Действуй, сестра!
Шрифт:
– Человек – это звучит гордо! – улыбнулась Вика.
– Да, это мы уже к Горькому пришли, – тепло улыбнулся он в ответ, и неожиданно ему пришла в голову одна мысль. – Вика, послушайте, вы не обидитесь на меня, если я сейчас отлучусь? Ненадолго, – прибавил он, увидев тень разочарования на ее лице.
– Да-да, конечно, если вам надо, пожалуйста.., – она вздохнула.
– Я очень скоро, – он встал и тепло улыбнулся ей, от чего Вика сама не смогла сдержать улыбки.
И он скрылся за дверью, а Вика, продолжая улыбаться и услышав вскоре с улицы скрип ворот и шум заведенного двигателя, попыталась было вернуться к больному убийце Раскольникову, но какой там Раскольников после такого визита!
Прошло уже полчаса, а Костя все не возвращался. Вика поймала себя на мысли, что без него все стало как-то тоскливо и скучно, и минуты тянутся медленно, очень медленно. До его прихода, пусть и с нудным Достоевским, такого не было. То, что он к ней пришел, и состоявшийся между ними разговор буквально обо всем – о литературе, о Питере... Мозг отказывался как-то подчиняться и хоть что-то соображать. Зато краска залила щеки, в животе робко, но запорхали бабочки, да и вообще по всему ее существу разлилось и закружилось какое-то.. приятное волнение.
И еще перед глазами все время всплывал вчерашний день в каньоне, их разговоры, гляделки друг другу в глаза, как в ущелье они вдруг взялись за руки, как он спас ее, а потом конечно же как нес на руках. “Более глупых слов я от такой умной девушки еще не слышал” – эта его фраза стояла ну просто на бесконечном повторе в ее голове, да еще и его голосом, звук которого стал как-то странно влиять на нее. Ну и конечно же улыбка и взгляд.. и он несколько раз назвал ее на “ты”!
Вчера она сначала этого не заметила, ибо было очень больно, потом подумала, что ей все это чудится, ну а теперь память ей говорила внятно, что так все и было. Только теперь он снова называл ее на “вы”. Что ж, может память все-таки ошиблась? Но что было точно верно, так это то, что ей не было страшно ни упасть, ни еще чего-то, пока он ее нес. Руки у него крепкие, надежные... Под конец пути она даже осмелела и теснее к нему прижалась. И то ли ей это показалось, то ли он крепче стал ее держать, если, конечно, было куда крепче...
Неожиданно в тишине раздался стук в дверь, и сердце Вики вдруг забилось чаще.
– Да-да! – воскликнула она, да еще так радостно.
– Привет, Вик, ты не спишь? – вопреки ожиданиям в дверь просунулась светлая головенка Феди.
– Нет, малыш, не сплю, – как смогла скрыла за улыбкой свое разочарование Вика.
– А я тебе обед принес, уже пора обедать! – на подносе он втащил, пыхтя от усердия, тарелку ароматного супа, тарелку с капустным салатом, тарелку с котлетой и жаренными овощами и стакан с морсом. – Бабуся просила передать, чтобы ты хорошо кушала, тебе нужны силы!
– Хорошо, я постараюсь, – улыбнулась Вика, принимая у него тяжелый поднос и ставя его на тумбочку.
Съела она действительно все – а еду тети Вари невозможно было никак по-другому, кроме как полностью до последней крошки кушать, ибо настолько было вкусно. Федя еще ее и конфетой угостил, припрятанной у него в кармашке. Когда он, наконец, со всей посудой ушел, Вика вздохнула и, чувствуя, как по душе разливается грусть, снова взялась за уже опостылевшего Достоевского. Сила воли так сила воли.
Хм, если ей так тяжело и скучно читать этот, возможно, и действительно гениальный роман, что же будет с Лидой, которой задали это по программе на лето? Зная ее характер, она наверняка захлопнет на первой же странице и зашвырнет в дальний угол без особого пиетета к книге и ее великому автору. И это еще не “Война и Мир”! Может, она хоть “Грозу” осилит, она маленькая и во всем понятная...
И тут снова раздался стук в дверь! И на сей раз Вика ничего не успела ответить, потому что дверь тут же распахнулась.
– Прошу прощения, что заставил вас так долго ждать, – Костя виновато улыбнулся, немного неловко закрывая за собой дверь, ибо руки, которые он прятал за спиной, у него были чем-то заняты. – Возникли непредвиденные обстоятельства. Сначала пришлось одному человеку с машиной помочь, потом меня взяла в плен обеда тетя Варя.. это вам, Вик.
– Ой.. Лилии! Мои любимые! – Вика была поражена до глубины души, несмело беря в руки букет ароматных розовых лилий, который он, как фокусник, вытащил из-за спины, и карие глаза ее от удивления стали больше. Как же она не расслышала звука мотора подъехавшей машины!
– Вы лилии любите? О как я удачно угадал! – улыбнулся Николин.
Соврал? Соврал. Конечно он знал, в память отчетливо врезался темный холодный ноябрьский вечер, когда Галя часа полтора точно копалась в интернете и не переставала ворчать, что ну никак не может найти приличную картинку с красивыми лилиями для открытки, ”чтобы как будто они прикрывают руку Чуды и не испортили мундира”. Конкретно она тогда задействовала все свои залежи креатива и умения работать с компьютером (учеба в мастерской интернет-журналистики на журфаке не прошла даром) соорудила внутри открытки аппликацию из головы хоккеиста Чудинова, гусарского мундира, золотой портретной рамы и букета лилий – вышло, кстати, в итоге очень прилично. Она еще, помнится, говорила, что есть вариант и с ромашками, они имениннице тоже нравятся, но ей хочется, чтобы были именно лилии – так красивее!
В общем, да, он соврал. Но сделал он это лишь потому, что хотел приятно удивить Вику, и, судя по ее глазам, у него это получилось.
– А это вот такое небольшое дополнение, к чаю, – он отвел из-за спины и вторую руку, и Вика увидела две коробки свежих, судя по крупно нарисованным на наклейках датам, пирожных.
– Ого! – удивлению Вики не было предела, его сюрприз точно удался.
– Я надеюсь, – незлобно усмехнулся он и скосил глаза на книгу, – что многоуважаемый Федор Михайлович ничего не имеет против чая с пирожными?
В этот же момент книга, лежащая на самом краю тумбочки, звучно упала на пол.
– Похоже, что Федор Михайлович против, – рассмеялась Вика и с улыбкой посмотрела в глаза Константину. – Но я только “за”.
– И это главное, – улыбнулся он, вновь почувствовав на себе силу ее взгляда. – Так, где тут у вас чайник, чай и чашки?
Он принялся деловито и толково хозяйничать, нашел, куда поставить в воду букет, налил им чаю, и вскоре они уже сидели на Викиной кровати и с удовольствием смаковали вместе с чаем вкуснющие эклеры и безэ.
– Где вы только достали это чудо? – спросила с улыбкой Вика, имея в виду лакомство.
– Есть здесь в Алуште одна укромная улочка, – ответил он, делая глоток чая, – неподалеку от рынка, куда наши девочки позавчера ходили. И там есть такое замечательное заведение, как кондитерская-кофейня “Медонос”. Вот там-то и можно без проблем достать такое чудо. Кстати, там же напротив кофейни есть хороший книжный магазин, да и в том же районе еще много интересных объектов. Когда поправитесь, если захотите, я вам это местечко покажу.