Чтение онлайн

2. Всеподданнейше доношу Вашему Императорскому Величеству: сегодня 8-го июня, возвратилось во Владивосток из экспедиции к берегам Японии отделение миноносцев, отправленное мною 2-го числа под командой Великого Князя Генерал-Адмирала капитана 2 ранга Виноградского. Миноносцы подходили к самому порту Иезачи, на острове Хоккайдо, войти в который им помешал туман. Миноносцы захватили и уничтожили несколько промысловых и перевозочных шхун, одну из которых привели в порт. При осмотре документов и грузов обнаружилось, что большая часть шхун везла рыбные продукты и рис в порты Сасебо и Симоносеки.

Про действия Владивостокской эскадры известно следующее: эскадра после своего возвращения во Владивосток 14 (27) апреля не предпринимала далеких смелых походов, а лишь по временам, по-видимому, для разведки выходила из гавани. В то время как наша 2-я эскадра постоянно крейсеровала по Японскому морю, русские суда появлялись лишь по близости от залива Петра Великого.

Еще ранее главный командир Черноморского флота вице-адмирал Скрыдлов, будучи назначен командующим Тихоокеанским флотом вместо погибшего вице-адмирала Макарова, 14 (27) апреля выехал из русской столицы и намеревался было прямо проехать в Порт-Артур, но так как этот порт уже был окружен нашими войсками, то в середине мая он прибыл во Владивосток и поднял свой флаг на крейсере «Россия», а контр-адмирал Карл Петрович Иессен перенес свой флаг на крейсер «Громобой». Русское правительство решило отправить на Восток новую эскадру, а бывшая там эскадра получила название 1-й Тихоокеанской эскадры, начальником которой 2-го мая был назначен вице-адмирал Петр Алексеевич Безобразов, а вице-адмирал Скрыдлов стал начальником Соединенного флота. Вице-адмирал Безобразов также пребывал во Владивостоке и поднял свой флаг на крейсере «Россия», а адмирал Скрыдлов перебрался на берег. 2 (15) мая контр-адмирал Иессен на «Богатыре» вышел на разведку, несмотря на бывший в этот день туман. Во время плавания крейсер сел на камни у мыса Брюса в 20 милях на SW от Владивостока. Для спасения первым делом был послан пароход «Надежный», а с 3 (16) мая туда то и дело ходили крейсера и прочие суда. Работы велись днем и ночью, и хотя много раз попытки стащить не удавались, но, наконец, 2 (15) июня крейсер был благополучно снят с камней и приведен во Владивосток.

30 мая (12 июня) адмирал Безобразов с крейсерами «Россия», «Громобой» и «Рюрик» вышел из Владивостока в Корейский пролив. По-видимому, главной целью этого похода было нападение на наши военные транспорты в этом проливе.

В записках одного офицера с "России" говорится:

"Первоначальный план этого крейсерства: идем через восточный пролив к острову Кельпарт и там 2 дня предполагаем крейсеровать между ним и островом Росса для перерыва сообщений Японии с южной Кореей; назад вернемся западным Корейским проливом, а в случае если не удастся прорваться, то идем в Артур… раньше хотели прорываться через Цусиму ночью, чтобы обратно нас не ждали, да почему-то передумали и решили пройти пролив 2/15-го ранним утром".

2 (15) июня на рассвете крейсера подошли к острову Ики. Около 9 часов утра увидели наш военный транспорт «Идзуми-Мару» [12] .

За ним погнался «Громобой» и сначала поднял сигнал: «Остановиться». Видя, что сигнал не исполняется, выпустил в пароход несколько снарядов и, наконец, потопил его.

В записках офицера с "России" говорится:

"Первый снаряд попал в рулевое отделение, третьим снарядом была пробита подводная часть, но пароход не останавливался и только после нескольких попавших 6" снарядов остановился".

