтобы вне городов [147] находились только незначительные строения, или чтобы их совсем не было 345 . И после того как [Генрих] приучил [своих] жителей к такому положению и порядку, он внезапно обрушился на [тех] славян, которые называются гаволянами 346 , и, измучив их многими сражениями, разбил, наконец, во время лютой зимы на льду лагерь, овладел городом по названию Бранибор, [добившись этого] с помощью голода, оружия и холода. Овладев вслед за этим городом всей областью, он отправился походом против земли доленчан 347 , войну с которой завещал ему когда - то его отец; осадив город по названию Гана 348 , он взял его, наконец, на двадцатый день. Добыча, захваченная в городе, была роздана воинам, все взрослые были убиты, женщины и дети отданы в рабство. После того со всем войском [Генрих] подошел к Праге 349 , городу чехов 350 , и принял в подчинение их короля 351 , о чем предрекали некие чудеса, но поскольку мы этого не проверили, то считаем нужным об этом умолчать 352 . Однако был брат 353 Болеслава 354 , который 355 , пока был жив, оставался верным и полезным 356 королю [Генриху]. Итак, обложив чехов данью 357 , король [Генрих] вернулся в Саксонию.

36 358 . После того как Генрих наложил дань на соседние народы, а именно: на ободритов 359 , вильцев 360 , гаволян, доленчан, чехов и ротарей - и [после того как] был установлен мир 361 , ротари 362 нарушили верность и, собравшись большой толпой, пошли приступом на город по названию Валислав 363 и взяли его, захватив в плен и перебив всех его жителей, которых было бессчетное число. Когда это совершилось, все варварские народы поднялись. Они осмелились восстать вновь. Для обуздания их дерзости войско с [особой] военной защитой было вручено Бернарду 364 , вся область ротарей подчинена ему, а в качестве товарища ему был придан Титмар 365 ; они получили приказ осадить город по названию Ленцен 366 , на пятый день осады прибыли лазутчики, которые сообщили, что войско варваров недалеко и что в ближайшую ночь [варвары] решили напасть на лагерь, а когда многие подтвердили то же самое, народ тоже поверил в сказанное; после того как войско собралось у палатки начальника, в тот же час по совету своего товарища начальник распорядился, чтобы в течение всей ночи все были наготове, дабы варвары не смогли неожиданно напасть на лагерь. Когда же собравшаяся толпа была распущена, в лагере стали чередоваться уныние и радость, так как одни страшились войны, другие ее желали; в зависимости от своего нрава воины колебались между надеждой и страхом. Тем временем прошел день и наступила ночь, она была темнее, чем обычно, по воле божьей 367 и [сопровождалась] сильным ливнем, чтобы расстроить зловещий замысел варваров. И как было приказано, саксы в течение всей ночи были под оружием, а на рассвете по данному знаку и после совершения таинств воины принесли под клятвой обещание сначала вождям 368 , а затем друг другу - оказывать помощь в предстоящей битве. С восходом [148] солнца 369 , когда после ливня наступила ясная погода, с поднятыми знаменами они вышли из лагеря, причем военачальник, совершавший наступление на варваров, находился на передней линии. Но небольшое число [его воинов] не могло противостоять бессчетному числу воинов [противника], поэтому он вернулся к [своему] войску и сообщил ему, что конница у варваров невелика, но пешего войска у них бесчисленное множество и что ночной ливень поставил их в такое затруднение, что, даже понуждаемые конницей, они едва ли выступят на битву.