Чтение онлайн

– Знаю.

– Не знаю, а подсади ее на пеленку.

– Уже сажаю. Не бухти, мам.

Быстро поднимаюсь на второй этаж и плюхаюсь на кровать. Еще пару дней назад, когда только речь зашла о переезде, я думала, что у нас будут проблемы. Но как-то все решилось за один день. Да, я вот так резко решила изменить свою жизнь, вернее, мои домочадцы не дали мне время все обдумать. Наверное, оно и к лучшему. Мы с Сашей собрали все необходимые вещи буквально за один вечер и уже как два дня живем у Андрея. Конечно, еще почти ничего не перевезено, но для этого есть еще время. Больше всего меня пугали разбросанные носки, чайные пакетики и прочая бытовая дребедень, которая будет неизменно меня раздражать. Да, в конце концов, каждый день одно одеяло на двоих. Но пакетики, как оказалось, Андрей не просто убирает сам, а собирает для растений. Разбросанных носков и в помине нет, да и одеяло настолько большое, что мне удается ухватить его так, как я привыкла спать – подмяв под себя. Проблема даже не в писающем повсюду и жрущем что ни попадя щенке. Фактически у меня появился второй ребенок, причем грудничок, и именно я убираю за этим самым ребенком. И нет, мытье пола, равно как и унитаза, меня не напрягает, а всегда успокаивает и приводит в тонус. Проблема в этой долбаной встрече, которая состоится уже через два часа. Как сказал бы Лебедев – я ссыкуха. Даже не трусиха. Это не мои подчиненные, я не смогу на них крикнуть или поставить на место. Дошло до того, что мысленно я репетирую падение с лестницы перед самым выходом. Понимаю, что это идиотизм, но поделать с собой ничего не могу. Страшно. Сама не знаю от чего. Если бы не этот дурацкий поход – мою жизнь можно назвать почти идеальной. Что в принципе тоже напрягает, ибо попахивает нереальностью.

– Лен?

– Давай не поедем, - без предисловий произношу я.
– Ну, пожалуйста, - чувствую, как подо мной прогибается кровать.

– Это просто встреча. Ну ты чего?

– Я уже репетирую в голове, как упаду с лестницы, чтобы никуда не идти. Понимаешь? Я не хочу ничего себе ломать. В январе я должна быть огурцом, мы полетим на море. Мне нельзя ничего ломать. Понимаешь?
– как дурочка повторяю я, вглядываясь в улыбающегося Лебедева.
– Давай не поедем, ну пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - обхватываю ладонями его лицо и начинаю покрывать хаотичными поцелуями.

– Хорошо.

– Да?!
– удивленно произношу я.

– Конечно же, нет, - усмехаясь, произносит Андрей.
– И ломать себе ничего не нужно. Мы на пару часов. Максимум. Или ты сама одеваешься или тебя одеваю я. Считаю до десяти.

– Сама, - нехотя отвечаю я, вставая с кровати.
– Как хоть твою мать-то зовут?

– Твою мать.

– Андрей!

– Татьяна. Михайловна, - добавляет Андрей с улыбкой на лице.
– Я не понимаю зачем ты себя накручиваешь.

– А я не понимаю зачем мы туда идем.

– Завтра, а может в любой другой день недели моя мать заявится сюда не только с контейнером еды, но и придет с какой-нибудь девицей, которую пророчит мне в жены. Оно тебе надо? Появление вместе решит эту проблему и обозначит границы. Понравишься ты ей или нет – не имеет никакого значения.

– Ты многих девушек приводил на знакомство с родителями?

– Одну. Свою бывшую жену, и то только потому, что по-другому было никак, мне нужны были бабки. У студента Андрюши не было денег, чтобы снимать квартиру со своей псевдобеременной будущей супругой. Мне не было смысла знакомить родителей со своими женщинами. А вообще моя мать как-то сама умудрялась с ними общаться. Не со всеми, конечно, но умудрялась.

– Ясно.

Мне бы по-бабьи радоваться, что я удостоена чести познакомиться лично с его семейством и не из-за липового залета, а потому что он сам этого хочет, да вот только страх все равно лидирует.

