Чтение онлайн

В 7 часов 40 минут на «Идзумо» было получено донесение с крейсера «Цусима», что видна Владивостокская эскадра, и адмирал Камимура немедленно приказал готовиться всем судам к выходу в море, стоявшим в Такесики судам идти полным ходом в залив Озаки, «Чихая» приказал вернуться; сверх того он телеграфировал в управление порта в Бакан (Симоносеки) приостановить отправку судов, идущих на W, а в Главную Квартиру о выходе в море со всеми судами. Затем, в 8 часов 15 минут, зная из вторичного донесения с крейсера «Цусима» о нахождении неприятеля близ острова Окиносима, адмирал Камимура приказал бывшим в Такесики судам выйти вперед к мысу Коо-заки, а замеченные идущими на Ost пароходы отсылать полным ходом в Такесики и там ожидать прихода эскадры; 15-му отряду миноносцев приказал действовать по способности, а пароходам в Озаки-ван приказал идти укрыться в Такесики. Затем приказал крейсеру «Нанива» выйти в море вперед, а за ним вслед снялся с якоря 2-й боевой отряд, и чтобы как можно быстрее встретиться с неприятелем, пошел полным ходом к Окиносима, обогнув южный мыс; однако, в это время пасмурность сменилась дождем, и горизонт стал весьма мал. Вторая эскадра, выйдя из гавани, еще не сделала и нескольких миль, как снова нашел туман, и около 11 часов было видно кругом едва на 3.000 метров. В конце концов, 2-й и 4-й боевые отряды потеряли друг друга (крейсер «Нийтака», выйдя из Такесики в 10 часов 30 минут, присоединился к «Нанива»). 2-му боевому отряду спустя немного времени удалось встретить 11-й отряд миноносцев. В 11 часов 35 минут он вошел в Восточный пролив, но, затрудняясь определить свое место, сначала пошел к мысу Коо-заки и в 12 часов 10 минут дня, увидев его в 2½ милях на NNW ½ румба к W, лег на курс Ost ¼ румба к S. В 12 часов 15 минут, получив известие с крейсера «Цусима», что неприятель в полдень находился в 15 милях на S 5/8 румба к Ost'у у острова Оки, адмирал Камимура телеграфировал на этот крейсер, что 2-й боевой отряд идет на Ost вблизи мыса Коо-заки. Из этой депеши, о местопребывании 2-го боевого отряда узнал и вице-адмирал Уриу (он был произведен в вице-адмиралы 22 мая (4 июня)) и пошел туда с целью соединиться с этим отрядом. В 12 часов 32 минуты было получено известие с крейсера «Цусима», что неприятель, по-видимому, пошел на NW, и поэтому адмирал Камимура в 12 часов 43 минуты изменил курс на NO ½ румба к Ost'у, желая, обогнув остров Окиносима с севера, пойти наперерез курса неприятеля. Затем, в виду новой телеграммы с крейсера «Цусима», что около 1 часа дня неприятель, пройдя западную оконечность острова Окиносима, идет на N, адмирал Камимура, полагая, что крейсер «Цусима» все время держится в связи с неприятелем, рассчитывал, что таким образом 2-й боевой отряд будет осведомлен и, идя противным курсом с неприятелем, непременно встретится с ним. Однако, спустя немного времени было получено известие с крейсера «Цусима», что он из-за тумана потерял неприятеля из вида в 10 милях на S от острова Окиносима. Кроме того, ветер и дождь усилились, а пасмурность еще больше увеличила туман, так что ничего нельзя было видеть даже в 2 шагах. Немного спустя адмирал Камимура, продолжая идти тем же курсом, снова получил телеграмму с крейсера «Цусима», что хотя он снова заметил неприятеля, но опять потерял его из вида. Адмирал Камимура, полагая, что неприятель находится вблизи острова Окиносима, вероятно на расстоянии миль двух от