Чтение онлайн

— Это прекрасно, что я для тебя именно мужчина, а не… — Схаркр осекся, — не просто попутчик.

— Ну да…по-моему, ты очень убедительно это доказал…только вот почему Брайн сказал, что все должно было быть еще в Барнарде? Что там за условия такие?

— Если бы я…настоял на своем и ты стала бы моей еще в крепости, к моменту визита к Рейнону ты бы была уже…беременна и не подпала бы под обвинение лерда и в тюрьму. Есть в нашем законодательстве один хитрый ход про такие случаи и я был намерен им воспользоваться. Но ты уперлась, я не решился настаивать и не мог тебе ничего рассказать. Это бы насторожило тебя еще больше и только одни Боги знают, сколько пришлось бы еще сил приложить, чтобы тогда достучаться до тебя! Отдавать тебя Рейнону я был не намерен при любом раскладе дел, но для того, чтобы ты до конца доверяла мне, пришлось бы рассказать многое, а ты была к этому еще не готова. Как бы ты себя повела, узнай ты в крепости, что я состою в тайной королевской службе государственной безопасности и намеренно везу тебя в Аргор? Да ты еще мучилась из-за Рея…до тех пор, пока не поговорила с Шандиром.

— Нет, до тех пор, пока не поговорила с его слугой. Тот и разъяснил мне многое, а Шандир…умный, интересный, но…думаю, что милая леди свернула ему мозги набекрень за те годы, что он провел в Лардане. Слушать его упертый бред было отвратительно. Это уже не любовь, это болезнь…сплошное самоуничижение…зачем ей это надо? По-моему, общаться на равных куда приятнее такого лизания ног, не находишь?

— Рина, помнишь, я тебе говорил о том, что наш отряд попал под удар темных магов?

— Ну конечно! Первый раз я услышала об этом еще в Пейвесе, в трактире у Симона. Гэрк еще сказал, что у тебя после возвращения из-за Грани поменялся цвет глаз, а вообще глаза у арков бывают только черные.

— Да, так и было. Шаман того племени, около которого стоял наш отряд, провел странный обряд, о котором только ходили легенды. Считается, что можно вытащить из-за Грани души тех, кто еще не закончил свои дела в этом мире и тому шаману это удалось. Меня он вытащил последним, перед самым восходом. Все Вернувшиеся помнят и чтут этого старика, он подарил нам вторую жизнь, но мне после этого возвращения стали сниться странные сны. Я стал видеть чужую жизнь воспоминаниями. Это было странно, но очень интересно. Тот человек, а я понял, что вижу жизнь человека, учился, встречался с друзьями, ходил на охоту в чужие леса, ловил рыбу, сидел по ночам у костра — его жизнь всплывала у меня перед глазами. Вся его жизнь…в ней он встречался с девушкой, гулял с ней по незнакомому мне городу, потом они стали жить вместе и у них родился сын. Я видел его жизнь его глазами, я видел его женщину…я видел его мир. Это была чужая жизнь…человек этот был из другого мира. И эта женщина…Рина, это была ты! Шаман ничего не смог объяснить мне, почему я вдруг стал видеть такие сны, только сказал, чтобы я смотрел в то, чего раньше не было. Мы уже пришли в Харлах, сны продолжались, я уже знал многие вещи, которые окружали этого человека и мне стало понятно, для чего они служат. Только вот названий я не знал — в моих снах никто не произносил ни звука. Как я ни старался вслушиваться и всматриваться в лица, я не мог понять ничего, о чем они говорили. Мы обсудили это с Гэрком, но…раз ничего не происходило, я не стал придавать этому особого значения. И не придавал… до тех пор, пока вечером не вышел из двери трактира, чтобы посмотреть, что это там Жилен делает и натолкнулся на странную картину — испугавшийся парнишка полз на четвереньках мимо двери. Мне стало смешно и я встал у него на пути…он поднялся и я не поверил своим глазам — передо мной стояла женщина из моих снов! Я поздоровался, а она…испугалась и шлепнулась на землю. Рина, я рассматривал тебя и не мог понять, ты это или просто похожая на тебя другая женщина! Ты была в другом мире и здесь очутиться никак не могла! Ты испугалась и убежала, а я твердо решил найти тебя и еще раз посмотреть и поговорить с тобой, чтобы понять, что произошло…Помнишь, как мы с Норкхаром пришли к Файзату? Мы и представить не могли, что его сын разыграет тебя и ты будешь смотреть на нас с таким ужасом, как будто мы палачи…я специально попросил Норкхара говорить с тобой, чтобы подробнее рассмотреть и понять, ошибаюсь я или нет…и тогда понял, что это действительно ты! Мне стала интересна эта загадка, а Рейнон уже послал мне свой приказ и отчет о слежке за тобой. Я изучил все, только вот в отчете ты выглядела…несколько по-другому. Хитрая, умная, не болтливая, умеющая закружить мужчинам головы, расчетливая и холодная — по-моему, вполне исчерпывающее описание женщины, которая может пойти на что угодно ради своей или чужой цели. Одно умение плавать и нырять стоит немало! Конечно, я начал следить за тобой и присматриваться к тому, что и как ты делала, но то, что я видел, никак не вязалось с тем, что я прочитал о тебе. Я решил, что ты прекрасно скрываешься и только дуришь всем окружающим головы, тем более, что они были не против. Я не удивился, что ты умеешь читать, что ты постоянно нарушала все приказы и упорно делала все по-своему, я ждал, когда ты совершишь ошибку и раскроешься. А получилось все наоборот… Степняки, укравшие тебя, могли потом тебя продать или подарить другому племени, если бы я не пришел за тобой. Я решил, что это ты специально прикидываешься слабой и беззащитной, но когда я нес тебя на руках, то ты была просто испуганной женщиной, нуждающейся в защите!

