Чтение онлайн

Она ждала, что координатор отвергнет упрек в слежке. Станет извиняться, громоздить одно объяснение на другое; короче, вернется к привычной роли зануды. В конце концов, она сама записалась к Умсле на прием, искренне собираясь передать координатору слова Юлии Руф. Она летела на Китту, сто раз прокручивая в мозгу беседу с этой язвой , как Н'доли окрестила помпилианку, обсасывала каждое слово, будто леденец, делала сокрушительные выводы, перетряхивая истины, как залежавшееся белье, и проклинала себя за детскую наивность…

Унылый верблюд за столом кивнул без малейшего оттенка сожаления. Да, следили, читалось в кивке. И что? Кивнув еще раз, словно общался с умственно неполноценной, Умсла объяснился совсем не так, как предполагала Н'доли:

– «У дядюшки Марция» запрещено вести несанкционированную запись.

– А санкционированную?

– К сожалению, тоже. Аналогично в барах БенЦанаха. Там такие «бормотуны», что не проломишься. Повторяю вопрос: о чем вы говорили с госпожой Руф? Она спрашивала о ваших исследованиях?

– О наших исследованиях, – поправил Зикимо. – О наших, солнце мое.

Орангутан шагнул к стене и опустился на свободный стул. Зикимо разительно отличался от того человека, которого Н'доли себе вообразила, стоя к орангутану спиной. Бес его дери, от влюбленного майомберо не осталось и следа! Смущение, какое испытывает мирный служитель науки, став свидетелем конфликта близких людей, оказалось фикцией, плодом фантазии оскорбленной женщины.

– Хорошо, – Умсла вздохнул. Брови его встали домиком, тройная складка кожи подперла конек крыши. Чувствовалось, что отступление далось координатору большой кровью. – Начнем иначе. Чем вы занимаетесь, биби Шанвури?

– Это прелюдия к увольнению?

– Ни в малейшей степени. Я имею в виду вашу научную работу…

– Вакциной, – отрезала Н'доли. – Я работаю над вакциной, и вы это прекрасно знаете.

– Цель вакцинации?

– Возможность противостоять клейму помпилианцев. Иммунитет к рабству. Сопротивление на физиологическом и психическом уровнях. Я имею в виду сопротивление успешное, выше стандартного порога. Этим занимались и до меня…

– Занимались, – вмешался Зикимо. – В частности, ваш покорный слуга. Вы умница, солнце мое. Когда разработки единоразовой вакцинации зашли в тупик, это вы предложили курс прививок с коррекцией Лоа объекта…

– С модификацией.

– Извините, с модификацией. Я помню ваш доклад по динамике изменения Лоа помпилианцев: от цивильного гражданина к военному, от военного – к обученному службе в корсете , от корсетника – к коллантарию. От максимума силы клейма к минимуму; от мощи подавления к тонкости взаимодействий. Насколько я помню, вы предлагали встречную модификацию Лоа вудунов: от минимального сопротивления к максимальному…

Брови Н'доли поползли на лоб. Впору было поверить, что дочь Папы Лусэро передразнивает координатора.

– Вудунов? – изумилась она. – Почему только вудунов? Мои разработки предполагают модификацию любого жителя Ойкумены, от брамайна до варвара. Вы что, хотите сказать…

– Не отвлекайтесь, – велел Умсла. – Проблемы галактического альтруизма, равно как долг истинного патриота расы Вудун, мы обсудим позже. Мы признательны вам, биби Шанвури. И за превосходные разработки, и за личный героизм. Изучение Лоа помпилианцев, что называется, на живом материале, добыча имперской военной вакцины с риском для жизни, прямые контакты особого рода…

Пощечина не слишком изменила внешность Умслы. Уныние возвелось в степень, на гладко выбритой щеке остался слабый отпечаток пятерни. Хвала темной коже, след исчез быстрее, чем возник.

– Это лишнее, – поморщился координатор. – Хотите воды?