крейсера «Цусима», решил, что будет лучше всего идти по направлению к этому крейсеру и потому в 2 часа 30 минут дня изменил курс на SOtO, направляясь к южной оконечности острова Окиносима. В то же время он телеграфировал о своем месте и намерении на крейсер «Цусима» и приказал тому дать знать о своем местонахождении. В 3 часа 5 минут с него была получена телеграмма, что в 3 часа 30 минут он наблюдал неприятеля в 5 милях на S от острова Окиносима, на расстоянии от крейсера около 4.000 метров, по-видимому, идущим на NW, но в виду сильного дождя потерял его из вида и после того обнаружить не смог; вместе с этим крейсер просил разрешения идти на соединение с эскадрой. Полагая, что неприятель идет, вероятно, на N с западной стороны от острова Окиносима и может внезапно появиться недалеко от нас в каких-нибудь 2.000―3.000 метрах, адмирал Камимура дал приказание остерегаться на всякий случай минного выстрела и продолжал идти далее. В 3 часа 30 минут направо по носу у «Идзумо» на расстоянии около 2 миль открылся остров Окиносима, почему немедленно изменили курс к югу от него. В это время была получена депеша от адмирала Уриу, что в 3 часа 10 минут крейсер «Цусима» вошел в строй отряда. Этот крейсер пытался встретить «Идзумо», но не смог и с трудом нашел 4-й боевой отряд. Адмирал Камимура, проверив все прежние донесения крейсера «Цусима» и его дальнейшие известия после присоединения к крейсеру «Нанива», решил, что неприятель должен быть уже к северу от нас, почему тотчас же от пункта в 3 милях на W от острова Оки изменил курс на NNW. В 3 часа 50 минут были замечены с «Идзумо» на 2 румба позади левого траверза на расстоянии нескольких тысяч метров 3 судна 4-го боевого отряда, но спустя немного времени они опять потерялись в тумане. В 4 часа адмирал Камимура снова запросил крейсер «Цусима» о предполагаемом курсе неприятеля. В это время телеграф перестал ясно работать, и только в 4 часа 45 минут был получен ответ: полагают, что неприятель пошел на N. Пасмурность снова увеличилась, и горизонт уменьшился. Почти отчаиваясь найти неприятеля, адмирал Камимура не мог придумать другого плана, как идти к острову Дажелет в надежде обнаружить там его на другое утро, и потому изменил курс на NNO. Начиная с 5 часов дня ветер усилился еще больше, и так как миноносцам трудно было держаться, то в 6 часов 20 минут вечера адмирал приказал начальнику 11-го отряда миноносцев идти к острову Дажелет самостоятельно на поиски и для атаки неприятеля и вернуться в Такесики кружным путем, а 2-му боевому отряду с 7 часов вечера приказал уменьшить скорость. С наступлением ночи засвежело еще больше, и сила ветра доходила до 5 баллов. Однако, с рассветом направление ветра изменилось, и его сила ослабела, дождь также перестал. Около 4 часов ночи 4-й боевой отряд впервые вошел в строй 2-го боевого отряда, а затем с приходом из Такесики «Такачихо» и «Чихая», адмирал Камимура поставил «Такачихо» в строй 4-го боевого отряда, а «Чихая» справа от «Идзумо». Было уже 7 часов 30 минут утра, а все еще не могли открыть острова Дажелет, почему адмирал прибавил ход и вскоре затем увидели остров. Около 8 часов 45 минут горизонт прояснился, но неприятеля вблизи острова не было видно; поэтому адмирал Камимура, думая, что неприятель пошел через Гензан, намеревался перехватить его на обратном пути и, находясь в 2 милях на SW 40° от острова Дажелет, взял курс на WNW ½ румба к W на мыс Болтина (Брут).

