Действуй, сестра!
Шрифт:
Кофе кончился, а она хотела еще, поэтому сразу же заказала еще чашку и оглянулась на бирюзовую морскую даль. Как же все-таки красиво... Сказать честно, глядя на это море, ей казалось, что она готова здесь прожить всю жизнь. Но.. нет, здесь замечательно конечно, здесь чудесно, но без Питера она добровольно по крайней мере не сможет жить. За те пять лет, что она там живет, приехав совсем юной девчонкой, еще не закончив школу даже, она действительно прикипела к этому городу, и у нее было упорное и ничем не сбиваемое ощущение, что она прожила в Питере всю жизнь и хочет жить так же всю жизнь. Нет, конечно, часть ее души все равно осталась на малой родине, там где она родилась и росла. А все равно волшебный Питер был роднее... И наушники, кстати, были того же мнения:
“Город сказка, город мечта,
Попадая в его сети, пропадаешь навсегда...
Глотая воздух простуд и сквозняков,
Запахов бензина и дорогих духов...”
В этот же момент музыку в ее наушниках кое-что, а точнее кое-кто нагло прервал. В кафе ввалилась и уселась прямо у нее за спиной за соседним столиком шумная компания, и естественно, они и не думали убавить громкость своего общения, что восприимчивой на громкие и отнюдь немузыкальные звуки Полине было совсем неприятно, и ей стало весьма неуютно. Она неожиданно столкнулась взглядом с официантом, который приносил ей кофе, и по его виду она поняла, что эта гоп-компания тут частенько тусит и шумит. По ее же лицу он видимо понял, что ей неуютно, и молча, взглядом предложил пересесть за другой столик, подальше от этих ребят. Предложение это было весьма кстати, у Поли самой уже созрела в голове эта идея, и поэтому, забрав телефон с наушниками и чашку с недопитым кофе, она встала и пошла вперед, к ближайшему от барной стойки столу.
Пока она шла, протрезвонил телефон – по Вацапу пришло сообщение от любимой институтской подруги Сони, с которой они толком не общались с того дня, когда они только приехали в Крым. И конечно же на ходу, не добравшись до столика, Полина открыла и стала читать:
– “Поооль, ты не поверишь! Я билеты на “Placebo” выиграла!!!”.
И Полина бы конечно порадовалась за подругу, потому что Пласибо – это чудесно, и потому что билетов там было по конкурсу два, а один из них достанется ей, потому что с Сонюшкой они одно целое и всюду вместе, так что в сентябре они обязательно пойдут на концерт в Ледовый и оторвутся. Но вот порадоваться по поводу всего этого не успела, потому что, глядя на экран телефона и совсем не глядя, куда она идет, она в кого-то со всей дури врезалась.
– Ой! – вскрикнула она от полной неожиданности и даже зажмурилась, а через мгновение, взяв себя в руки, открыла глаза и увидела перед собой высокого ростом темноволосого молодого человека. – Извините, пожалуйста, я совсем не смотрю куда иду!
– Да это вы меня простите, я сам в этот проклятый телефон, как зомби уткнулся! – тут же стал извиняться он.
– Я вас еще и облила, – сокрушенно вздохнула она, увидев, что остатки ее кофе “украсили” его синюю футболку.
– Да ничего страшного, – улыбнулся он. – А я вас испугал.
– Ну что вы, – скромно улыбнулась Полина.
– Ой, ваша чашка, – ее чашка реально вдруг оказалась в его руках – видимо, в момент столкновения чашка падала, а он ее поймал.
– Спасибо, – Поля забрала чашку и, от нахлынувшего смущения, поспешила пройти к столику, к которому на собственно и шла.
Присев, она просидела так пару минут, почему-то оцепенев, и только потом вспомнила про сообщение Сони, из-за которого и произошел инцидент, после чего поспешила ответить. Потом вспомнила, что кофе у нее больше нет, попросила у все того же официанта, который оказался рядом, счет, вложила денежку, не забыв о чаевых, и хотела уже уходить, как вдруг услышала уже знакомый низкий бархатистый мужской голос:
– Не возражаете, если я к вам подсяду?
Возле ее столика стоял все тот же молодой человек, с которым она столкнулась несколько минут назад, держал в руках две небольшие креманки с мороженым и улыбался.
