Чтение онлайн

— Садись, Рина. Кто к тебе вчера приходил?

— Он не представился. — пожала плечами я.

— Террел! — лерд был не на шутку разозлен, раз уж так рычит на своего подчиненного.

— Стража ничего не может сказать, лерд Рейнон! Они клянутся, что ничего не видели! Скорее всего, им отвели глаза!

— И это во дворце, где все и везде видно и слышно! — лерд кипятился, потеряв свою обычную холодность. — Рина, может, это был…

— Лерд Рейнон, я, к своему глубокому сожалению, не имею чести знать в лицо никого здесь, кроме присутствующих. — Язвить сил не было, да и не хотелось, а что мой ночной посетитель намерен попортить кровь сукиному коту, так я ему еще и поаплодирую. Мне-то до их закулисных игр, как до Луны пешком…

— Лерд Рейнон, — жалобно обратился Террел к начальнику. — Но у нас висят портреты всех…

— Идиот! Я что, потащу ее вот в таком виде в портретную галерею? И сколько она там будет осматривать эти портреты, когда мне сейчас надо это знать, понимаешь, сейчас! — Рейнон стукнул кулаком по столу и Террел с секретарями испуганно уставились на него. — Я вас всех…

Распахнувшаяся дверь прервала гневную тираду лерда и в комнату вошел мой вчерашний гость. Лерд молча склонился в поклоне, а Террел и секретари сразу уменьшились в росте наполовину и попытались забраться под стол. Вошедший махнул им рукой и они молниеносно исчезли из комнаты, как будто их и не было. Мужчина сел на место Террела и весело посмотрел на Рейнона.

— Ваше..

— Да бросьте вы, Рейнон, эти условности! Я же не Тигор, чтобы требовать к себе королевского почтения! Это ему полагается, а не мне… Лерд, я бы хотел попросить вас оставить меня наедине с этой леди. Ненадолго, совсем ненадолго. Я вас позову, когда закончу разговор. Идите. Ну, леди Рина, вы сказали, что наш разговор может состояться только тут, наверху и я пошел навстречу вашему пожеланию, теперь вы можете говорить со мной, не опасаясь, что я, как вы изволили выразиться, принадлежу к другой партии. Итак, мне повторить мой вопрос?

— Не стоит, лерд. У меня хорошая память. Что конкретно вы хотите знать?

— А все, что вы знаете! Это возможно?

— Попробую. Но предупреждаю, что я уже рассказывала это лерду Рейнону и все записано его секретарями.

— Давайте просто поговорим на эту тему, без записей и секретарей. Читал я ваши листы… — мужчина поморщился и продолжил, — давайте все с самого начала. Как, почему, откуда.

Рассказ, как и следовало ожидать, затянулся. Мне пришлось объяснять, что я изучала теорию управления, что как нерадивая студентка помнила лишь отдельные моменты, на которые совершенно случайно обратила внимание при чтении книг по истории Тигории. Рассказала, как грызла чужие обороты речи в книге, найденной у Схаркра, как нашла знакомое выражение про кадры и в довершение всего — электронный адрес на саркофаге Великого Короля.

— Ну вот и все, пожалуй.

— А что вы лично можете сказать по этому поводу? Меня интересует ваше мнение как человека, не связанного со здешней жизнью ничем. Считайте, что я хочу знать взгляд со стороны.

— Лично я считаю, что личность Тигора была весьма незаурядной, иначе бы он не смог стать тем, кем он стал. Пройдя через королевство я не раз слышала хвалебные речи и искреннее уважение по отношению к этому королю. Все слои населения одинаково бережно относятся к его памяти, говоря о нем исключительно с большой буквы. Это еще надо заслужить, чтобы через триста лет о тебе так помнили в стране. Им неважно, был на самом деле он лердом по крови или нет, они судят по его делам. Гоблины и арки готовы порвать каждого, кто осмелится сказать что-то плохое о нем, а ведь он был человеком! Я не общалась с гномами и тэльви, про них ничего сказать не могу, но ведь и они имеют в Тигории равные права с людьми. А Эдикт? А Уложения короля? Эти документы стоят того, чтобы о них помнили и свято соблюдали до сих пор.

— Вы их читали?