4 (17) июня в 4 часа 32 минуты утра была замечена земля и в 5 часов 8 минут, находясь в широте 40°39′ N и долготе 129°51′ Ost, изменили курс на SWtW к Гензану. В 11 часов 25 минут на SO был замечен как будто бы дым. Адмирал первым делом послал навстречу ему крейсер «Ивате», а в 11 часов 50 минут эскадра также изменила курс влево для сближения. Однако, вскоре удостоверились, что дымов нет и снова вернулись на прежний курс. В 12 часов 35 минут «Чихая» был послан вперед полным ходом в Гензан, а эскадра прибыла туда в 4 часа 41 минуту дня, где держалась некоторое время, не становясь на якорь. В 6 часов 31 минуту вернулся «Чихая». Адмирал Камимура, зная, что неприятель для того, чтобы вернуться во Владивосток, должен пройти мимо Дажелета или Гензана, решил, что лучший способ его нагнать, это обследовать это пространство, и потому дал курс SO ½ румба к Ost'у, а в 5 часов утра 5 (18) июня изменил курс на S ½ румба к Ost'у и с 6 часов приказал 4-му боевому отряду выйти вперед на 10 миль и растянуть строй для разведки, а «Чихая» занять место в 5 милях на левом фланге 4-го боевого отряда. В этот день стояла хорошая погода и ясный горизонт, но неприятеля так и не обнаружили. Адмирал Камимура с 4 часов дня вернул 4-й боевой отряд из строя разведки и поставил его за 2-м боевым отрядом. В 6 часов 55 минут встретился 11-й отряд миноносцев, который принес известие, что 3 (16) июня к югу от острова Окиносима были потоплены Владивостокской эскадрой военные транспорты «Хитачи-Мару», «Садо-Мару» и «Каназава-Мару» («Каназава-Мару» был назван ошибочно вместо «Идзуми-Мару», а «Садо-Мару» не затонул).

5 (18) июня утром Владивостокская эскадра появилась у острова Кодзима, провинции Осима, а в 10 часов утра того же дня прошла близ мыса Хенаси-Саки, провинции Муцу. Адмирал Камимура и его подчиненные едва сдерживали свое негодование, однако теперь ничего не могли поделать. 6 (19) июня в 8 часов 20 минут утра в сопровождении 11-го отряда миноносцев вернувшись в залив Озаки, адмирал телеграфировал в Главную Квартиру все подробности поисков неприятеля.

Еще перед этим 2 (15) июня в 9 часов утра начальник Морского Генерального штаба адмирал Ито, получив известие о появлении близ острова Окиносима 3-х судов Владивостокской эскадры, идущих на юг, немедленно сообщил о том в Главный штаб и другие управления. Так как одно за другим получали донесения о выходе в море 2-й эскадры, гибели военных транспортов и т. п., то в 10 часов 20 минут утра 3 (16) июня адмирал Ито телеграфировал главному командиру порта Куре, вице-адмиралу Сибаяма, выслать отряды миноносцев порта к западному берегу провинции Нагато для спасения экипажа с погибших пароходов. Затем, после полудня того же дня были получены сведения, что три русских судна в 4 милях на N от деревни Уга, уезда Чифу, провинции Оки, захватывают парусное судно, а затем утром 5 (18) июня известие из провинции Осима, что 3 русских военных судна держатся близ острова Кодзима, таким образом, стало известно о пребывании неприятеля на севере, о чем было передано повсюду для принятия мер предосторожности.

Походы 11-го и 15-го отрядов миноносцев

Утром 2 (15) июня 11-й отряд миноносцев был в Такесики. Получив известие, что Владивостокская эскадра появилась у острова Окиносима и идет на юг, капитан 2 ранга Такебе, начальник этого отряда, приказал своим миноносцам спешно собираться в залив Озаки и первым прибыл туда с миноносцами №№ 73 и 74; получив приказание адмирала Камимура идти к мысу Коо-заки для охраны и ожидать прибытия эскадры, немедленно вышел по назначению, прибыл туда в 10 часов 40 минут утра и держался у этого мыса. Немного спустя подошли миноносцы №№ 72 и 75. Затем в 12 часов 38 минут, заметив нашу эскадру, соединился с ней, став с ее левой стороны. В 6 часов 30 минут было получено приказание адмирала Камимура идти к острову Дажелет на поиски и для атаки неприятеля и затем кружным путем вернуться в Такесики. Отделившись от эскадры, пошли по назначению. С 8 часов ветер значительно усилился, и поднялась большая волна, так что качка на миноносцах доходила до 40°, почему уменьшили ход до малого, но волна все увеличивалась, и к тому же могло не хватить угля. Поэтому капитан 2 ранга Такебе, считая невозможным достичь пункта назначения, направился к мысу Сетозаки. 3 (16) июня с 2 часов ночи появился туман, и миноносец начальника отряда № 73 разошелся с другими. Меняя курс по способности в одиннадцатом часу утра с миноносца № 73 открыли остров Куросима и только тогда определились, что находятся у восточного берега Цусимы; поэтому капитан 2 ранга Такебе отменил поход к мысу Сетозаки, а в 3 часа дня вошел в Такесики, где и узнал, что 3 других миноносца находятся у мыса Сетозаки. Эти 3 миноносца, потеряв из вида головной, продолжали идти прежним курсом. Около 7 часов утра увидели остров Мисима, но за недостатком угля только в одиннадцатом часу утра подошли туда. Капитан 2 ранга Такебе приказал им идти в Такесики, а № 73 принять уголь и воду и идти в залив Озаки. В 8 часов утра 4 (17) числа прибыли 3 оставшихся миноносца, и им капитан 2 ранга Такебе приказал принимать уголь, а сам на № 73 вышел на N с целью встретить эскадру, но не встретив ее, вернулся в 2 часа дня в Такесики. Затем 5 (18) июня, узнав, что 2-я эскадра находится на обратном пути из Гензана, сразу же вышел ей навстречу с 4 своими миноносцами и около 6 часов вечера, наконец, встретился с ней у бухты Унковского. Затем в сопровождении эскадры в 8 часов утра 6 (19) июня вернулся в залив Озаки.

