Чтение онлайн

– Вы сказали: динамический?

– Совершенно верно. Два мнемослепка, с интервалом по времени в три недели. За это время объект успел получить не менее двух дополнительных инъекций. Мы имеем возможность отследить картину в относительной динамике.

– Экстраполяция по двум точкам? Не думаю, что это корректно.

– Простите, но это не формальная математика! Это динамика изменений Лоа! В данной области майомберо Шанвури – один из лучших специалистов!

– Давайте сперва посмотрим, коллега!

– И послушаем!

– Я, с вашего позволения, продолжу? – Жестом Н’доли прекратила наметившийся было спор ученых мужей. – У нас есть и другие данные: не по этому объекту, но в целом по помпилианцам. Набрана статистика: точек больше, чем две. Речь идет не об экстраполяции, а об интерполяции. Начальная, конечная и близкие к ним точки у нас имеются. До сих пор нам не хватало существенного фрагмента из центральной части кривой. Теперь он есть! Прежде чем приступить к демонстрации, я хочу выразить благодарность отсутствующему здесь профессору Мваунгве за неоценимую помощь в упорядочивании и визуализации мнемослепков Лоа, которые вы сейчас увидите. Увы, как приглашенный консультант, профессор Мваунгве не имеет допуска и не посвящен в детали проекта. Что не умаляет его заслуг…

В сфере плавно сфокусировалось изображение. Случайный зритель принял бы странную тварь за неизвестного науке глубоководного монстра с Тренга, где ученые что ни день открывали новые виды. Или за персонажа высокобюджетного фильма ужасов, ибо монстр был более чем реалистичен.

Пульсировало тело – золотистое, в пурпурных прожилках. Витая колонна из лоснящейся упругой плоти расширялась на концах двумя кольчатыми воронкамираструбами. Нижний раструб кляксой расплескал по сторонам дюжину псевдоподий. Над верхней воронкой победно вздымалась густая грива щупальцев. Ни дать ни взять хищная актиния. Ядовитобагровые щупальца были у основания толщиной с большой палец. Они истончались, уходя в бесконечность, – и там, в невообразимой дали, на концах их качались призрачные фигурки людей. Щупальца намертво вросли в человеческие тела. Свободные конечности твари с завораживающей медлительностью шарили вокруг в поисках новой добычи.

Симбионт? Паразит? Хищник, высасывающий из жертв жизненную силу, как паук сосет соки из пойманной мухи?

– Это изображение знакомо всем нам. Лоа среднестатистического помпилианца, слепоккомпиляция. Обратите внимание на стрекательные нити…

Н’доли дала увеличение. Каждое щупальце оканчивалось тонкой колеблющейся нитью. Двойное увеличение показало, что нить наполнена темными шариками капсул с ядом, как стручок – горошинами.

– Как известно, щупальца помпилианского Лоа поражают жертву ментальнопаралитическим пситоксином. Это ведет к подавлению воли жертвы и подчинению ее духа более активному Лоаагрессору. Помпилианцы называют этот процесс «клеймением». Смотрим далее…

Следующая тварь на первый взгляд мало чем отличалась от предшественника. Витое телоколонна слегка вытянулось. На увеличении стало видно: стрекательная нить разлохматилась бахромой. Среди наполнявших ее капсул появились желтоватосерые, похожие на речной жемчуг.

– Исследуемый объект – курсант военного училища после первой «офицерской» инъекции. Хорошо видна начальная стадия мутации стрекал. Также обратите внимание на появление светлых капсул. Это коннектоксин, обеспечивающий более мягкое, то есть частичное и легкообратимое, подчинение. Военнослужащие Помпилии называют его координирующей сетью или «корсетом». Перейдем к новому слепку…

Тело третьего Лоа выглядело плотнее, чем раньше. Оно словно бы ссохлось: не плоть моллюска, а перекрученный стволик деревца, какие растут в пустынях. Стрекало разлохматилось еще больше, выбросив тонкие отросткиволоски. Внутри их угадывались совсем миниатюрные капсулы. Один волосок был заметно темнее остальных.

