Чтение онлайн

– Ты ж сказала, что нет черного хода! – Лида уже начала очковать слегка, едва завидев огоньки в глазах подруги.

– Черного нет. Но есть светлый! – Галка бросилась подниматься по лестнице вверх. – И выход есть всегда!

Теряясь в догадках, а точнее страхах, что Галка имеет ввиду под “светлым ходом”, Литвина поспешила за ней, продолжая себя чувствовать в каком-то долбо*бском триллере-трагикомедии, что ее уже начинало бесить.

– Галик, ты че задумала?! – вскрикнула она, когда догнала подругу уже в десятом номере, распахивающую балконную дверь и освещаемую лучами тусклого встающего солнца, что делало картинку эффектной, тоже как в кино.

– Не боись, Барабаш, нас не догонят! – лихо подмигнула ей Галка, от чего Лида окончательно заочковала, и решительно, не снимая каблуков, вышла на балкон.

– Нас не догонят, нас не догонят, – напевала она полузадумчиво известную песню, окинув взглядом потихоньку светлеющее, но покрытое тучами небо, сквозь которые выглядывали лучи рассветного солнца. – Жалко только, что не придется угонять грузовик с горящими колесами, чтоб потом на нем нестись!

– Какой нахер грузовик?! – у Литвиной уже начали сдавать нервы, хотя еще ничего не произошло.

– Да забей, неважно! – махнула рукой Галка, нажав кнопочку на своих наушниках. – Смотри и учись, пока я жива!

Вскарабкавшись по перекладинам и схватившись одной рукой за привинченный к стене фонарь, Галка встала в полный рост на своих каблуках на узкой перегородке балкона и с полным мрачной решительности лицом взглянула вниз. Высота была большой. Меньше, конечно, родного двенадцатого этажа в Москве, но в Москве она никогда на перегородке балкона не стояла! Но дороги назад действительно, как ей казалось, уже не было.

“If you think you are better of – better of,

You shouldn’t waste your precious love – precious love. Tell me so we can put it of – put it of If you think you love me no longer…”

В наушниках звучала ритмичная и очень подходящая музыка, толкающая ее вперед. Страшно? Страшно. Но дороги назад и правда нет. Сделав короткий вдох и поправив на плече лямку рюкзака, Галя протянула руку к металлической водосточной трубе, узкой и на вид вряд ли надежной, но бывшей единственным путем к отступлению. Схватившись за нее и второй рукой, Николина вскоре повисла на ней, обхватив руками и ногами, как канат, и стала потихоньку, стараясь не греметь каблуками о металл трубы, спускаться. Лида смотрела на нее, не отрываясь, жутко очкуя и в то же время любуясь и поражаясь Галкиной отчаянной смелости. Другое дело что бл*ть ради чего она тут “геройствовала”?!

И тут Галина вспотевшая рука чуть не соскользнула с трубы. Лида едва удержалась, чтобы не заорать от ужаса. Но Слава Богу, все обошлось, Галка удержалась. И очень испугалась. На пару секунд она повисла в трансе с немым воплем “Господи, что я творю?! Кой черт меня на эту трубу принес?!”, но взяла себя в руки, и уже скоро твердо стояла ногами, вернее каблуками на земле, а переведя дух, молча махнула рукой Лиде, мол, спускайся.

Стыдно было признаться, но Литвина жутко очковала. Когда она в Питер переехала она ничего так не боялась, на первом выезде она ничего не боялась, даже толпы датых быдло-мусоров с хозяйской фанки! А ну возьми себя, бл*ть, в руки, Лидка! Ты же не рохля какая-то! Ты армеец! В детстве в Североморске ты же нихера не очковала по деревьям лазать и по всяким железкам! Так в Североморске не было деревьев высотой в три этажа! Ну-ка закрой рот и вперед! Галка вон, кузьма кузьмой по сравнению с тобой, а не очканула! А ты, матерая выездная, чем хуже?! Сглотнув и завязав на груди узлом лямки рюкзака, Лида все проделала в точности как Галка. Положение ее было облегчено тем, что, в отличие от подруги, она была не на каблуках, а в кедах.

