Чтение онлайн

— Рина…вы не понимаете, о чем я пытаюсь вам сказать, — Шандир устало облокотился на стол, поигрывая чашкой. — Я… бросил ее, а она — женщина с большой буквы, она не может жить без того, чтобы ее не любили. И наверное она имеет право выбирать, какого мужчину ей любить? Мы, мужчины, не всегда понимаем, чего от нас хочет влюбленная женщина…чаще всего скромность не позволяет ей сказать обо всем…вот вы, Рина, можете сказать, что вы хотите от того, кто вам придется по душе? Думаю, что нет…а ваш избранник тем временем даже не поймет, что вы им заинтересовались и уйдет. А так бы вы могли быть рядом с тем, кто вам дорог…

— А если я ему не нужна, если он любит другую, я должна будут становиться ему поперек дороги и та, другая, как будет себя чувствовать?

— Да какое вам-то до этого дело? Вам же нужен мужчина, вот вы его и получите, что тут непонятного?

— Шандир, а как же быть с Эдиктом Великого Короля, а? Люди пока еще разумная раса..

— Ну… — маг задумался. — В конце концов бывают и исключения из правил… Леди решила столь сложные задачи, что ради нее можно и поступиться Эдиктом…я полагаю…нельзя преследовать столь яркий ум…он может принести еще много пользы всем…Нет, я понял, — встрепенулся он, — я понял вас — вы просто обижены на нее, обижены, как женщина может быть обижена на женщину, которая увела у нее мужчину! Но это же самая обыденная жизненная ситуация, такое случается сплошь и рядом! Леди так занята делами…разве у нее есть время заниматься тем, чтобы заводить романы? Это же встречи…уговоры…волнения…для чего это все? Она выбрала…и получила…что хотела…

— Ага, а спрашивать мужчину и вовсе не надо, так получается? Взяла за поводок и повела, как корову?

— Рина, не надо так все утрировать! Кстати, могу вас еще огорчить…или обрадовать…это вы уж сами думайте…если бы ваш муж сам не делал шаги сближения к леди, она бы в силу воспитания никогда бы не стала делать этого первой. Да, она оказалась более красивой и умной, чем вы, вот в чем основная причина вашей злости! Это трудно принять, но придется смириться… не хотите ли еще чаю? Эй, Гален, где ты? Принеси нам свежего чаю…и что-нибудь поесть, мои гости устали с дороги! — крикнул Шандир слуге, заглянувшему в комнату. — Надо же, уже почти весь день прошел, скоро стемнеет, а мы все так и сидим! Но ваш рассказ, Рина, мне был интересен. Я с удовольствием его послушал, да и поспорить с вами было приятно. А почему ваш друг не участвовал в нашем увлекательном споре? Обычно все хотят вставить свое мнение в разговор… впрочем, может, он просто не согласен с вами и молчит, чтобы не вызывать ваше раздражение? Простите…Схаркр, вы только слушаете, я не оскорбил вас своими высказываниями? Помня Уложения, мне бы не хотелось с вами конфликтовать…

— Вы не оскорбили меня, господин Шандир, — арк говорил еще более хрипло, чем всегда, или мне так показалось? — и я с большим интересом послушал ваш спор, многое прояснив для себя. Ваши высказывания…скажем так, что со многими я согласен.

Маг, до этого настороженно посматривающий в его сторону, расслабился и приобрел вид, присущий каждому мужчине, когда его поддерживают стоящие рядом друзья. Конечно, глупой женщине можно говорить что угодно, она все слопает, да еще рядом поддакивают собеседники, что ты прав и не думай поддаться ей, где твоя мужская гордость…

За окнами уже стемнело, я отпивала чай мелкими глотками, застревающими в пересохшем от говорильни горле, и на душе было на редкость погано. Безусловно, все влюбленные глупеют в обязательном порядке, но у Шандира это было возведено в ранг такого упертого идиотизма, что мне стало противно с ним разговаривать. Маг что-то рассказывал, глаза блестели, но симпатичный прежде мужчина казался теперь мне на редкость неприятным. Схаркр кивал ему, слушая разглагольствования, поддакивал сочувствующе, а меня потянуло в сон. Надоело переливать из пустого в порожнее, я узнала, что хотела, и больше не видела причины находиться здесь. Утро вечера мудренее, утром мы уедем отсюда, надеюсь, что навсегда.

Гален отвел меня в небольшую комнатку недалеко от той, где до сих пор слышался невнятный разговор мага и арка. Предложил постелить чистое белье, но мне была омерзительна сама мысль о том, что его когда-то касался этот упертый идиот, и я завалилась на диван, только стащив сапоги и накинув на себя толстое покрывало. Не было никаких слез, только желание уснуть и забыть все услышанное.