– Да-да, конечно, – улыбнулась Поля, жестом приглашая его присесть, про себя думая мало ли, он девушку свою ждет, взял мороженого и сел за их любимый столик – а то пол-кафе свободно. – Я все равно уже собралась уходить.
– Вот как? Жаль, – вздохнул он. – А я ведь вас угостить хотел.
– Зачем? – Полина растерялась. – За что в смысле?
– В знак благодарности, – улыбнулся он, присаживаясь напротив нее.
– А благодарность-то за что? – вздохнула с грустной улыбкой, про себя недоумевая, Полина. – Я же вам футболку испортила..
– За это-то я вас поблагодарить и хотел, – объяснил он, не убирая с лица улыбку. – Видите ли, это моя сама нелюбимая футболка.
– Зачем же вы ее одели? – удивилась с улыбкой Полина.
– По стечению обстоятельств и моей пагубной безалаберности, у меня осталось только одна чистая футболка, именно эта, – объяснил молодой человек. – Так что, помимо того, что удар приняла моя нелюбимая футболка, теперь мне точно придется заняться стиркой и глажкой, – он улыбнулся. – Вы меня, можно сказать, сподвигли на подвиги!
Полина не сдержала смеха. Рассмеялся и ее собеседник, которого она только теперь смогла рассмотреть. Волосы темные, рыже-каштановые, лицо скорее круглое, чем овальное, приятное, а глаза карие, но не такие карие, как у той же Вики или Лиды, а особого оттенка, такого как заваренный в кружке с белой внутренней частью крепкий черный чай – коричневый с каким-то светом внутри. Нда, звучало глупо, очень глупо, но именно такую характеристику глазам молодого человека дала в тот момент Полина. А да, еще улыбка, приятная, которой он ей сейчас улыбался, ямочки на щеках.
– Да вы мороженое кушайте, а то сейчас растает, – он спохватился. – Или вы все-таки не хотите?
– Нет, что вы, – улыбнулась Полина, придвигая к себе креманку с действительно начинающим таять лакомством. – Я не могу себе позволить так обойтись с вашим угощением.
А мороженое было вкусное кстати, кленовое с грецкими орехами. Вообще она любила больше всего клубничное и сливочное с шоколадной крошкой, но и против кленового никогда не возражала.
Поедая мороженое, собеседники молчали, лишь изредка украдкой бросая друг на друга любопытные изучающие взгляды, и неизменно, сталкиваясь этими взглядами, улыбались и прятали глаза.
– Со мной такое впервые если честно, – рассмеялась вдруг Поля. – Меня угощает мороженым человек, с которым я даже незнакома.
– Ну это легко исправить, – улыбнулся он, оторвавшись от мороженого. – Меня Денис зовут. А как ваше имя, прекрасная незнакомка?
– Ну это вы загнули насчет прекрасной, – смущенно улыбнулась она. – А имя мое самое обычное, как и я – Полина.
– Ничуть я не загнул, – улыбнулся Денис. – И имя у вас не такое уж обычное. Рад с вами познакомиться.
– Взаимно, – улыбнулась Поля, между тем доедая последнюю ложку. – Кстати, я вас так и не поблагодарила за то, что поймали мою чашку.
– Да не за что, – усмехнулся он. – После того, как я едва не сшиб вас с ног и испугал, я был просто обязан спасти хотя бы вашу чашку, чтобы загладить вину.
– Будем считать, что инцидент исчерпан, – улыбнулась Полина и вздохнула. – Извините, но боюсь мне пора, – она встала.
– Так быстро? – удивился Денис.
– Опаздываю, – виновато улыбнулась Полина. – До свидания, рада была с вами познакомиться!
И, словно птица, она выпорхнула из кафе, а ее медово-русые, завязанные в хвост волосы и белая футболка с какой-то надписью на, кажется, на французском языке, растворились в пестрой толпе люда, бродящего по набережной. Он едва успел пробормотать ей вслед “до свидания...” и простоял так неподвижно минуты две, после чего с досады от души хлопнул себя по лбу и тихо пробормотал “вот я дурак”, ибо осознал, что даже не догадался полюбопытствовать, в каком пансионате она живет, не то что номер телефона узнать. Он рассмеялся: такое с ним было впервые. Золушка убежала, не оставив хрустальной туфельки, если только не считать имя “Полина” этой туфелькой... Интересно, он еще когда-нибудь ее увидит?..