— Теперь я понимаю, откуда ты знал о родинке…А я-то ломала голову, когда это я красовалась перед тобой с голым задом?

— Красовалась…не передо мной, но эту подробность я тоже увидел в своих снах. Потом, уже ночью, я обошел вокруг того места, где ты спала, а ты вдруг стала звать меня…я не поверил своим ушам…такая женщина, о которой я читал в отчете, никогда бы не стала вести себя так ночью в Степи, как ты…и говорить так, как ты…и наутро извиняться передо мной за то, что не дала отдохнуть…Кстати, ты так мило смутилась, когда я предложил тебе расплатиться со мной за твое освобождение, что меня так и подмывало спросить, что ты там такое подумала себе? Думаю, что сцена у тебя в голове была достаточно неприличная, а? Рина, чем дальше шло дело, тем больше и ближе я узнавал тебя и понял, что ты действительно та, из другого мира, но страшно испуганная и от этого боящаяся всех вокруг, а вот как было объяснить тебе, что меня не надо бояться, я не знал…пока не вспомнил о подземной реке в крепости и твоей любви к воде. Там слова были не нужны…ты отвечала мне и я уже ничего не мог с собой поделать, так меня тянуло к тебе! То, что я услышал у Шандира, помогло мне сложить кое-какие концы вместе. Я понял, что произошло с тобой и Реем здесь, я понял причины твоего страха, надо сказать, весьма обоснованного. Не сходились, правда, еще пара фактов, но это было уже не столь важно — я уже давно принял решение не отдавать тебя Рейнону ни при каких условиях. Ты все колебалась и не до конца доверяла мне…тогда я повел тебя в храм Аштары.

— Но можно было обо всем и поговорить и без этого, я вроде бы не подавала признаков идиотизма и упертости!

— А ты сожалеешь о том, что там было? — Схаркр взял меня за подбородок и повернул к себе. — По-моему, это было весьма своевременно! Я тебе объяснил, почему я это сделал…что свое решение я принял, а жду только твоего выбора. Арки не ходят в человеческие храмы, у нас другое отношение к смерти, жизни и детям, чем у людей. Аштара была очень удивлена…и даже поговорила с тобой по моей просьбе, чтобы понять, зачем нам это понадобилось…зато ты уезжаешь из Аргора женой капитана ар Рихдара, а не ссыльной иномирянкой. Думаю, что сейчас твое положение лучше того, что было уготовано тебе заранее!

— Схаркр…наверное, у нас с тобой еще будут непонятки друг с другом…я же ничего не знаю о вас, но все равно мне еще надо привыкнуть к тому, что я…твоя жена…

— Привыкнешь. Это по людским обычаям надо идти в храм Аштары и делать оглашение, проходить обряд…между прочим, по аркским обычаям ты уже давно являешься моей женой! — Схаркр улыбался, показывая клыки, и глядя на мою упавшую челюсть. — Это чистая правда, когда мужчина сражается за выбранную им женщину с другим мужчиной на виду всего племени и забирает ее с собой, это считается у арков брачным обрядом. Уносить надо до границы, видимой глазам оставшихся. Так что герцог был прав, обмана короля не было ни по каким пунктам, иначе бы этот номер с подорожной у меня не прошел. Учти, ложь у нас распознается быстро, и последствия ее могут быть самые печальные. Брайн говорил, что ты ему не врала и не набивала себе цену…он оценил это.

— Да, он поддержал меня разговором, когда я была там…внизу…он дал мне фиал, но, к сожалению, не получилось должного результата…

— А какой результат ты хотела получить? — вкрадчиво спросил арк. — Ты можешь озвучить его сейчас словами?

— А что было в фиале? Душа? Память? Я хотела, чтобы она вернулась к Рею и он мог сделать свой выбор…

— Рина, он его уже сделал, как ни горько тебе об этом слышать. А содержимое фиала…

— Она сожгла его. Мирандина сама об этом сказала, что она сожгла его и наложенное ею заклинание обратного хода не имеет.