Миноносцы 15-го отряда «Хибари» и «Саги» утром 2 (15) июня находились в Такесики, а «Удзура» и «Хаситака» в Озаки. В 8 часов 5 минут, получив известие о появлении неприятеля, начальник отряда капитан 2 ранга Касама приказал 2 миноносцам, бывшим в Озаки, идти на пункт, назначенный адмиралом Камимура, а затем с «Хибари» и «Саги» вышел из Такесики в Озаки. Получив приказание от адмирала Камимура идти к мысу Коо-заки и крейсеровать там, чтобы в случае встречи пароходов отправлять их укрыться в Такесики, а затем действовать по способности, капитан 2 ранга Касама в 8 часов 50 минут спешно отправился со своими 4 миноносцами к Коо-заки. В одиннадцатом часу встретил 11-й отряд миноносцев и поручил начальнику этого отряда передать адмиралу Камимура, что, для того чтобы следить за неприятелем и предупреждать пароходы об опасности, 15-й отряд отправился к острову Ики, в 10 часов 45 минут пошел к находящемуся у северной оконечности острова Ики острову Вакамия. По дороге встретил 3 рыбачьих лодки и расспросил их о неприятеле. Так как, по-видимому, последний сюда не подходил, то капитан 2 ранга Касама несколько изменил курс с среднего фарватера на S, в это время дул сильный NO с дождем, и в 3-х милях ничего не было видно, но капитан 2 ранга Касама в поисках неприятеля, пренебрегая дождем и ветром, понемногу шел к острову Ики и в 12 часов 55 минут полагая, что находится в 3-х милях на NW от бухты Кацумото-ура, увидел впереди курса горы острова. Неприятеля не было. Опять повернул на N, но с одной стороны в виду позднего времени, опасаясь пропустить соединение с эскадрой, а с другой, в виду становившегося все более и более плохим горизонта, временно изменил курс и направился к мысу Коо-заки за получением известий. Не найдя эскадры, отряд отправился в Такесики. При входе в залив Огучи встретил сторожевое судно порта Такесики, от которого узнал, что эскадра идет на S, а 11-й отряд вошел в Такесики (по ошибке 18-й отряд был принят за 11-й). Войдя в Такесики получил известие, что «Нийтака» и «Такачихо» вышли из порта до полудня, но 11-го отряды не видали. Капитан 2 ранга Касама, полагая, что соединиться с 11-м отрядом миноносцев будет трудно, и опасаясь, что русская эскадра, отвлекши наш флот в восточный проход, воспользуется туманом, чтобы пройти вокруг мыса Карасаки в западный проход, и уйдет к Порт-Артуру, только что хотел было идти к мысу Карасаки, как получил известие, что слышны выстрелы в стороне Миура-ван, изменил намерение и пошел к мысу Коо-заки, Была крупная волна, и миноносцы теряли 2―3 раза друг друга из вида, почему капитан 2 ранга Касама, опасаясь выходить далеко, стал крейсеровать между заливом Огучи и островом Арисом (Sentinel).