С него было спасено 105 человек. В то же время заметили «Хитачи-Мару» и «Садо-Мару». «Россия» пошла к «Садо-Мару», а «Громобой» к «Хитачи-Мару», и так как оба парохода не слушались сигнала: «Остановиться», то «Громобой» в конце концов потопил «Хитачи-Мару» 8 выстрелами из орудий и пуском 1 мины. «Россия» также открывала огонь, но так как «Садо-Мару» затем остановился, то крейсер прекратил огонь и приказал подходившему «Рюрику» снять некомбатантов: посредника Комаку, переводчика Умеда, 4 англичан судового состава и 21 японца, а всего 27 человек. Поручив окончательно разделаться с «Садо-Мару» «Рюрику», «Россия» отошла мористее. Затем начальник эскадры приказал «Рюрику» вернуться скорее, и этот крейсер, выпустив по пароходу 2 мины, но не удостоверившись, что пароход затонул, удалился на соединение со своими судами (в это время «Россия» и «Громобой» уже отделились от «Рюрика» и были близ острова Окиносима) и все вместе снова направились в сторону провинции Оки для захвата наших торговых судов и зафрахтованных пароходов, идущих с углем из Мурорана или Отару. 3 (16) июня около 9 часов утра, находясь на высоте Майдзуру, увидели английский пароход «Allanton» (4.252 тонны), остановили его и, после осмотра, задержали и отправили во Владивосток (прибыл туда 6 (19) июня); в тот же день около 2 часов дня, заметив шхуну № 9 «Унко-Мару», приказали ей остановиться. На нее были пересажены 23 человека из числа взятых в плен на «Идзуми-Мару» и отпущены.

Рано утром 5 (18) июня эскадра подошла к Сангарскому проливу, а с 8 часов утра легла на обратный курс к Владивостоку. Около 3 часов 6 (19) июня подошла к мысу Поворотному и оттуда вдоль берега шла на W; к вечеру подойдя к Аскольду, во избежание мин пошла Амурским проливом и в 8 часов вечера вошла во Владивосток. Говорят, что 112 человек из числа взятых пленных (в том числе 4 англичанина, несколько раненых и больных) были оставлены в местном морском госпитале, а прочие 24-го июня в особом поезде отправлены в Иркутск. Еще перед этим, находившиеся под охраной эскадры несколько миноносцев под командой капитана 2 ранга Виноградского вышли из Владивостока. 2 (15) июня и 3 (16) июня у острова Окусири потопили шхуны «Ансей-Мару» (105 тонн) и «Хачиман-Мару» (136 тонн), а шхуну «Хотоку-Мару» после осмотра освободили, 4 (17) июня потопили шхуну «Сейей-Мару» (69 тонн). 5 (18) числа у Мацумае осмотрели и отпустили шхуну «Хако-Мару» (238 тонн). 6 (19) июня захватили шхуну «Хакуцу-Мару» (211 тонн), место неизвестно. С этого дня нашел густой туман, к тому же погода испортилась; миноносцы отправились обратно и вернулись во Владивосток 7 (20) июня к ночи. Сначала «Хакуцу-Мару» они вели на буксире до полудня 7 (20) числа, но из-за свежей погоды буксир несколько раз рвался; поэтому, поставив на шхуне паруса, отправились самостоятельно во Владивосток, куда она и прибыла той же ночью.

Русская Порт-Артурская эскадра 10 (23) июня вышла в море и хотя под давлением нашего Соединенного флота снова вернулась в гавань, но нельзя было поручиться, что выбрав удобное время, она не предпримет снова попытки соединиться с Владивостокской эскадрой. Поэтому бывшая на охране Корейского пролива наша 2-я эскадра с напряженным вниманием наблюдала за проливом. К 17 (30) июня 2-й боевой отряд («Идзумо», «Адзума», «Ивате», «Токива») и судно специального назначения «Кассуга-Мару» находились в Озаки; авизо «Чихая» — в Такесики; крейсер «Нанива» с миноносцем 19-го отряда «Камоме» [13] у восточного берега Кореи, конвоируя зафрахтованный морским ведомством пароход «Сейриу-Мару»;»Нийтака», «Цусима» и «Такачихо» несли сторожевую службу. Отряды миноносцев 9-й, 15-й, 17-й и 18-й [14] , окончив ночную охрану, находились в пути к Озаки.

