Чтение онлайн

– За братство!

– До дна!

Вино щипало язык. Вкус был непривычным. Нопалцин не назвал бы его неприятным. Скорее – странным. На Острове Цапель не росло похожих фруктов. О чем он думает?! Какая ерунда… Или это чужое вино так на него действует? Клоуны расположились на полу рубки, вынудив астлан присесть рядом. Тыкали кулаками в грудь, в бока, жали руки, ухмылялись, болтали без умолку. Взорвалась пеной вторая бутылка.

– Вы взяли нас в плен? – выдавил полковник.

– Зачем плен? Гости есть вы!

– На наш корабль лететь!

– Все показать мы вам!

– Банкет гулять!

– Банкет?

– Да! Не воевать хотеть!

– Помогать!

– Корабль сохранить!

– В музей ставить, да!

«В музей,» – горько вздохнул полковник. Колючее вино шибануло в нос. Выпитое, усталость, пережитое потрясение – все слилось в оглушающий коктейль. Перед глазами роились блестящие мушки. Полковник тряхнул головой. Мушек поубавилось, но до конца рой не исчез. «Они хлопают нас по плечам. Восторгаются. Зовут на банкет… Взрослый дядя зашел в песочницу. Малыш бросился на дядю с игрушечным мечом. Дядя умилился: «Какой храбрый мальчик! Молодец!» И вручил герою конфету. От чистого сердца…»

Хотелось застрелиться.

* * *

– Отлично!

Ван дер Вейден был скуп на похвалу, но сейчас он готов был расцеловать даже стаю тыловых крыс, принеси крысы такие новости. Контрадмирал не мог оторвать взгляда от интегральной записи, снятой с микрокамер абордажной команды. В демонстрационной сфере десантники «Махаратхи» пили «Шарма Мускат Роже» с астланскими космонавтами, провозглашая тост за тостом.

Каперанг Бхимасена отличался редкой исполнительностью. Просили сделать красиво? Получите и распишитесь. Сам Бхимасена в эту минуту расписывался в платежной ведомости, зачисляя на свой банковский счет кругленькую сумму от «Шарма Блие» за рекламу их продукции. Как для Бхимасены, гипер заработал очень вовремя.

– Просто замечательно. Минимум монтажа, и можно отправлять в штабквартиру Совета. Уверен, им понравится. Сандерсон, займитесь.

IV

Когда разверзлись небеса, в специализированном кабинете, расположенном на третьем этаже 107й школы – бывшей 8й, на окраине Козтика – шел урок начальной военной подготовки. Иолотли сидел за предпоследней партой у окна. Военрук, майор в отставке по прозвищу Равняйсь, как раз завершал показ неполной разборкисборки малокалиберной винтовки ТИК12. С масляным щелчком он вставил затвор на место и зафиксировал. Передернув, отвел назад «стебель», демонстрируя пустой патронник. Коробка патронов, отблескивающих золотистой латунью, с темносерыми головками пуль, лежала у учителя под рукой. Он уже потянулся к коробке, чтобы продемонстрировать заряжаниеразряжание, и тут с небом случился малоприятный казус.

За окном полыхнуло так, словно изза гаражей воинской части № 108, расположенной метрах в трехстах от школы, вдруг вынырнуло солнце. «Там чтото взорвалось!» – Иолотли сунулся к окну. Осыпаясь с облаков, будто новогодняя канитель, вниз падали молнии. Нет, не молнии – слепящие, ровные как ниточки лучи вперемешку с мохнатыми сгустками огня. Гаражи, и казармы, и ангары с БТРами – их было хорошо видно из окна кабинета – весело горели. А небесное пламя все рушилось и рушилось на землю. Словно там, встав в полный рост на сизой туче, грозный бог огня Шиутекутли гневался на нерадивых армейцев…

– Отойти от окон! Быстро! – рявкнул военрук.

В прокуренном, хриплом голосе майора прорезалась внезапная сила. Иолотли подчинился раньше, чем успел чтолибо сообразить.

– Класс, слушай меня! Сейчас мы спокойно и организованно покидаем здание. Действуем по плану пожарной эвакуации. Спускаемся по ближней лестнице, выходим через главный вход. Идем быстро, ворон не ловим, но и не бежим. Никакой паники. Всем ясно? Первый ряд – на выход!