Утром 3 (16) июня он снова вернулся в Такесики и, собрав различные донесения, хотел было передать их адмиралу Камимура, но, не зная о местонахождении эскадры, не мог этого сделать. За неимением другого плана решил идти через мыс Коо-заки к острову Окиносима на поиски неприятеля. Выйдя из Такесики в 11 часов утра, в пути встретил миноносец «Камоме» — 19-го отряда, и № 73 из 11-го отряда, и, узнав от последнего, что рандеву эскадры на этот день назначено у острова Дажелет, решил прямо идти туда; но снова получил известия, что неприятель как будто бы снова появился у острова Окиносима, и потому в 1 час 45 минут дня пошел к этому острову, но неприятеля не нашел. Зато узнав, что на этом острове спаслись 80 человек с «Садо-Мару», снял их и распределив на свои миноносцы, вернулся в Такесики в 12 часов 35 минут ночи 4 (17) июня. Спасенные люди были немедленно высажены на берег.

Около 3 часов 30 минут ночи согласно известию, что на Ost ясно слышны выстрелы и полагая, что вернулись русские суда на юг от острова Оки, и они стреляют по нашим пароходам, решили для разведки и чтобы дать о том знать эскадре идти туда. Окончив в 8 часов утра приемку угла и воды, немедленно пошел к Мисима, в 5 часов дня был в 12 милях мористее от этого острова и повернул на остров Оки; в 7 часов 30 минут встретил 2 парусника, идущих на W и спросил у них о неприятеле, но ничего не узнал. Поэтому изменил курс и пошел к острову Окиносима; близ острова Цуно-сима встретил рыбачью лодку и спросил о неприятеле, но получил ответ, что хотя и слышали выстрелы, но военных судов не видели. В то же время заметили на SSO как бы луч света прожектора и пошли на него. После полуторачасового хода положение луча нисколько не изменилось, но в полосе его света различили остров Футаи и, определив, что это свет с крепости Бакан (Симоносеки), повернули и пошли к острову Окиносима, а затем, через мыс Карасаки, в Такесики. По дороге встретили 11-й отряд миноносцев, шедший навстречу эскадре и только тогда узнали, что наша эскадра идет из Гензана в Такесики. Тогда командир 15-го отряда решил, в виду нахождения неприятеля далеко на севере, после приемки угля и воды идти для соединения с эскадрой, о чем и дал знать 11-му отряду. В 12 часов 30 минут дня вошел в Такесики, но в 7 часов 30 минут, узнав о прибытии эскадры в залив Озаки, отменил поход, ожидая ее возвращения.

Военный транспорт «Садо-Мару» (6.226 тонн), имея на борту войска в числе свыше 1.000 человек, вышел из Удзина в Ентоа 1 (14) июня в 5 часов вечера; 2 (15) июня в 7 часов утра прошел пролив Бакан, в 7 часов 50 минут, имея на левом траверзе острова Сиродзима, взял курс на W и спустя 20―30 минут хода почти нагнал вышедший накануне в 10 часов утра из Удзина пароход «Хитачи-Мару». В этот день с 9 часов 30 минут утра пошел мелкий дождь, и видимость горизонта стала очень мала, однако в 9 часов 50 минут вдалеке, по носу с левого борта, заметили черный дым, а около 10 часов с шедшего впереди «Хитачи-Мару» был сигнал: «Вижу неизвестное судно», и в то же время «Хитачи-Мару» начал поворачивать вправо, о чем вахтенный сигнальщик сейчас же доложил офицеру-посреднику капитан-лейтенанту запаса Комаку. Тот немедленно поднялся на мостик и увидел, что по носу с левого борта в 3 милях, сближаясь, идет русская эскадра из 3 крейсеров с «Россией» во главе. Желая бежать, приказал командиру дать полный ход и повернуть вправо. Нос уже повернулся градусов на 45, когда неприятель открыл огонь, но снаряды падали впереди, не попадая. Посредник сам пошел вниз за начальником эшелона полковником инженеров Тамура и, снова поднявшись на мостик, вступил с ним в совещание — что делать при настоящих обстоятельствах. Неприятель, продолжая стрелять, поднял сигнал: «Остановиться», и потому посредник заготовил