— Произошедшее нельзя повернуть вспять, можно только идти вперед. Но… Мирандина не успела сжечь настоящий фиал, он разбился за долю мгновения до того, как она бросила в него молнию. Брайн успел поймать содержимое…перед самым рассветом… ты не догадываешься, почему ко мне после возвращения из-за Грани, стали приходить сны о жизни человека из другого мира?

— Не может быть…ты…ты…

— Нет. Я — это я, Схаркр ар Рихдар. Я остался собой, прежним, как и был. Но если бы Брайн не успел поймать содержимое фиала, кто знает, какая бы сущность могла завладеть этой памятью и тогда бы реальность могла быть более страшной, чем ты себе представляешь. Попади это в руки темного мага — и перед тобой мог через некоторое время возникнуть монстр с внешностью и повадками Рея, а ты сделала бы для него все, даже не подозревая о том, кто это на самом деле. Вы жили бы тут, имели детей, а они вырастали бы уже с измененным сознанием и темной душой и никто бы никогда не понял, почему опять пропадают люди, почему в селах остаются одни кровавые ошметки, почему нет следов убийц и только милая пара с прелестными детьми пожимает плечами, отвечая, что они ничего не видели. Определить такое было бы почти невозможно…спроси свою совесть, пережила бы она такое? Брайн рассказал мне об этом, складывая последний кусочек в картине того, что произошло с вашим появлением в этом мире. Я обещал тебе рассказать, какой вопрос я хотел прояснить с твоей помощью…теперь я его знаю. То, с помощью чего Брайн вернул меня в этот мир, лежит где-то глубоко внутри, всплывая только во сне. Между прочим, после храма Аштары, я стал слышать слова в этих снах-воспоминаниях, я могу называть предметы, которые окружали вас в вашем доме, я знаю, как ими пользоваться, хоть никогда не держал их в руках. Надеюсь, что это мне пригодится…не догадываешься, для чего? Мирандина хоть и дрянь, но порталы будет разрабатывать и дальше, для нее это дело чести — показать, что кроме нее это не может никто. Я намереваюсь с помощью межмирового портала попасть в твой мир…чтобы забрать оттуда твоего сына.

Дорога до Угора прошла совсем незаметно. Все-таки подорожная, выданная за королевской печатью и подписью, да еще не какому-то простому солдату, как в Барнарде выписывал Лециус, а коменданту крепости Тилайн, имела вес. Схаркр был, как всегда, невозмутим и спокоен, когда очередной трактирщик вился около нас, вызывая неуемное любопытство окружающих и никогда не требовал ничего, стуча кулаком по столу. За всю дорогу один раз нас попытались позадирать местные завсегдатаи, но очень быстро поняли, что арк им не по зубам. Скорее всего, дело было только в количестве выпитого ими вина. Откровенно любопытные взгляды, бросаемые на нас, настроения не портили, а вопросы нам задавать попросту боялись. Судачили что-то за спиной, но что нам было до них за дело?

По дороге мы ехали неспешным шагом и Схаркр рассказывал мне о Тилайне, о своей жизни и в ответ требовал таких же рассказов о моей. Только если его рассказы зачастую походили на военные рапорты, то от меня он ждал развернутых с подробностями повестей. Я смеялась, представляя арка, сидящим в кресле у телевизора, но он очень быстро осадил меня, пояснив, как бы он пользовался пультом и кнопками на панели. Также дело обстояло и по обеспечению жизнедеятельности в квартире и даже при поездке в общественном транспорте. Под конец этого своеобразного экзамена я вынуждена была признать, что для неграмотного кочевника он неплохо ориентируется в иномирных технических достижениях. В ответ получила шлепок по заду, который не успела даже заметить, моя лошадь взбрыкнула и я чуть не улетела с нее вверх тормашками. Остановил пугливое животное опять же Схаркр, который пообещал вечером за такое оскорбление отыграться по полной…до утра. Больше всего его возмутило сравнение с неграмотным кочевником, никакие оправдания и сравнения с мировой литературой и незнаниями местных реалий не помогали. Сперва он даже начал что-то рассказывать, я даже уловила, что речь шла о воспитании детей в замках лердов по образу и подобию уложений Тигора, но вдруг замолчал и на все мои приставания по этому поводу только злорадно отвечал, что он с удовольствием выслушает мои извинения, когда…и опять замолкал.

— Схаркр, но ведь ты арк, а не человек! И когда я сказала, что ты ведешь себя, как принц крови, ты долго смеялся и даже притащил мне того лейтенанта в Барнарде! Чего ты издеваешься, пользуясь тем, что я не знаю многого в Тигории?

— А меня забавляет глядеть на тебя, когда ты ловишься на ерунде! И еще очень интересно твое отношение ко многим вопросам…почему вдруг ты назвала меня безграмотным кочевником?

— У нас степные племена чаще всего были безграмотны, а выглядели они как арки. Отсюда и выводы. Люди у нас очень по-разному выглядят, иные народы можно запросто принять за арков или гоблинов, и не все хотят учиться грамоте и письму. Многие проживают всю жизнь, не прочитав ни одной буквы..