– Объект прежний. Между снятием слепков прошло три недели. Мутация стрекательных нитей продолжает развиваться. Уплотнение основного тела Лоа обусловлено тем, что существенную часть его витальной силы забирает на себя означенный процесс мутации. Это временное явление: как вы увидите на другом образце, по завершении мутации тело Лоа полностью восстановится. Но не это главное. Фактически каждая нить разделилась на «кисточку». Есть все основания предполагать, что это обеспечивает тонкое взаимодействие с объектом захвата. Обратите внимание: лишь один волос из «кисточки» наполнен темными капсулами с пситоксином. Все остальные имеют более светлый цвет и предназначены для контролируемых «корсетных» взаимодействий. Смотрим дальше…

Четвертый Лоа вновь сделался упругим и лоснящимся, утратив следы одеревенения. Из стрекательных нитей росли пучки желтосерых волосков. Один волосок в пучке был черным. Он мрачно колыхался отдельно от светлых собратьев – в гордом одиночестве, сам по себе.

– Вы видите слепок Лоа другого объекта, но это не имеет принципиального значения. Объект – кадровый офицер помпилианской армии, полностью прошедший курс инъекций. Так выглядит его Лоа по завершении мутации. Пучки светлых стрекательных волосков обеспечивают высокую точность «корсетного» взаимодействия. Темный волосок оставляет Лоа возможность производить обычное клеймение. Продолжим…

Тело образца номер пять блестело глянцем хитиновой брони, как у скорпиона. По хитину пробегали фосфоресцирующие сполохи, складываясь в замысловатые узоры. Щупальца светлокофейного цвета утратили хищный багрянец. Призрачные человечки исчезли. Часть щупальцев обмоталась вокруг тела Лоа, скрадывая пульсацию. Остальные без движения зависли в пространстве, словно застыв в янтаре. Оканчивались щупальца белесыми клешнями, мягкими даже на вид.

– Перед нами Лоа коллантарияпомпилианца. Не суть важно, кого именно, – принципиальных отличий между Лоа коллантариев не обнаружено. Дада, я знакома с вашими исследованиями, профессор Чилонгола! Я не собираюсь опровергать ваши выводы. Даем увеличение…

Клешня заполнила всю сферу. Внутреннюю поверхность клешни покрывали десятки круглых присосок. Проявилась тонкая фактура: и клешня, и присоски были скручены из множества белесых нитей. Внутри нитей угадывались утолщения – горошины в стручке.

– Да ведь это же…

– Смелее, майомберо Зикимо!

– Это похоже на волоски, которые возникли на концах стрекательных нитей!

– Это они и есть.

– В таком случае, – Зикимо вскочил с кресла, всплеснув полами белого халата, словно крыльями, – перед нами процесс эволюции!

– Или мутации.

– Если мутация удачна и полезна, она признается эволюционной! Это эволюция от обычного помпилианца, способного «клеймить» рабов, через военные инъекции, дающие возможность ставить «корсет» с частичным клеймением – к симбиотическому колланту! От подавления к симбиозу!

– Браво, коллега! Я бы сама не сказала лучше. Нетнет, выводы я, с вашего позволения, озвучу сама. Потом вы меня дополните, если сочтете нужным. Баас Умсла, вы нас слушаете?

– С огромным интересом.

– Замечательно. У меня к вам просьба. Поднимите, пожалуйста, досье всех коллантариевпомпилианцев. Отдельно тех, кто успешно вышел в «большое тело»; отдельно тех, кто пытался, но без результата.

– Какая конкретно информация вас интересует?

– Служба в армии.

Позади остался фейерверк огней, оратория шумов – проспект Ботиумело. Н’доли свернула в боковую улочку. Затихли ритмы маракату: еще минуту назад они сладко отдавались в животе. Сгинули толпы веселых туристов, исчез смех, раздраженные гудки мобилей, реклама грибного ресторана «Л’Нага», сквозь которую стаей стрекоз пролетали аэротакси… Здесь, в сотне метров от проспекта, было на удивление тихо. Неярко горели матовые шары в кронах «корзинных» деревьев. Внутри стволов – полых, словно плетенных из лент коры, – были устроены беседки: гнездышки влюбленных парочек. Свет шаров не мешал видеть усыпанный звездами бархат ночного неба. Такого неба, как на Китте, нет больше нигде. Ты дома, девочка. Не нужны сотни предосторожностей, явки и пароли, встречи со связными, «жучки» и нанокамеры, аппаратура контрслежения… Не надо жить на взводе, в любую минуту ожидая разоблачения. Прав Зикимо: ты ввязалась не в свое дело. Какая из тебя шпионка? Вся извелась, теперь нервы лечить придется…