соответствующий ответ, но продолжал идти вперед. Неприятель приближался. Убедившись, что убежать не удастся, капитан-лейтенант Комаку, остановил судно и снова спустился в каюту для совещания с начальником эшелона. В это время как шло спешное совещание с начальником эшелона полковником Тамура, подполковником артиллерии Сато, подполковником инженеров Такеуки, майором инженеров Хасино, с мостика передали, что на «Рюрике» поднят сигнал: «Спустить шлюпки», и потому посредник немедленно приказал это исполнить; но на судне было смятение и не легко было это сделать. Когда с крейсера повторили сигнал: «Возможно скорее оставить судно», посредник тотчас же ушел с совещания и, отдавая распоряжения по спуску шлюпок, в то же время приказал трем штатным сигнальщикам уничтожить секретные книги и карты. Затем снова спустившись в каюты, заявил сухопутным офицерам, что так как неизвестно когда и какие меры примет неприятель, держа сигнал об оставлении судна, то при этих обстоятельствах наилучшим будет, если он сам отправится на неприятельское судно и определит нужное для высадки время, затем, в сопровождении переводчика Умеда Киоси (он был старшиной японского населения в Дальнем до войны и теперь ехал туда по собственным делам на «Садо-Мару»), сел на фунэ и отправился на «Рюрик». Прибыв на крейсер, он обратился к старшему офицеру с заявлением, что на «Садо-Мару» находится свыше 1.000 человек некомбатантов и потому для оставления судна требуется два часа времени. Тот сначала дал один час срока, но затем изменил на 40 минут и сверх того не отпустил посредника вернуться на пароход, едва лишь позволив вернуться шлюпке, но так как она двигалась очень медленно, то Умеда упросил командира крейсера передать приказание на шлюпке с крейсера и определить срок 40 минут с момента прибытия шлюпки на «Садо-Мару». Командир судна согласился на это, приказал спустить шлюпку и послал на ней вместе с Умеда мичмана. Эта шлюпка, забрав военного врача 3 класса Миязава, 14 человек некомбатантов, 8 человек судового состава и 4-х англичан, а всего 27 человек, вернулась на крейсер. Однако, спустя немного времени «Рюрик», получив приказание с «России» от вице-адмирала Безобразова: «Прийти скорее», выпустив по «Садо-Мару» две мины, присоединился к бывшим вблизи двум другим судам. Хотя на «Садо-Мару» от минных пробоин вода быстро прибывала, однако, к счастью, он избежал затопления; все работали над выкачиванием воды и пароход был на плаву, когда в 13 милях на OSO от Окиносима к нему подошли «Накахино-Мару» и «Исе-Мару» для оказания помощи. 3 (16) июня бывшие на острове Окиносима 80 человек из потерпевших крушение (эти 80 человек спаслись на шлюпках или на фунэ) были сняты 15-м отрядом миноносцев и отправлены в порт Такесики. Утром 4 (17) июня несколько трупов из экипажа парохода были подобраны подлежащим порту Куре 7-м отрядом миноносцев [11] и доставлены в Модзи. Затем «Садо-Мару» на буксире «Сакадо-Мару» и «Куре-Мару» был отведен к острову Футаи, где к ним присоединились «Такасаго-Мару» и № 2 «Урага-Мару». Спустя немного времени на «Сакадо-Мару» был потерян винт, он не мог идти дальше. В виду этого «Такасаго-Мару» взял на буксир «Садо-Мару» и повел к острову Муцурен, вода постепенно прибывала и плавание становилось затруднительным. Поэтому в 6 часов 40 минут «Садо-Мару» отбуксировали к берегу и поставили на глубине в малую воду в 5 сажень у Хаедомари. С тех пор днем и ночью изо всех сил выкачивали с него воду и производили спешную заделку пробоин; 16 (29) июня пароход был уже способен к переходу и, так как ремонт было решено производить в Нагасаки, то около полудня 17 (30) июня его взяли на буксир «Такасаго-Мару» и № 2 «Урага-Мару» и повели в Нагасаки, куда и благополучно прибыли после полудня 19 июня (2 июля).