Судя по дому Лебедевых, эта семья получает прекрасную зарплату. Прям великолепную. Хотя, о чем я, там конверты с тремя миллионами раздаривают. Кажется, слюна застряла где-то в горле, когда нам открыли дверь. К счастью, это не мать Андрея, а именинница. Долгому осмотру я не подверглась. Все так суетятся, что не до меня. И очень. Очень много людей, в частности, детей. Правда, человека, которого мне бы хотелось увидеть почему-то нет.

Стоило только войти в гостиную, как женщина, предположительно мать Андрея, уставилась на меня в оба глаза. Не сказать, что она смотрит на меня зло или брезгливо. Нет, скорее… оценивающе. Цербером, как было в моей голове она совсем не выглядит. Ни внешне, ни словесно. Со вторым, возможно, я тороплюсь и ключевое слово здесь «пока». Но с виду она вполне себе мила и на мой приход вместе с Андреем отреагировала вполне себе нормально. Кивнула при приветствии и на этом пока все.

– Мы с вами где-то встречались?
– наконец произносит именинница, как только мы присаживаемся в гостиной.

– Да. В гинекологическом кресле, - как ни в чем не бывало отвечаю я.

– Ааа… понятно. Что-то не могу вспомнить. Может какая-нибудь отличительная черта?

– Ммм… вагина.

– Ну это понятно, а у нее самой ничего не было особенного?

– Андрей, - поворачиваюсь к Лебедеву.
– Там нет ничего особенного?

– Есть. Она бриллиантовая, - подыгрывает мне Лебедев.

– Ну понятно, значит для меня ничего особенного.

– Леночка, здравствуй. А я все думаю причудилось ли мне. Думаю, какой знакомый голос.

– Не причудилось, Виктор Алексеевич. Здравствуйте, - улыбаясь, произношу я. Ну вот сейчас как-то безусловно стало полегче.

– Вы знакомы?
– удивленно интересуется мать Андрея.

– Да, Елена была у меня на лечении. В сентябре, если не ошибаюсь.

– Да, в сентябре.

– Рад тебя видеть.

– Взаимно, - улыбаюсь в ответ как дурочка. Классный. Ну какой же все-таки классный мужчина. Лебедев младший точно в своего папу. Хорошо хоть разглядела.

А вот дальше что-то пошло не так, возможно, я слишком лыбилась Виктору Алексеевичу, ибо мать Андрея стала на меня странно смотреть. А потом и вовсе перевела взгляд на мой пах. Снова на лицо и обратно.

– Что-то мне ваше лицо тоже знакомо, - прищуриваясь, произнесла она.
– И не только оно, - снова переводит взгляд вниз.

– Нет, нет, у вас я точно не была.

– Нет, нет, я вспомнила. Есть у меня постоянная пациентка… с сифилисом. У нее часто вылезает твердый шанкр. Вы на нее очень похожи, прям одно лицо, только без твердого шанкра на губе. И зовут ее тоже Елена. Какое поразительное сходство, - чуть ли не цокая, произнесла мать Андрея.
– Или это все же вы, Елена?
– если до этого в гостиной было шумно, то сейчас тихо. Абсолютно.

– Совершенно точно вы ошиблись, - как можно спокойнее произношу я.
– И мое лицо вам знакомо по другой причине. Я вот только сейчас вспомнила. Пару лет назад нас с вами посадили в одну камеру. Меня за оскорбление сотрудника полиции, а вас за получение взятки в особо крупном размере. Да, это точно вы. И звали ту женщину, Татьяна. Давно вас выпустили, Татьяна?

– А тебя?
– приподняв брови, поинтересовалась Татьяна, едва сдерживая улыбку.

– Так я штраф сразу заплатила и дальше пошла. Вы разве не помните?

– Да, что-то вспоминаю. А мне условно дали, как раз два года. Как тесен мир, - цокает женщина, уже не скрывая улыбку.

– И не говорите, нас вот судьба с Андреем дважды свела.

– Как интересно. И как вы познакомились с Андрюшей? И давно?

– В конце лета. В метро, - поворачиваюсь к улыбающемуся Лебедеву.
– А потом попала к нему на прием. Правда, оказалось, что проблемы у меня с почками, а не гениталиями. И вот ваш муж меня и лечил.

– А хотите все анекдот?
– неожиданно произнес Виктор Алексеевич, после небольшой паузы, во время которой каждый явно думал о своем.
– Леночка?