Когда к двери потянулись ученики со второго ряда, снаружи грохнуло так, что просто ужас. Здание школы подпрыгнуло, будто жаба, дребезжа старыми перекрытиями. Зазвенели разбитые стекла, осколки брызнули на пол. Иолотли и сам не понял, как оказался под партой. «Склад боеприпасов, – запоздало сообразил он. – Ох и рвануло…»

– Третий ряд – на выход!

«Пришельцы! Про них и по телеку, и по радио долдонят. Вторжение! Сейчас Равняйсь погонит нас в бомбоубежище. Всю войну там и просидим, как горох в стручке…»

Беззвучно хихикая, Иолотли остался под партой. Куда все, туда и я, дисциплина, встать в строй – это было не для него. Классный час? Ага, как же! Только его и видели; в киношке показывали «Бойцов Космоса». Классное кино – не классный час. Ну, влетело. В первый раз, что ли? Иолотли привык. За драку с Матлалом ему тоже влетело. И за петарду в кабинете физики, и за игуану на школьной дискотеке…

– Все вышли?

Иолотли затаил дыхание. Пауза. Скрип половиц. Быстрые шаги – дальше, тише… За окном опять рвануло. Иолотли обождал еще пару секунд и выбрался изпод парты. Выглянул в окно: рама скалилась клыками осколков. Не порезаться бы! Военчасть накрыла туча черного, жирного дыма – как от горящей смолы. В брюхе тучи мелькали оранжевые сполохи пламени. Огненный ливень с небес утих, лишь вспышки, редкие и короткие, время от времени прицельно били по какимто невидимым изза дыма объектам.

В «Бойцах Космоса» горело круче. В кино пришельцы сразу после бомбардировки высадили десант. Значит, скоро и тут объявятся. В фильме Тлотль Румли подобрал автомат убитого солдата – и такого жару этим уродам задал! Первого завалил из засады, а потом из его лучевой пушки…

Иолотли окинул взглядом опустевший класс. На столе военрука скучала забытая винтовка. Рядом лежала полная коробка патронов – пятьдесят штук. Вот растяпа! А еще майор; правда, в отставке… «Мелкашка», конечно, не автомат. Зато из ТИКа Иолотли уже стрелял. Три раза, в школьном тире. Сдал норматив на «отлично»: шестьдесят пять из семидесяти! Тут главное, потихому завалить первого, как Тлотль Румли. Добраться до лучевой пушки… Школьный чердак! В школе Иолотли знал все входывыходы. И обзор с чердака – зашибись! Самое то для засады. Главное, чтоб никто из учителей не засек раньше времени. Погонят в бомбоубежище, винтовку отберут…

С осторожностью мышкующего лиса Иолотли выглянул в приоткрытую дверь. В коридоре было пусто. Вдоль стен гулял ветер, на досках пола, натертых воском до глянцевого блеска, блестели россыпи стекла. Отлично! С винтовкой в одной руке и коробкой патронов в другой Иолотли выскользнул из кабинета, нырнул за угол, вихрем взлетел вверх по лестнице. Откудато тянуло дымом и гарью. Наверное, от горящей части – через выбитые окна принесло.

Чердачную площадку перегораживала решетка. Замок на ней был – одно название. Его открывали все, кому не лень: ключом от квартиры, гвоздем, отверткой, разогнутой скрепкой. Сгрузив оружие у решетки, Иолотли достал перочинный ножик. Десять секунд – и замок сдался. Пыльные сумерки чердака. Косая полоса света из слухового окна. Распахнуть створки. Выглянуть. Улица; ближние дома – старые, двухэтажные. Пылает военчасть. Огороды вдали сменяются полями. Убегает к горизонту серожелтая лента шоссе.

Все как на ладони.

Десант пришельцев запаздывал. Иолотли подтащил к окну пару старых ящиков и продавленное кресло. Когда пацаны курили на чердаке, кресло каждый стремился занять первым. Сейчас конкурентов не было. Иолотли расположился с комфортом, как настоящий снайпер на позиции. Зарядил винтовку, положил ее на ящик слева от себя; коробку с патронами – на ящик справа. Проверил, легко ли дотянуться до оружия, как делал это Тлотль Румли, карауля уродов.

Порядок.

Еще бы оптический прицел! Хотя бы бинокль…