17 (30) июня утром адмирал Камимура, получив от помощника начальника Морского Генерального штаба вице-адмирала Иджуина телеграммы, что в 5 часов 50 минут утра пять русских миноносцев вошли в Гензан, а в море держатся 3 военных судна, а также, что русские миноносцы бомбардируют берег, и опасаясь, что возвращавшийся как раз в этот день с восточного побережья Кореи в Фузан пароход «Сейриу-Мару» может попасться неприятелю, решил спешно отправиться с эскадрой в бухту Унковского, чтобы в случае надобности защищать или оказать помощь этому транспорту. В 8 часов 20 минут утра адмирал Камимура дал приказ 2-му боевому отряду немедленно готовиться к походу, «Чихая» идти из Такесики на соединение с ними, а «Кассуга-Мару» оставаться в Озаки. В это время 11-й, 17-й и 18-й отряды миноносцев уже вошли в гавань, но адмирал снова приказал им идти на охрану, а вернувшимся вскоре, вслед за ними, 9-му и 15-му отрядам велел спешно принять уголь и воду и идти на соединение с эскадрой до захода солнца на рандеву в 20 милях на Ost от бухты Унковского; сверх того, сторожевому судну «Нийтака» приказал передавать известия о неприятеле и о движении 2-й эскадры на «Нанива». В 8 часов 35 минут адмирал Камимура вышел со 2-м боевым отрядом из гавани и пошел западным проливом. В 9 часов 40 минут, встретив «Чихая», поставил его слева у эскадры. Затем телеграфировал «Такачихо» и «Цусима» прийти на рандеву с эскадрой у бухты Унковского, около 6 часов вечера, а «Чихая» приказал идти, увеличив ход, к восточному берегу Кореи и передать «Сейриу-Мару» приказание спешно возвращаться обратно, и затем идти на соединение с эскадрой. В 2 часа 20 минут адмирал Камимура получил известие с «Нанива», что к нему присоединился «Нийтака» и в 2 часа 44 минуты, находясь по счислению в широте 35°26′ N и долготе 129°52′ Ost изменил курс на N ½ румба к Ost'у. В 3 часа 40 минут была получена телеграмма от вице-адмирала Иджуина, что сегодня в 9 часов 30 минут утра 3 русских военных судна, 8 миноносцев и 1 судно, похожее на истребитель, прошли мимо мыса Кодрика при входе в Гензан и направились на SO; а затем, что суда, по-видимому, ушли, 3 миноносца около 10 часов утра, находясь между мысом Cachita-rro и островом Аненкова, как будто бы ставят мины заграждения. В это время к эскадре подошли миноносцы 9-го отряда «Аотака» и «Кари», и командующий этим отрядом капитан 2 ранга Ясима доложил адмиралу, что миноносцы 15-го отряда «Хибари», «Саги» и «Хаситака» подойдут позже и, что «Хато», «Цубаме» и «Удзура», приняв воду и уголь, также выходят на соединение. Погода начинала портиться, солнце близилось к закату, а остальные миноносцы все еще не подходили. Заключая из этого, что они или не могут догнать эскадру, или же разойдясь с ней идут все еще на N, адмирал Камимура, не решаясь их брать с собой, приказал капитану 2 ранга Ясима со своими двумя миноносцами идти обратно и, присоединив к себе прочие миноносцы, ожидать приказаний в Окочи. В 6 часов 22 минуты подошли «Нанива» и «Нийтака». В 7 часов вечера эскадра повернула на юг и 18 июня (1 июля) в 7 часов утра, подойдя к северной оконечности острова Окиносима, повернула вправо на 16 румбов. Вскоре встретив крейсер «Цусима», миноносцы «Хибари» и «Саги» («Хаситака» ночью из-за тумана отделился от своих миноносцев), адмирал Камимура приказал командиру 15-го отряда капитану 2 ранга Касама зайти со своими миноносцами в Окочи, а 9-му отряду вернуться в Озаки и вступить на сторожевую службу. В 9 часов 5 минут было получено известие, что «Чихая» встретил «Сейриу-Мару» накануне в 8 часов 30 минут вечера и передал приказание. В 11 часов эскадра изменила курс на SW 38° и пошла к восточному проливу. В 1 час 40 минут дня было получено известие из Такесики, что, по сведениям нашего консула в Гензане, русские суда, по-видимому, ушли на север, и что «Камоме» уже пришел в Озаки. В 6 часов 14 минут вечера приемный аппарат телеграфа на «Идзумо», принимая депешу с «Нанива», начал прерываться, и депеша получалась неясно, точно кто-то мешал переговорам. В 6 часов 35 минут с 2-й эскадры на NtO был замечен дым, а затем увидели 3 крейсера Владивостокской эскадры на расстоянии около 22.000 метров, идущими на юг, как бы с целью пройти восточным проливом. Поэтому тотчас же изменили курс и легли на NO 60°; прибавили ход и, нажимая неприятеля к Окиносима, хотели преградить ему путь; одновременно с этим, миноносцам было приказано подойти к эскадре. Неприятель, по-видимому, сначала не знал о пребывании нашей эскадры в проливе и шел прямо по прежнему направлению