Действуй, дядя Доктор!
Шрифт:
– Еще б он мной не заинтересовался. Я – красивая, он хлюпик с проплешиной. Да и для того, чтобы уложить женщину в койку, ребенок – не помеха. И, пожалуйста, больше не нюхай незнакомых мужиков.
– У тебя на все найдется ответ, да?
– обиженно бросает Саша, сложив руки на груди.
– А чего его искать, если все на поверхности? И вообще, я не поняла, что вдруг за разговоры о мужиках?
– Так нельзя, мама. Даже я понимаю, что так нельзя, - настолько серьезно произносит она, что невольно задумываешься над тем, что передо мной вовсе не одиннадцатилетний ребенок.
– Саш, ты чего?
– Ничего. Я хочу, чтобы ты спала не только с Федей.
– Я за моногамные отношения. Прости, но изменить ему не могу. Да и самое главное – не хочу.
– А я не прошу тебя заводить еще одного кота. В нашем доме должен появиться двуногий мужчина. Не четырехногий кот, а мужчина.
– Прямо-таки должен? Нет, солнышко, никто никому никогда ничего не должен. Меня устраивает четырехлапый Федя. И, пожалуйста, не надо меня сейчас злить.
– Не собираюсь я тебя злить. Я ж как лучше хочу. К вопросу о бритых ногах. Придется, мама. Не хочешь брата тети Иры, будут тебе другие. Час назад я зарегистрировала тебя на сайте знакомств. Напоминаю, что на тебе браслет, поэтому не ругайся, пожалуйста. Это тебя ни к чему не обязывает. Просто надо этим заняться сейчас, пока тебе не исполнилось тридцать. И пока у нас есть еще четыре с половиной месяца до твоего юбилея, надо пользоваться цифрой двадцать девять. Я много читала и, к сожалению, пришла к выводу, что после этой страшной цифры «тридцать» – мужчины списывают девушек в утиль. Дальше шанс выдать тебя замуж падает с каждым днем. А я не хочу, чтобы ты осталась одна. Ведь я же когда-то вырасту, и мы будем жить раздельно. Хочу, чтобы у тебя было крепкое мужское плечо.
– Все сказала?
– Да.
– А теперь говорю я: заканчивай читать то, что не положено в твоем возрасте. Не знаю откуда вдруг в тебе взялась тяга устроить мою личную жизнь, но мне это не нужно, Саша, - кажется, я никогда не говорила с ней вот так.
– От чего-то я наивно полагала, что у нас с тобой все хорошо и предельно ясно. Я не из тех мамаш-одиночек, которые хают мужиков, дабы их кровиночка осталась до глубокой старости с ними. Я очень уважаю хороших мужчин, пусть их и крайне мало, но они есть. И я искренне желаю тебе встретить именно такого мужчину в положенное время, а не чмо болотное. Однако, я не из тех особ, которым нужно крепкое мужское плечо. И не из тех женщин, которые плачут по ночам в подушку и боятся остаться одной в окружении десятков котов. Не равняй меня со всеми. Удали сейчас же анкету, - резко встаю с диван и иду в спальню.
– Мам, - дергает меня за руку.
– Я сказала удали.
– Удалю. Мазь возьми, - протягивает мне тюбик.
– Спасибо.
Сопоставив все факты, пришла к выводу, что все в моей жизни пошло через жопу, после долбаной поездки в метро. Сначала я заболела гриппом. Я, человек, у которого за всю жизнь были пару раз сопли, конкретно слегла. Так, что пришлось вызывать скорую, ибо температура ну никак не хотела спадать. Отходняк был жуткий, единственным плюсом можно назвать разве что похудение на три кило. Потом слегла Саша, точно так же, как и я. По итогу – на работу я забила, чего никогда не было в моей жизни. После того как все-таки вышла, вот уже пять дней не могу ни на чем сосредоточиться, даже замечаний никому делать тоже не хочется. А все потому что пятый день думаю только о ноющей боли в пояснице и внизу живота. Обезболивающее не помогает. Все валится из рук. В добавок приснился самый жуткий из снов, где вовсю мне тыкали тарелку с мясом и чертовы зубы. Я – донельзя суеверная личность. Знаю к чему это снится – к смерти. В лучшем случае к тяжелой болезни. А учитывая, что гинеколога я посещала последний раз лет пять назад и то, потому что приперло, хорошего ждать не приходится. Записаться к врачу – записалась, а легче от этого не становится. Я накручиваю себя по полной. Накрутила до такой степени, что не понимаю, где вообще болит. Я просто сплошной нервный комок.
Алкоголь крайне редко присутствует в моей жизни. Максимум бокал вина, да и то, потому что этого требуют некоторые жизненные ситуации. Как, например, заключение какого-нибудь договора. Так сказать, за дело. Цели напиться или захмелеть – у меня никогда не было. И это не дань здоровому образу жизни, просто, когда твой папаша известный на всю деревню алкаш, который за бутылку отметелит почти трезвую мать, а потом по пьяни зарежет единственное хорошее существо в твоей жизни, потому что надо было хоть чем-то закусить, а нечем, как-то не тянет к алкоголю. Совсем. И вот сейчас, смотря на, подаренную не помню кем, коллекционную бутылку вина, чувствую себя какой-то преступницей. Потому что впервые хочется напиться, ибо страшно.