— Не полностью. Не было времени, мне дали Уложения, пока мужчины беседовали друг с другом, я не успела много прочесть, но то, что поняла, мне внушает уважение к нему. А система воспитания детей королевского дома, возведенная в закон? Да за одно это Великого Короля надо чтить и помнить, потому что это причина того, что ваш двор не наполнен бездельниками и лоботрясами королевского происхождения. К сожалению, в моем мире этот аспект только пропагандируется властьимущими, но для их детей он недействителен. За давностью лет вполне можно уже забыть о некоторых странностях Тигора, а любая тайна, связанная с ним, тут же рождает недомолвки и действует на руку его противникам. У нас в истории королями становились и не обязательно те, кто имел королевскую кровь, бывало достаточно личных качеств, ответственности и наглости, чтобы признать за личностью права на трон. Военачальники, министры, архитекторы создавали целые династии царей. Правда, потом историю подчищали и вовсю трясли документами о божественном происхождении, а противники царских домов рьяно раскапывали компромат. Это вечная война…может, не надо давать ей повода?

— Я всегда был против того, чтобы скрывать данный факт из биографии Тигора, — задумчиво произнес мужчина. — Но я полагал, что дело должно касаться только королевского дома Тигории. И тут появляетесь вы…из того же мира, что и он. Не было никакой утечки информации, была та случайность, которую мы не могли и предполагать. Я даже склонен верить, что окружение Тигора знало о его происхождении, но впоследствии это стали скрывать по причине появления претендентов на трон. После войны многие лерды погибли и установить истинное происхождение зачастую было невозможно.

— Можно было сказать, что и они по происхождению неизвестно кто, а там пусть доказывают обратное, если смогут. Главное — бросить обвинение, а уж когда начинают оправдываться, то это всегда носит оборонительный характер. Оправдывается, значит рыло в пуху, значит, что-то есть. У нас так и поступают с политическим противниками.

— А как у вас поступают с теми, кто знает лишнее? — мужчина опять развеселился.

— Не скажу!

— Так я и думал! Интересно, что вы еще мне НЕ скажете?

— Простите…не поняла…

— Да все вы поняли, не придуривайтесь! Ладно, пора звать Рейнона, а то он скоро дыру в стене прогрызет, до чего ему интересно знать о чем мы тут говорим! Рейнон, заходите, я уже закончил! Спасибо, леди, за содержательную беседу, она мне многое прояснила.

Мужчина едва заметно поклонился мне и пошел к двери, но в последний момент, когда Рейнон уже сел за стол и раскрыл рот, повернулся и окинул взглядом комнату и лерда.

— Леди, я забыл спросить…неучтиво получилось…есть ли у вас какое-нибудь желание? Я постараюсь его исполнить.

— Последнее, что ли? — мрачно пошутила я и вздохнула. — Тогда — помыться и переодеться. Помирать так хоть в приличном виде.

— Это вполне мне по силам. Тогда — до завтра, леди. Рейнон, до завтра.

Странный посетитель уже вышел, а мы с лердом Рейноном все еще сидели молча и думая каждый о своем. Что лерд ошарашен, это и ежу понятно, только вот кто это был? Не скажет ведь, инквизитор чертов, да и надо ли мне это знать? Какая разница, каким именем подписан документ или отдано распоряжение? Благодарность или проклятье я буду посылать конкретному лицу, всплывающему в памяти, а не набору букв. Помыться дадут — это уже праздник в сегодняшнем беспросветном существовании, в чистом виде чувствуешь себя уверенней. Не зря наши предки перед боем одевали все чистое и тщательно мылись, да и хоронят, между прочим, тоже не в лохмотьях из помойки. Ох ты, как опять чернуха-то накатила, даже потолок стал казаться ниже и размеры камеры сузились. Нет, не размеры сузились, а опять дурацкие слезы подступили, а в коридоре уже марширует стража, переругиваясь с моими соседями. Справа, слышу, стоит гогот и веселье, кого-то знакомого увидели и теперь радуются встрече или злорадствуют, что конкурент попался? Прислушиваться было бесполезно, эхо металось по изогнутому коридору, а пустующие клетухи между нами гасили слова. Одно хорошо — даже такие звуки заставляют возвращаться в реальность и помнить, что вокруг находятся люди. «До завтра» — сказал незнакомец. Почему до завтра? Что должно завтра произойти? На что он намекал Рейнону, также прощаясь с ним до страшного «завтра»?

После приватной беседы Рейнон сидел, как змея, только буравил глазами обстановку вокруг себя. Незнакомец говорил учтиво и с уважением, этого не скроешь, но зачем? Дал понять Рейнону, что ему интересно то, что я сказала? Тем не менее, надежд мне никаких не дал, кроме как на мытье, а на замечание о последнем желании и вовсе не отреагировал. Что это значит, что это…правда? И высказанное желание действительно последнее? О-о-ой… остатки стойкости канули в просторы междумирья и опять все закончилось потоком слез в колючее одеяло…