и, только когда наша эскадра пошла ему навстречу, изменил курс на NO и, увеличив скорость, идя в порядке: «Россия», «Громобой», «Рюрик», начал уходить. В это время «Нийтака» и «Чихая» находились сторожевыми судами в условном пункте, миноносцы, за исключением «Удзура», «Хато» и «Цубаме», уже приняли уголь и воду и шли по своим сторожевым районам, 2-й и 4-й боевые отряды, идя в строе кильватера, шли восточным проливом, почти уже выходя из него. Поэтому адмирал Камимура, чтобы дать тревогу, что неприятельская эскадра идет на юг, приказал «Идзумо» сделать несколько боевых выстрелов по направлению к острову Цусима, а в 7 часов велел прибавить ход 2-му боевому отряду и приказал адмиралу Уриу послать к мысу Коо-заки [15] крейсер «Цусима», чтобы предупредить о появлении неприятеля имеющие прибыть туда миноносцы. Еще перед этим, когда наша эскадра нагоняла неприятеля, идя на пересечку его курса, расстояние понемногу уменьшалось, а, кроме того, «Рюрик» далеко отстал от своих передних мателотов, находясь от них на расстоянии на глаз до 2.000 метров; но затем обе эскадры пошли одним курсом и расстояние до неприятеля почти не менялось, к тому же и отставший «Рюрик» как будто бы вошел в строй. Наша эскадра опять увеличила скорость, но и неприятель, по-видимому, дал полный ход, и расстояние не уменьшалось. К 8 часам вечера оно держалось в 12―13.000 или 14―15.000 метров. Но в это время солнце зашло, стало темно, и очертания неприятельских судов почти потерялись из вида. Еще до этого, справа по носу были обнаружены суда, похожие на наши миноносцы, и, видя, что они идут на Ost, казалось, что они подкрадываются к неприятелю. В 8 часов 17 минут неприятель вдруг открыл огонь из орудий и затем начал светить во все стороны прожекторами, благодаря чему 2-й боевой отряд получил возможность выяснить место неприятеля и, чтобы не упустить его, пользуясь темнотой, повернул в западный пролив, пошел полным ходом, имея неприятеля по правому борту. Однако, в 8 часов 50 минут неприятель совершенно закрыл боевое освещение и, в конце концов, снова потерялся в темноте. Адмирал Камимура, рассчитывая, что так как ранее при атаке наших миноносцев неприятель светил прожекторами и открывал сильную стрельбу, то и теперь если миноносцы догонят его, он снова откроет освещение, шел вслед за ним по-прежнему, но неприятель не давал о себе никаких признаков и место его так и не узнали. Тогда адмирал Камимура изменил курс на NO и потом снова почти на SW, идя все время полным ходом, однако, неприятеля не обнаружили. 19 июня (2 июля) в 3 часа 30 минут утра, видя маяк Коо-заки на NW в 14 милях, изменили курс и пошли в восточный пролив, а в 6 часов 22 минуты утра встретили «Нанива» и «Такачихо». Оба эти судна накануне около 9 часов вечера, потеряв свет неприятельских прожекторов и будучи не в состоянии следить за неприятелем, в 11 часов 15 минут, находясь в 37 милях на WtN от мыса Карасаки, взяли курс на SW и, таким образом, встретились со 2-м боевым отрядом. Вскоре затем подошел крейсер «Цусима». Этот крейсер накануне, чтобы найти миноносцы, дошел до залива Огучи, но там нашел только один «Камоме» и вышел вместе с ним. С полуночи до рассвета крейсеровал на SW от мыса Коо-заки в восточном проливе. В 5 часов утра, оставив Камоме в назначенном месте, сам до выяснения местопребывания эскадры крейсеровал между мысом Коо-заки и островом Ики и только теперь встретил эскадру. В 8 часов 37 минут утра адмирал Камимура приказал адмиралу Уриу вернуть крейсер «Цусима» в Озаки, спешно погрузиться углем и снова прийти к эскадре. В 8 часов 45 минут подошли миноносцы «Кари» и «Камоме» от мыса Коо-заки, а в 9 часов 55 минут «Аотака» от острова Ики. «Кари» 18 июня (1 июля) с 3 часов 30 минут дня вернулся из Оокочи в Озаки и с вечера стал на сторожевой службе между Коо-заки и островом Вакамия-сима. «Камоме» узнал о нахождении неприятеля близ острова Ики около 9 часов вечера из сигнала с «Кассуга-Мару». Выйдя немедленно в море, пошел в восточный проход и, встретив крейсер Цусима, до утра 19 июня (2 июля) шел вместе с ним, а затем вступил на сторожевой район между Коо-заки и островом Вакамия. «Аотака» вышел накануне вечером из Озаки и сообщил, что находясь у острова Ики ищет неприятеля. С полудня 19 июня (2 июля) адмирал Камимура распределил суда по сторожевым районам по обыкновенному, а с прочими судами в течение ночи шел по проливу на W, с наступлением рассвета снова пошел на Ost, вышел из пролива, затем днем держался к югу от острова Цусима и так действовал до 21 июня (4 июля).