Ночью я просыпалась, но разговор в комнате мага так и не прекращался. Прислушавшись, я вычленила фразы арка о «достоянии и интересах страны», «колоссальных возможностях» и «моментальной портальной переброске». Шандир поддакивал и обещал все устроить наилучшим образом. Плюнув со злости, я завернулась с головой в покрывало и заснула до утра.

— Леди…мыться во дворе можно, давайте я вам полью, — слуга проводил меня по крутой лестнице во двор, где уже стояли оседланные лошади.

— Поливай, иначе я глаза не продеру после всех вчерашних разговоров.

— А господин маг с арком всю ночь проговорили, — доложил Гален. — Сейчас в комнате сидят, завтракают. Вас ждут…

— Спасибо, Гален. Передай им, что я не хочу есть. Лучше я посижу тут, около лошадей. Они, по крайней мере, не врут и не делают подлостей. Если можешь, то принеси мне чаю, если нет, то воды попью. Идиот упертый твой хозяин, ты уж прости меня! И не могу я с ним за одним столом сидеть.

— А я и согласен с вами, леди. Сколько лет уж у него служу, а вижу, что с годами он все более другим становится. Раньше к нам люди ходили, интересно было, но сейчас никого нету…болеют или проблемы какие, так к нему не идут, хоть он и городским магом считается…он как больной становится, когда та леди к нему приходит. А уж когда она не одна пришла, так чуть не взбесился потом…ее то ругал, то разговаривал с ней, хоть она и ушла уже…я часом думал, не один он, а он целый день сидел один, да сам с собой говорил…потом все прощения у нее просил, непонятно за что только…Давно бы уже хорошую женщину себе нашел, да детишек завел, не старый ведь еще совсем…да ведь в его голову свою не вложишь…И на все ему наплевать стало, ничего его за душу не берет…ох, как плохо-то…Уж послушал я вас вчера, как вы говорили, простите, громко говорили, вот и прислушался…Жалко мне вас и мужа вашего, Рея…только вот без обид, пожалуйста, послушайте — не вернет та леди его ни за что. Говорила она, что сожгла то, что могло его назад вернуть…сказала…что необратимо это. И строила все на крови его жены, вас, стало быть, а такое разорвать невозможно при жизни. Дрянь она, рази ж можно так поступать с людьми? И хозяина моего она таким сделала, из столицы-то он уехал, потому что не простил ей, что девчушку ту она загубила, да радовалась, что она разумом ушла за Грань…И ведь потом, как он сюда приехал, та леди сюда постоянно приезжала, да не отпускала хозяина, вот он и стал таким…и жалко мне его и сделать ничего не могу…видать, так и до самой смерти будет за нее стоять…Вы бы поплакали, леди, женщинам легче становится, когда они поплачут. Это нам, мужчинам, плакать несподручно, а вам можно…Поплачете, полегчает, да уезжайте отсюда. Глядишь, хороший человек тебе встретится, так и заживете вместе. А тут уже ничем не поможешь…

Гален ушел, я села у стены дома и закрыла глаза. Вряд ли слуга стал преднамеренно врать, ему ни к чему это. Посочувствовал по-человечески, вон, сам переживает, что хозяин с катушек съехал с этой стервой. Правильно он сказал, что дрянь она — и Шандира к себе привязала и Андрея мозгов лишила. Необратимо…на крови все…зараза такая…что теперь и делать, ума не приложу…

— Рина… — Схаркр спустился во двор и теперь его силуэт заслонял передо мной ласковое утреннее солнце, — тебя ждали…

— Не хочу я есть. Ты готов ехать? Тогда нам пора.

Ехали мы неспешно, каждый думал о своем и друг к другу мы не приставали. Оборвалось внутри очередной раз то, что уже давно исподволь подтачивалось еще дома, как ни обидно было в этом признаваться. Там все так бы и текло, как по накатанной дорожке, живут же другие, не обращая внимания на такую ерунду, как отсутствие общения и взаимопонимания, занятые сиюминутными проблемами. Мы тоже могли бы так жить и дальше, если бы не попали в Тигорию, где нас разметало по сторонам…о причинах происшедшего нельзя было судить по поведению только одной стороны, оба приложили к этому свою толику сил.

После того, что я услышала от Галена, поездка в Аргор виделась мне уже совсем не в радужном свете, как раньше. Конечно, оставался последний призрачный шанс, что Мирандина наврала Шандиру про необратимость, но почему-то в это верилось больше, чем во все хорошее. По-дурацки мы устроены, в плохое верим сразу, а в хорошее — с большим трудом, да еще и с уговорами. Наверное, потому что хорошего в жизни гораздо меньше, чем плохого…

Кони наши шли рядом, по дороге то и дело попадались телеги с селянами, конные и пешие путники, ничего обсуждать и комментировать из вчерашнего разговора и собственного рассказа, я не хотела. Но вот один вопрос все же надо было прояснить…