Действуй, сестра!
Шрифт:
– Ну?
– Так вот, Маша ж художницей оказалась! И она всем нам портреты нарисовала! Во, глянь, я их сфоткала.
– Ваау, – протянула с уважением Галя, разглядывая открывшееся на экране Лидиного планшета фото всех трех рисунков.
– А что, очень даже похоже! – раздался вдруг над ними мужской голос, отчего обе аж вздрогнули и едва не подскочили на месте.
Конечно это был Костя, словно из воздуха появившийся на крыльце и теперь облокачивающийся на перила, смотря прямо в затылок девчонкам, сидящим спиной к крыльцу.
– Хах, вы нас напугали! – рассмеялась Лида.
– Я заметил, – чуть иронично улыбнулся Николин.
– Мой брат, Лидок, очень любит появляться неожиданно и эффектно, – ехидно сказала Галка, с легкой вредной обидой глядя на Константина.
– А моя сестра еще больше любит либо на ровном месте замечтаться о новом гениальном романе либо заткнуть уши наушниками и в обоих случаях выпасть из реальности, – с той же долей ехидства ответил Костя. – Ну ладно-ладно, Галчонок, не дуйся, я же шучу! Вы на пляж-то идете?
– Само собой, – сказала Лида, едва удержавшись чтобы не сказать “ясен пень”.
– Ну тогда идите собирайтесь, потому что уже как бы половина шестого вечера, – улыбнулся он.
Только теперь девочки заметили две вещи – что на экранах их планшетов время показывало 17:15, и что у Кости в руках была пляжная сумка.
– И ничего не половина, а только пятнадцать минут, – хмыкнула Галка, тем не менее встав с лавки.
– Ну так я имел в виду то, что в половину мы уже выходить должны отсюда, – ухмыльнулся Костя. – Лид, твоя сестра.. можно же на “ты”?
– Да конечно можно! – лучезарно, как она умела, улыбнулась Литвина. – Нужно!
– Ну супер, - улыбнулся и подмигнул ей Николин, – ты меня тоже тогда на ты называй.
– Заметано! – подмигнула ему Литвина.
– Ну короче сестра твоя и подруга уже собираются, а ты, Галь, запрешь номер, ключи на столе, – сказал уже вдогонку Николин, а когда девчонки скрылись на лестнице, прибавил, как будто самому себе. – Ну а я пока хоть посмотрю что в мире там делается.
И с этими словами присел на ступеньку крыльца, вытащив из кармана телефон.
– Галчонок, – прыснула в кулак Лида, когда они с Галей были на уровне 2 этажа.
– Чего смеешься, это он любя между прочим! – обиделась Галка.
– Да я наоборот, ты че, – шутливо толкнула ее в бок Литвина. – Мне нравится! Прям ми-ми-ми, ахаха.
– А тебя-то как Викуся называет? – поинтересовалась со смехом Николина, которую рассмешило это Лидино “ми-ми-ми”.
– Да просто Лида, – пожала плечами Литвина. – Лида, Лидок, Лидуня...
– Понятно, – улыбнулась Галка.
– О, а вот и вы, – встретили их на лестничной площадке уже одетые для пляжа Вика и запиравшая свой номер Поля.
– Так, Лида, вот тебе ключи, запрешь дверь, – вручила сестре связку Вика. – Давай, не копайся тут. И тебя, Галь, тоже касается.
– Вот так всегда! – картинно обиделась Николина, уперев руки в бока, когда Поля и Вика стали спускаться по лестнице. – Как младшим, так не копайся и двери еще запирай!
– И не говори, Галик! – поддержала подругу Литвина, заметив на лице Николиной шутовскую ухмылку и решив ей подыграть. – Ну просто все в душ, а Барабаш и Кови собирают шайбы!
– Вообще-то это не младшим, а тем, кто был последним, – ответила в тон им Поля, обернувшись на ходу.
– Вот именно, так что подавайте апелляции в СДК, но лучше не теряйте времени и спускайтесь! – закончила этот разговор Вика, после чего они с Полей скрылись внизу, а Галка и Лида одновременно фыркнули и тут же расхохотались.
То ли Галка с Лидой так хотели, чтобы все было по Костиному слову, то ли оно само как-то так получилось, но спустились они вниз ровно в 17:30, а может даже на минуту раньше.
– Не, мне это нравится! – снова стала изображать обиженную с кулаками в бока Галка, когда они с Лидкой увидели сидящих на ступеньках и мирно болтающих Вику, Полю и Костю. – То, блин, запирайте двери и не копайтесь, а сами тут сидят!
– Так вас одних и ждем! – усмехнулся Николин, про себя отметив, что Галя себя что-то себя больно весело ведет, шутка за шуткой, вот как сейчас. Подобные мини-спектакли были всегдашней фишкой сестры и назывались шутками. Ясное дело, на радостях – ни каждый день ты столь неожиданно сталкиваешься с близкими друзьями за тысячи километров от своих городов.
– Ну так не надо теперь ждать, пошли скорее! – заявила Галя, тут же подхватив их с Костей сумку.
– С чего это такое рвение тащить вещи? – усмехнулся и удивился одновременно Константин.
– А вот захотелось! Руки некуда деть, карманов то нет! – рассмеялась Галя, показав руками, что на ее темно-синем в белую полоску простейшего покроя летнем сарафане действительно нет карманов.
– Ну раз так, тогда уж возражений не имею! – слегка покачав головой, он снова усмехнулся.
Они стали подниматься по ступенькам к верхней калитке – впереди Галка с Лидой, а сзади Костя с Викой и Полей. Так они вышли на улицу, и когда Костя закрывал за ними калитку, он вдруг заметил кое-что.
– Полин, – улыбнулся он, – а вы прям так и пойдете налегке, без каких-то вещей?
– Нет, что вы, – рассмеялась Поля, у которой действительно не было в руках никакой поклажи, – просто у нас с Викой и Лидой сумка общая и мы договорились ее по очереди таскать.
– Да, и сейчас моя очередь, – улыбнулась Вика, держащая в своих руках достаточно большую и основательно наполненную вещами сумку.
– Хм, если только вы не возражаете, я вам помогу, – сказал вдруг Костя и мягко, но решительно высвободил из тонких нежных пальцев Вики ручки сумки, которую, соответственно, взял в свои руки, после чего взглянул по очереди на удивленных девушек и улыбнулся. – Мне прямо-таки, мягко говоря, совестно идти без всего и при этом видеть, как девушка несет на себе тяжелую сумку с вещами. Да и мне тоже надо хоть куда-нибудь девать руки кроме карманов.
Последней шутке Полина искренне рассмеялась, а Вика, улыбнувшись, сказала:
– Ну, если уж надо девать куда-то руки кроме карманов, то пожалуйста.. ой, в смысле большое спасибо..., – тут она почувствовала, что сморозила глупость, кроме того глупо улыбается, а еще краска залила ее щеки, так что она поспешила слегка отвести взгляд, чтобы никто ну или по крайней мере он не увидел ее смущения.
– Не за что, – улыбнулся Костя, и после этого компания, обогнув панельную пятиэтажку, вышла на широкую Октябрьскую улицу, являющуюся по сути спуском вниз, к той большой части города, что лежала внизу у подножия гор, и, не спеша, пошла по ней.