Жуть как страшно, черт возьми. И пугает даже не сам факт того, что найдут что-нибудь такое, от чего я умру в ближайшее время. Страшно от того, что Саша останется одна. Теоретически, я могу назначить при жизни опекуном Саши – Глеба. Он не откажется. Как-то с первой встречи у нас повелось друг другу помогать. Если бы не я, он бы, вероятнее всего, сейчас по земле не ходил. Если бы не он – я бы не получила образование, работу, да и многое другое. Проблема в том, что каким бы хорошим ни был Глеб, и как хорошо бы ни относился к Саше, он ей не папа и не мама. А уж я-то знаю, что такое, когда нет ни того, ни другого. Знаю, как важно иметь маму. Суть в том, что Саша никому кроме меня не нужна. Хочу, чтобы все, что заработала, как минимум, досталось ей. И никакая тварь ее не облапошила. И вообще, много чего хочу. Дожить бы хотя бы до ее восемнадцатилетия.
И вот сейчас, не имея штопора, я проталкиваю дрянную пробку в бутылку, дабы выпить залпом алкоголь и лечь в кровать. Мне надо забыться и сделать то, что в последние дни не получается – просто заснуть. Что я и делаю с успехом. Плевать, что в этот момент я напоминаю себе своего уродского папашу. Главное поспать перед врачом…
Утром, как ни странно, проснулась в боевом духе. Во-первых, медицина шагнула вперед, даже если внутри меня полная жопа, во-вторых, выбрала хорошую клинику, которая по счастливой случайности находится в пешей доступности от меня. Ну и самое главное – сделала то, что никогда бы не сделала раньше – выбрала гинеколога-мужчину. Точнее, выбирать я его не выбирала, просто… ну, если по отзывам он оказался самым лучшим, то можно и раздвинуть разок ноги перед мужиком. С меня не убудет. К тому же, я три дня ждала своей очереди. Не просто же так именно к нему такая долгая запись. Надо будет потерпеть всего лишь несколько минут, ну и засунуть свою неприязнь подальше.
– Проходите, пожалуйста. Кабинет в самом конце коридора, справа, - произнесла девушка регистратор приторно милым голосом, подавая мне карту.
– Спасибо.
Глубокий вдох – выдох. Все будет хорошо. И не с таким справлялась. Короткий стук ради приличия и, аккуратно нажав на ручку, медленно открываю дверь. Поднимаю взгляд на рабочий стол – никого. Подхожу ближе и только спустя пару секунд слышу позади себя:
– Добрый день. Присаживайтесь.
Хорошо, что сразу не на кушетку. А может это и хуже. Оборачиваюсь на голос. И застываю. Нет. Ну нет! Не может такого быть.
– Да ладно?!
– первым восклицает он.
– В попе шоколадно, - совершенно неконтролируемо вырывается из меня. Могу поклясться, что в этот момент я реально забыла о том, что у меня что-то там ноет и болит в животе и пояснице.
Вот тебе и «бомж Андрюха» с дырявыми носками…
ГЛАВА 4
– Сам всевышний привел тебя в мои врата рая, дочь моя.
– Что ты несешь?
– обескураженно произношу я, наблюдая за тем, как он тянет ладонь к моему лицу, на что я резко вскидываю руку, ударяя его. Хлестко. И скорее всего больно. Парадокс, но после того, как я его ударила, боль в пояснице напомнила зачем я вообще сюда приперлась.
– Ай. Аккуратнее, не порть мне рабочий инструмент, - демонстративно дует на свою руку.
– Засунь себе знаешь куда свой рабочий инструмент?!
– Знаю. Засовывал. Засовываю. И буду засовывать. Работа такая, сунь-вынь, - пожимает плечами. В очередной раз наклоняется ко мне лицом и всматривается в мои глаза, при этом дышит, обдавая меня… снова запахом чеснока. Да что за такая чесночная вонючка?! А я? Почему я стою как недвижимый кусок идиота?
– Присядь на стульчик. А то я вижу тебе сложно стоять.
– Что?
– Ну ты чуть сгорбленная, рука на пояснице. Болит, наверное, что-то?
– Болит, - как конченая дебилка мямлю в ответ, наблюдая за тем, как он опускает свои лапы мне на плечи. Надавливает на них так, что я невольно все же сажусь на стул.
– Садись удобнее, не бойся, я ж не кусаюсь. Не буду я лезть к тебе туда, куда привык. В смысле буду, но не сейчас. И не на кресле.
Я не знаю, что на меня находит, но я все же усаживаюсь на стул, борясь с желанием не послать этого докторишку на хрен, и понимаю, что даже если я буду при смерти, у этого лечиться не собираюсь. И только присев, осознала, что он только что сказал. «Буду, но не сейчас. И не на кресле». Это что вообще такое?!