Дежавю
Шрифт:
Лукреций открыл камеру Логуса ключом, который висел у него за пазухой. Когда тяжелая дверь отворилась, оборотень приказал:
– Выходи!
На пороге появился изможденный, обессиленный вампир, который с трудом стоял ровно. Солдаты схватили его под руки и вытолкали на центр дворика, поближе к нам. Логус не удержался и упал в грязь прямо мне под ноги. Нубира негромко зарычала от возмущения.
– Отвечай, французская шавка! Ты их знаешь? Назови их имена! – крикнул Лукреций.
Для солдат, присутствующих здесь это был просто стандартный допрос. Они искренне считали, что перед ними три французских шпиона и воспринимали все происходящее как само собой разумеющееся.
Логус поднял голову наверх и, щурясь от дневного света, посмотрел в мои глаза. Сколько всего я прочитал и увидел в них! И ужас от предстоящего наказания, и стыд за свою слабость и надежду на спасение.
«Мастер Прайм! Он жив! Я спасен! Я уничтожен! Он ни за что не простит мне предательство! Как он сюда попал? Неужели и его шантажируют? Может, он пришел за мной? Скорее всего, да, чтобы наказать за то, что я давал информацию оборотням в обмен на жизнь моего клана. Он не простит меня… Как же стыдно. Я предатель».
Он опустил глаза и закрыл руками свое красивое бледное лицо. В человеческой жизни он был цыганом, поэтому обладал густой кучерявой шевелюрой, которая была сейчас не в лучшем виде, точеными чертами лица и врожденной верностью семье. Он не мог поступить иначе – если ему пообещали не трогать его клан, то он просто вынужден был поступить так. Но это привело к гибели сотен вампиров! Он предал нас, не особо задумываясь. Но ведь на кону была жизнь его семьи! Я подумал – а на что я пойду ради Адель? Да на что угодно! Вот, например, пытаюсь в кратчайшие сроки завершить эту войну, чтобы вернуться к ней. Как же важно, что есть куда вернуться… С удивлением, я констатировал факт – я понимал Логуса и не злился на него. Им руководила не корысть, а верность своему клану.
«Вот дурак! Сидит здесь добровольно, взаперти. Принес себя в жертву ради сохранения жизней своего клана и не знает, что мы давно его уничтожили! За порцию крови расшифровывает 5-10 имен из своего архива раз в месяц. Безмозглая пиявка!» – зло подумал оборотень. Я с сожалением посмотрел на Логуса. Его жертва была напрасной, и если он был виноват в смерти вампиров, то уже заплатил за это очень высокую цену.
– Эй, брат мой! – сказал я Логусу тихо. Он поднял на меня глаза, в которых читался стыд и раскаяние. – Ты свободен. Тебе больше некого защищать, они убили их. Мне очень жаль, – сказал я на французском языке.
– Ты знаешь его? – спросил Лукреций резким тоном.
– Нет, не знаю, – сказал Логус, до которого медленно доходил смысл моих слов, рождая темное отчаяние. Еще пара секунд и мы получим берсеркера, которым он и являлся. Холодную ярость, которая уже заливала его сознание, было невозможно остановить. Только сбросив накопившийся гнев, он сможет снова стать нормальным.
– Логус, притормози! У меня есть план. Мне нужно узнать, на кого работает этот пес. Не мешай! – сказал я ему на наречии его племени.
Логус коротко кивнул головой, пытаясь унять свою ярость.
– Простите Мастер, я тянул время как только мог. Я знаю, что вас невозможно победить и ждал вашего возвращения… где бы вы ни были все это время, – ответил он мне, борясь с восставшими мышцами, стараясь сохранить спокойствие.
«Мастер? Какой еще Мастер? Это его кличка? Я ничего не слышал о таком!» – думал тем временем оборотень, подслушавший наш разговор. «Так, это – Мастер, а девка кто?»