– Если боишься высоты, старайся не смотреть вниз – шепнула ей снизу Галка.

Ага, как же тут не смотреть, бл*ть... Вот стоило Галику это сказать, как тут же захотелось посмотреть вниз и более того вернулся страх! Неожиданно перед глазами выплыло лицо Гущина, поймавшего ее, когда она падала с лестницы, и это видение вроде и взбесило ее поначалу, но тут же и придало сил. Так что уже скоро Литвина стояла рядом с Галкой.

– Молодец, Барабаш, можем занести себе в актив не только то, что мы хоккеисты, но и то, что мы альпинисты, – усмехнулась, но без особого веселья Галка.

– Ага, труболазы, – попыталась ухмыльнуться Лида, что у нее тоже не шибко получилось.

– Так, ладно, – шепнула Галка, прислушиваясь к веселому говорку дяди Паши и его товарищей в беседке, из которой, если конечно встать правильно и на самом краю, были видны ворота, то есть то место, где они сейчас стояли. Их можно было увидеть и из окон столовой и кухни, тоже выходящих на эту сторону. Но тети Вари там быть не могло, она вставала только в шесть утра, а сейчас только где-то пять часов, если не меньше. Опасность могла быть и в лице Полины, но это тоже вряд ли – у нее не такое было потрясение, чтоб не спать до пяти утра!

– Ну усе, мужики, пойдемте я вас провожу, ха-ха! Сергхеич, давай вставай, браток, по домам пора, егхипетская богхомышь!

– Бинго! – шепнула Галка. – Друзей он пойдет провожать через верхнюю калитку, это сто процентов, так что сейчас мы с тобой и соскочим! Через ворота!

– А.., – Лида было поинтересовалась, как они будут перелезать через ворота, которые представляли собой две гладкие пластины железа, где зацепиться можно только за красивые завитки на самом верху, а до этого верха еще добраться надо.

– Бэ! – передразнила ее Галка, которая поняла сомнения подруги. – Глаза разуй пошире!

И указала рукой на бетонный столб-опору в углу между забором и воротами, высотой где-то Лиде по шею.

– Не теряем времени! – шепнула Галка и, ухватившись одной рукой за ворота, а второй за забор, забросила ногу на столб и, конкретно приложив усилия, буквально втолкнула себя на верхушку этого узенького столба (две ее ступни заняли все его пространство), а после этого, ухватившись за завитки наверху, ловко, как в кино, перемахнула за ворота, только мелькнула да прошелестела белая полосатая юбка, и следом раздался глухой звук не самого мягкого приземления.

– Лидка, давай бегом!

На удивление самой себе, Литвина легко справилась и с этим препятствием. Только сначала она хотела не прыгать, а, перекинув ногу, встать на перила, которые были за воротами, да и Галя, держащаяся за ушибленную лодыжку, советовала ей так и поступить. Но все карты смешал приближающийся смех дяди Паши, и Лида катапультировалась через ворота, удачно приземлившись и главное оставшись незамеченной.

– Молоток, а теперь бежим!

И две бестии, выбравшиеся за территорию гостиницы, бросились наутек вниз с горы, убегая прочь от Артиллерийской улицы. С горы Гале было тяжело бежать на каблуках, да к тому же с ушибленной лодыжкой и рюкзаком на плечах. Бежали они, впрочем, недолго – повернув за угол, туда, где их уже невозможно было увидеть с Артиллерийской, они уже спокойно пошли, вновь вниз с горы, той дорогой, которой они всегда спускались на Горького.

– Галик, куда мы идем? – задала логичный вопрос Лида – сбежать они сбежали, а теперь куда?

– Куда надо, – ответила Галка, тем временем тихо напевая ту самую песню, которая у нее играла, когда Лида к ней пришла. – Шаут, шаут, лэт ит ол аут..

– На Горького, да?

– Угадала, молодец, – подтвердила Галка. – Камон, айм токин ту ю, камон..

Но к кому на Горького?! К Женьке? Так она же уже уехала! За ней заехать должны были аж в половину пятого! А сейчас уже пять, причем ровно!