17-й и 18-й отряды миноносцев, окончив сторожевую службу, 18 июня (1 июля) пришли: 17-й отряд — в залив Миура, а 18-й — в Кусухо. Вследствие полученных известий о действиях неприятеля у Гензана, оба отряда были вновь высланы адмиралом Камимура на сторожевую службу, и 17-й отряд в 6 часов 25 минут вечера, а 18-й в 6 часов вечера вышли в море; первый из них пошел на западную сторону острова Окиносима, а второй на восточную. Однако 17-й отряд, увидев в 7 часов 55 минут в 5 милях на S дым, прибавил скорость и пошел на него; скоро стало видно 3 дыма, и в 8 часов 25 минут вечера окончательно удостоверились, что это Владивостокская эскадра. В это время расстояние до нее было 4.000―5.000 метров, отряд шел в строе кильватера в порядке № 34, № 31, № 32 и № 33. Неприятель, по-видимому, также увидел миноносцы, начал светить всеми прожекторами и открыл сильный огонь с левого борта. Начальник отряда капитан-лейтенант Симомура, так как было еще достаточно светло, и момент для атаки не настал, ожидая полного захода солнца, временно изменил курс с W на WSW; в 9 часов 20 минут, предполагая идти а атаку, пошел на NO, но неприятель уже около 8 часов 50 минут погасил прожекторы, и теперь было трудно найти его место; капитан-лейтенант Симомура полагая, что неприятель находится от него на NO, пошел в этом направлении. Около 9 часов 55 минут, когда отряд находился в 15 милях на W от Окиносима, взошла луна, и стало хорошо видно кругом, но неприятеля уже не было. Поэтому начальник отряда пошел искать неприятеля от восточного берега Цусимы до острова Мисима. В 3 часа 30 минут ночи, находясь вне залива Миура, задний миноносец № 33 начал отставать и, в конце концов, разошелся с отрядом, а прочие 3 миноносца, пройдя на юг еще около 5 миль, изменили курс и при вторичном приближении с Ost'a к Миура-ван встретили пароход «Яматогава-Мару»; миноносец № 32 проводил его в этот залив, а №№ 34 и 31 в 6 часов 50 минут вошли в восточный вход Кусухо; позже к ним присоединился № 32. Миноносец же № 33, потеряв свой отряд, крейсеровал один между Миура-ван и Окиносима, после чего в 9 часов утра пришел в Кусухо и соединился с отрядом; все миноносцы приступили к приемке угля и воды.