– Ты узнаешь эту стерву? – спросил он у Логуса, который с трудом держал себя в руках. Он заставил себя медленно подняться и спокойно пройти мимо оборотня, не напав. Он подошел к Нубире с бесстрастным лицом, даже не взглянув на нее.
– Нет, ее я тоже вижу впервые.
– А кем она может быть? Ты же знаешь всех… э-э-э… революционеров. Подумай еще раз! – приказал он.
– Я оторву твою голову, собака, если еще раз назовешь меня стервой! – ответила ему Нубира. Тем временем она подняла глаза на Логуса и встретилась с ним взглядом. Секунда взаимного визуального изучения произвела удивительный эффект: Нубира решила, что искала такого все свое существование, а Логус свернул с темного пути превращения в берсеркера утонув в ее восхищенном взгляде. Они рассматривали друг друга, и Нубира несмело улыбнулась ему. Между ними словно зажглось теплое солнце.
Лукреций видя их реакцию, понял, что Логус скорее всего лжет. Не могут же незнакомые вампиры вот так улыбаться друг другу! Для более подробного допроса ему мешали стражники, которые могли стать ненужными свидетелями.
– Логус Дрейк, предатель короны! Еще раз спрашиваю: знаешь ли ты этих шпионов французского короля?
Помни, что от твоего ответа зависят жизни многих людей.
Логус понял намек и в ответ только тихо зарычал:
– Нет, не знаю. Я буду молиться о душах тех, за чьи жизни я напрасно продал себя в постыдное рабство, – сказал он спокойно, поворачиваясь к Лукрецию.
Тот сделал пару шагов, беспокойно поглядывая на людей, которые нас окружали, направив на него свои острые алебарды.
Лукреций понял, что проиграл – Логус узнал правду. Теперь ничто не остановит его и нас с Нубирой – больше не было сдерживающего фактора. Назревал отчаянный бой не на жизнь, а на смерть.
Все. Пора было устраивать финал. Я сосредоточился и напустил душные волны апатии на всех присутствующих людей – и на стражников, и на заключенных.
– Нубира, можно, – сказал я, когда алебарды выпали из рук застывших на месте стражников. Я оставил в сознании только оборотня. Лукреций со страхом осмотрелся – его стража была полностью парализована. Он понял, что это дар либо мой, либо Нубиры, и единственный шанс на спасение у него появится, если его стражники снова очнутся. А для этого нужно вырубить новых вампиров – кто-то из нас обладает даром забвения.
Я легко снял с себя оковы, как и Нубира – она элегантно вышла из них, легко встряхнув руками. Логус с некоторой отрешенностью спросил меня:
– Ты узнал все, что хотел?
– Да, можешь делать с ним все, что хочешь, – сказал я, рассматривая стены крепости. Нам нужно было выбраться отсюда так, чтобы не оставить следов. Вообще.
– Логус, ты же понимаешь, что его нельзя убивать здесь? Он просто должен бесследно исчезнуть. Так что без крови.
Логус кивнул головой и припал к земле, готовясь напасть на оборотня. Тот тоже не остался в долгу – на наших глазах его контуры затрепетали и во все стороны полетели куски кожи и одежды – в тесном дворике появился огромный белый волк с черными подпалинами, который опасно скалил желтые зубы.
Оборотень бросился вперед, желая подороже продать свою жизнь. Логус поднырнул под него и через пару секунд на холодный пол крепости упал обнаженный Лукреций с переломанными ногами. Из-за сильной боли он не мог поддерживать превращение и валялся на земле, скорчившись от боли.
– Нубира, уходите в лес. У меня еще есть дела здесь. – Нубира кивнула головой и стала рассматривать стены, чтобы выбрать лучший путь наверх, по отвесной стене замка. Я отдал Логусу свой плащ со словами:
– Друг мой, я буду рад, если ты останешься с нами. Не уходи, хорошо? Ты нам нужен.