Военный транспорт «Хитачи-Мару» (6.175 тонн), имея на борту свыше 1.000 военно-сухопутных чинов, вышел из Удзина в Нандензы в 10 часов утра 1 (14) июня. Проведя ночь на якоре в Хесаки, 2 (15) июня с рассветом он вышел снова и около 10 часов утра, идя по морю Генкайнада, услышал выстрелы, а спустя немного времени в стороне острова Окиносима показались в тумане 3 русских военных судна. Посредник капитан 2 ранга запаса Ямамура, желая избежать неприятеля, полным ходом пустил пароход к берегу и в то же время приказал своим 3 сигнальщикам уничтожить секретные книги и карты. Стоя среди падающих снарядов, он спокойно отдавал разные распоряжения, но, наконец, был сражен неприятельским снарядом. Кроме него было значительное число убитых и раненых, но капитан парохода англичанин John Gamber продолжал идти вперед, рассчитывая скрыться. Начальник эшелона подполковник Сучи (командир 1-го гвардейского резервного полка) собрал вокруг себя команду, спокойно огляделся кругом и сказал: «Знамя на всю жизнь доверено нашей защите, я, Сучи, разделю участь знамени. Императорский рескрипт (армии), карты и книги должны быть уничтожены. Те из нас кто счастливо останется в живых, передайте эти мои слова», после чего сейчас же сам разорвал знамя, а знаменщик подпоручик Окубо сломал древко и бросил его в огонь, и когда оно догорало, подполковник Сучи с улыбкой покончил с собой. Остальные офицеры кто кончил жизнь самоубийством, кто был убит. (Капитан парохода John Gamber был ранен в ногу, старший механик англичанин James H. Grass был убит при входе в машину; англичанин штурман 1 разряда S.J. Bishop бросился в море. Все три погибли). Солдаты, согласно завещанию командира полка, раздевались и бросались в море. Из них спаслись лишь немногие, кто будучи подобран рыбачьими лодками, кто держась за плавающие предметы; таким образом было спасено: сухопутных нижних чинов 133, морских 1, команды парохода 18, а всего 152 человека. Около 3 часов дня машинное отделение и кормовая часть «Хитачи-Мару», зажженные неприятельскими снарядами, представляли из себя море пламени, и пароход, наконец, затонул кормой. К тонувшему пароходу, несмотря на сильное волнение, ветер и дождь, подошла рыбачья лодка, побросала в воду весь свой груз и приняла к себе 37 человек; но в виду крупной волны она не могла двигаться и оставалась на воле волн; только на другой день 3 (16) числа около 2 часов дня она пришла в Модзи. Спасенные 37 человек были посажены на «Тоса-Мару» и 4 (17) в 2 часа дня прибыли в Удзина.

Военный транспорт «Идзуми-Мару» (3.229 тонн), возвращался из Ентоа в Удзина и 2 (15) июня около 9 часов утра, в море у берегов провинции Чикузен, встретил неприятельскую эскадру. Будучи обстрелян с «Громобоя», попытался было уйти полным ходом, направившись к берегу, но неприятель приближался и стрелял без перерыва; на нем было убито 7, ранено тяжело 12 и легко 13 человек. Убедившись в невозможности побега, капитан остановил пароход и, посадив команду на 4 шлюпки, направился с ними к неприятелю (в пути одна из них перевернулась, но люди были спасены на шлюпку с «Громобоя»). Всего было спасено 105 человек. Казенные документы, почта и прочее все было сожжено перед оставлением судна. Затем около 2 часов дня 3 (16) июня неприятель, в виду острова Оки, остановил парусное судно № 9 «Унко-Мару» (шел из Миике в гавань Канаиси, провинции Кага, с грузом кокса) и пересадил на него из числа спасенных 22 человека. Эта шхуна немедленно направилась к берегу. 5 (18) июня на рассвете в море у военного порта Майдзуру она была замечена патрульным судном № 1 «Тенкио-Мару» и у него на буксире приведена в порт. Освобожденные неприятелем люди были переданы от управления порта заботам штаба крепости Майдзуру.