18-й отряд в 8 часов вечера 18 июня (1 июля), находясь в 18 милях на Ost от Окиносима, увидел вдалеке на S три дыма и тотчас же пошел на них, держа их слева на 1 румб по носу; когда они были у него с левого борта на 4 румба от курса на расстоянии около 3.000 метров, то убедился, что это Владивостокская эскадра, идущая на N; начальник отряда капитан 2 ранга Сайто немедленно приказал миноносцам приготовиться к атаке. В 8 часов 10 минут вечера, когда головной неприятельский корабль был по левому траверзу на расстоянии около 2.000 метров, отряд попал под огонь со всех судов неприятеля и был освещен прожекторами, вследствие чего был вынужден несколько отойти и, обогнув затем полным ходом с кормы концевой неприятельский крейсер «Рюрик» пошел за ним в погоню, ожидая удобного момента, чтобы атаковать его. Однако, неприятель спустя немного времени погасил освещение и прекратил стрельбу, как видно удаляясь на NO. В это время № 36 один гнался за неприятелем, приблизившись одно время менее чем на 2.000 метров к его концевому кораблю; но из-за большой волны не мог держать требуемой скорости и постепенно отставал от неприятеля. В 11 часов вечера, находясь в 26 милях на NNO от Окиносима, он, наконец, потерял из вида неприятеля и поневоле повернул обратно. В 1 час 42 минуты подошел к Окиносима и до 5 часов 20 минут утра крейсеровал по его восточную сторону, но неприятеля не видел и потому прекратил поиски. В 9 часов прибыл в Миура-ван. Миноносцы №№ 35 и 60 преследовали неприятеля, но в 9 часов 15 минут вечера не могли уже продолжать погоню и отошли от головного. № 35 встретил 2-й боевой отряд и, доложив о движении неприятеля, вернулся в Такесики; а № 60 пошел в Кусухо и затем перешел в Такесики. № 61 сначала гнался вместе с другими за неприятелем и, подойдя к заднему крейсеру, выпустил в него мину, но за дальностью расстояния не попал. Этот миноносец, разойдясь с головным и думая, что неприятель идет на ONO, пошел в этом направлении, но, подойдя к Окиносима и не видя неприятеля, повернул на W и, идя этим курсом, увидел нашу эскадру, идущую на S. 19 июня (2 июля) в 8 часов утра встретил головной миноносец № 36, идущий с Ost, и в 9 часов утра вместе с ним вошел в Мира-ван.

1. Во всеподданнейшей телеграмме командующего Тихоокеанским флотом вице-адмирала Скрыдлова говорится:

"Всеподданнейше доношу Вашему Императорскому Величеству. Усиленная рекогносцировка отряда миноносцев Владивостокского порта и транспорта "Лена", отправленных в порт Гензан под начальством капитана 2 ранга барона Радена, выяснила отсутствие в этом порте каких-либо военных судов; из торговых на рейде находились каботажный пароход и шхуна, сожженные по свозе с них команд; также уничтожены многочисленные шаланды, лежавшие на берегу. В японском квартале и на берегу обнаружены спешно собиравшиеся японские войска, начавшие стрелять по миноносцам, которые открыли огонь, чем заставили людей удалиться. Миноносцы гранатами подожгли казармы. С нашей стороны потерь нет".