– Чтоб ты сдох, паскуда…

– Ваш отец выразился бы крепче. И бил Папа не в пример вашему… Удивлены? Напрасно. Я не всю жизнь просидел в мягких креслах. Присаживайтесь, биби Шанвури, в ногах правды нет. Или вы хотите ударить меня еще разок? Бейте, не стесняйтесь. Времени у нас много, хватит и на побои, и на мирные переговоры. Напомнить вам, что я – ваше непосредственное начальство? Это значит, что я готов подставить лицо под вашу ручку, если оплеуха даст ощутимый результат. Итак, мы определили цель ваших научных изысканий. Теперь другой вопрос: как вы полагаете, чем занимается Юлия Руф? И чем она занималась раньше, до того, как утратила расовый статус?

Монолог Умслы выдавал координатора с головой: координатор обиделся больше, чем хотел показать.

– Вела светскую жизнь, – мрачно отрезала Н'доли.

К ней возвращалась ясность мышления. Вспомнились слова Юлии, произнесенные в ресторане: «Через голову начальства – это значит, минуя Умслу, обратиться к его шефу в планбезе . Полагаю, вы еще не чифвождь Департамента планетарной безопасности Китты? Если да, то я сильно рисковала…» Н'доли и раньше осознавала, что книжных червей не назначают координаторами закрытых проектов, но комический вид Умслы, его занудность бюрократа и болезненное пристрастие к регламенту превращали знание в абстракцию.

– В определенной степени, – подтвердил Зикимо. Глаза орангутана влажно блестели. Зикимо был огорчен случившимся рукоприкладством куда больше Умслы. – Дочь имперского наместника обязана выходить в свет. А с такой внешностью, как у Юлии… Но в свободное от балов время госпожа Руф руководила специальными лабораториями.

Н'доли устало прикрыла глаза:

– Я в курсе. Доктор социостратегии… Тот же пост, что и у вас, баас Умсла?

– Выше, – уточнил Зикимо. Если бы у Н'доли оставались силы, орангутан удостоился бы и своей пощечины. – И результаты, не в обиду будь сказано, ощутимей. Вы слышали, солнце мое, как лидерантиса расы Вехден превратили в робота ? Авантюрный боевик, мечта продюсера! Доказать ничего не удалось, но все знают, что это работа госпожи Руф…

В космос, подумала Н'доли. Сейчас же в космос. Из кресла, снося крышу здания, сжигая «Грядущее» дотла, к долбаной матери. Туда, где нет Умслы – удава в маскарадном костюме верблюда, где не ждет тебя Зикимо – собакоголовый орангутан, нонсенс, не существующий в природе, зато хорошо известный цивилизованному миру. Великий Н'куйя, почему я не антис? Почему не природный антис?!

– Я работала над вакциной, – сказала она в мертвой тишине. – Я разрабатывала щит против клейма. Против рабства! Для этого я согласилась измазаться в грязи с ног до головы. Проклятье! Замените грязь на дерьмо, и я соглашусь во второй раз! Назовите меня шлюхой, беспринципной стервой; впишите это в мой паспорт, красной строкой! Но знать, что моя вакцина – лишь предлог для создания недопомпилианца… Я не представляла, что есть грязь хуже грязи – и дерьмо вонючей дерьма.

* * *

Умсла взял графин, налил себе воды и опустошил стакан залпом. Разговор складывался неприятным образом, а в таких случаях координатор всегда хотел пить.

– Грязь? – переспросил он дребезжащим голосом. Лицо координатора цветом напоминало холодный пепел. – Дерьмо? Лучше бы вы ударили меня во второй раз, биби Шанвури. Ненавижу женские истерики… Хотите воды? Ну, как хотите. Значит, недопомпилианец вам не нравится. А мне нравится! Я сплю и вижу, как идея коллантов освободится от этой сучьей зависимости! Как коллективный антис выйдет в космос без участия выблядков Великой Помпилии!