В всеподданнейшем донесении командующего русским Тихоокеанским флотом вице-адмирала Скрыдлова говорится:

1. Всеподданнейше доношу Вашему Императорскому Величеству следующее: 30-го мая для действия на морские сообщения японской армии отправился отряд крейсеров в составе крейсера "Россия", под флагом вице-адмирала Безобразова, крейсера "Громобой" и крейсера "Рюрик". В ночь на 7-е июня отряд возвратился во Владивосток. О своем крейсерстве начальник отряда доносит: утром 2-го июня отряд подошел с севера к Симоносекскому проливу и, находясь от него в 20 милях, заметил по курсу на горизонте два парохода, за которыми и начал погоню; догнать пароходы не удалось за дальностью. В это время открылось третье судно, овладеть которым было поручено крейсеру "Громобой". Пароход этот, оказавшийся затем транспортом "Идзуми-Мару", не останавливался, несмотря ни на какие требования, пока в него не попало несколько снарядов, после чего он остановился, и люди с него стали бросаться за борт. Сигналом "Громобой" потребовал оставления людьми парохода, что и было выполнено на двух шлюпках, а плававшие в воде люди были подобраны катером с крейсера и приняты на "Громобой". Транспорт же "Идзуми-Мару", в три с лишком тысячи тонн, занимавшийся перевозкой войск и грузов на театр военных действий, был потоплен выстрелами. Среди 105 человек, принятых с транспорта на крейсер, находилось 17 офицерского звания. Потопив пароход "Идзуми-Мару", с крейсера "Громобой" были усмотрены еще два парохода, на которые он и устремился. Настигнутые суда оказались транспортами "Садо-Мару" и "Хитачи-Мару", каждый около шести тысяч регистровых тонн; на транспортах кроме воинских грузов оказалось: на первом — мастеровые телеграфного ведомства при 12 офицерах, кони и понтоны; на втором — более 1.000 человек войска и воинский груз. Завладение "Садо-Мару" было поручено крейсеру "Россия", "Хитачи-Мару" — "Громобою", от которого "Хитачи-Мару" пытался уйти; после того, как несколько предупредительных выстрелов по транспорту для его остановки не оказали действия, по транспорту был открыт огонь; тогда он и остановился. На сигнал об оставлении парохода людьми пароход не обратил внимания, и только после нескольких принудительных выстрелов стал спускать шлюпки. Транспорт тонул очень медленно, вследствие чего "Громобою" было приказано поспешить потопить пароход, что крейсером вскоре и было исполнено. Преследуемый крейсером "Россия" транспорт "Садо-Мару", после нескольких сделанных по нему выстрелов, остановился и, по требованию сигналом стал спускать шлюпки и боты, которых на нем было особенно много. Шлюпки спускались торопливо и некоторые опрокинулись, остальные приняли на себя значительное число людей и направились к находившимся в виду островам Тоусима и Икисима. Погода тихая, море совершенно спокойно. Крейсеру "Рюрик" было приказано взять к себе офицеров, нижних чинов и команду, но из всех чинов оказалось возможным принять только 4 иностранцев, служивших на пароходе, и 25 офицеров, остальные чины не покидали транспорта. Тогда крейсеру "Рюрик" было приказано потопить его минами. От первого взрыва транспорт не утонул, вследствие чего было приказано выпустить в него вторую мину, от которой транспорт стал погружаться. Считая дело с транспортом оконченным и в виду наступившей пасмурности, отряд отправился в дальнейшее крейсерство. Все время за действием отряда следил японский крейсер. На следующий день на пути к Сангарскому проливу был встречен британский пароход "Аллантон". Посланному для его осмотра офицеру шкипер заявил, что идет из Мурорана в Сингапур с грузом 6.500 тонн угля. Опрос команды, осмотр документов и неисправность вахтенного журнала в связи с прежней деятельностью парохода по перевозке военной контрабанды в Японию, заставили сомневаться в нейтральности его груза и вынудили отправить его во Владивосток с конвоем военной команды под начальством лейтенанта Петрова 10-го для разбора действий парохода в местном призовом суде. Кроме этого парохода за остальное время крейсерства других судов отряд не видел. На пароходе оказался один интеллигентный японский подданный, видимо не принадлежащий к судовому составу. Об изложенном всеподданнейше доношу Вашему Императорскому Величеству.