Чтение онлайн

Итак, я продолжаю.

Я беру ручку в правую руку и делаю первый штрих.

Одна нисходящая линия по диагонали через её нижнее бельё.

— О боже, — бормочет она, вздрагивая бёдрами.

Судя по её реакции, я знаю, что задел её клитор.

— Не двигайся, Рози. Мне бы не хотелось провалить этот тест.

Я зажимаю язык между губами и провожу первую линию вверх. Я слышу, как она стонет, чувствую, как дрожат её ноги, пока она пытается не двигаться. Затем я откидываюсь назад, чтобы посмотреть на свою работу.

Когда она смотрит на себя, я слышу, как она бормочет «блядь» между тяжёлыми вздохами. На белоснежной ткани появляется синий крест.

— Крестик отмечает место, — ворчу я, разводя её бёдра обеими руками.

— Да.

— Ты насквозь промокла, Рози, — говорю я, переворачивая ручку и проводя её тупым закруглённым кончиком по внутренней стороне её бедра.

— Я знаю, знаю, — её голос срывается, когда я приближаюсь к шву её трусиков.

— Это значит, что я всё сделал правильно? — я ещё раз смотрю на её раскрасневшееся лицо, но вижу только зелёный свет, разрешение продолжать. — Скажи мне остановиться, Рози.

— Пожалуйста, не останавливайся, Форд, — отвечает она. Потому что, конечно же, она должна сводить меня с ума на каждом шагу.

Не раздумывая, я опускаю ручку под ткань. Едва касаюсь. Я осторожно провожу по её киске, как будто это каким-то образом нарушает меньше правил, чем если бы я засунул палец ей в трусики.

Она откидывает голову назад, и я не могу отвести от неё глаз. Стена, которую я так старательно возводил, рушится. Распадается.

Когда я вытаскиваю ручку, она влажная и блестящая. Я бросаю его на стол рядом с ней и снова встаю, наклоняясь к ее телу и надавливая на след от ручки большим пальцем. Говорю себе, что тонкая ткань, натянутая между нами, делает это как-то менее порочным.

Но, по правде говоря, в этом нет ничего неправильного. Все в этом кажется правильным. Поэтому я соглашаюсь с этим. Я верю в это.

Я доверяю ей.

— Признайся, Рози, — я нажимаю на кнопку, равномерно вращая её. — Я нашёл его с первой попытки, не так ли?

Теперь она выгибает спину, сжимая руками мои плечи, а ее глаза остекленевают. Она плотно сжимает губы и вызывающе качает головой.

Я хихикаю и перехожу к нежным поглаживаниям снизу вверх. Чувствую, как ткань под моим большим пальцем становится влажной. Ощущаю твердость ее клитора.

Я знаю, что все сделал правильно. И я знаю, что Рози не хочет этого признавать.

Но ничего страшного. Я позволю ей это сделать.

Её стоны переходят в прерывистое дыхание. Её щёки из розовых становятся красными. Я снова начинаю делать твёрдые, медленные круговые движения.

— Чёрт, это так хорошо, — бормочет она, опустив глаза и наблюдая, как я работаю с ней. — Это не должно быть так… — я прерываю её, ускоряя темп.

— Именно так и должно быть.

Она переводит взгляд на меня и кивает. Затем её дыхание учащается. Я вижу, как её большие голубые глаза из полуприкрытых становятся широко распахнутыми. Её глаза всегда выдавали её.

Поэтому я совсем не удивлён, когда она выдыхает:

— Форд! — выгибаясь на моём столе и опуская ресницы.

Она кончает с моим именем на устах. Затем она падает обратно на мой стол, тяжело дыша, и закрывает лицо рукой, а я продолжаю смотреть на неё, такую красивую и растрепанную.

Это будет повторяться в моей голове долгие годы. Момент, который я слишком долго представлял. Всё, что я вижу, — это то, какой идеальной она была, когда кончила. Моя новая любимая фантазия, когда мне нужно снять напряжение.

Это то, что мне сейчас нужно. Мой член неприятно тверд под жесткой джинсовой тканью. А Рози слишком мягкая и податливая.

Ее слишком легко перевернуть и склонить над этим столом.

Поэтому я наклоняюсь к ней, беру её за голову и быстро целую в волосы, прежде чем войти в зону, из которой уже не будет пути назад. Я волнуюсь из-за того, что не могу подобрать слова.

Я волнуюсь из-за того, что не могу подобрать её.

Единственную девушку, которую я когда-либо по-настоящему хотел.

Я собираюсь поговорить об этом — о нас, — когда снаружи доносится голос моего лучшего друга.

— Форд! Тащи сюда свою задницу! Я хочу рассказать тебе о сегодняшней доставке! — У меня внутри всё сжимается, и мы оба замираем. Уэст звучит совершенно невозмутимо. Но мне не до смеха.

Глаза Рози округляются, когда она встречается со мной взглядом. На несколько мгновений время замирает. А потом мы оба бросаемся в бой. Это не сложно, потому что мы оба всё ещё полностью одеты.

Я опускаю её юбку, и она поправляет волосы, пока я осторожно помогаю ей встать. Но одного взгляда на её лицо мне достаточно, чтобы понять: я должен любой ценой не допустить, чтобы Уэст вошёл сюда.

Рози выглядит так, будто её только что трахнули, и мой член изо всех сил пытается прорваться сквозь штаны.

Поэтому, твёрдо кивнув ей, я поправляю штаны и иду к двери, чтобы отрезать её брата и защитить нашу приватность. Он не должен узнать об этом таким образом.

Я выхожу на заднюю террасу и чуть не врезаюсь в него.

— Ого, — он придерживает меня за плечи, и на его губах появляется насмешливая ухмылка. — Не ожидал, что ты так быстро прибежишь.

— Член, — бормочу я, отчаянно надеясь, что он не станет смотреть на меня.

Уэст кивает в сторону офиса.

— Пойдём выпьем кофе. Я расскажу тебе о своём дне.

У меня отвисает челюсть, и я оглядываюсь через плечо.

— Не могу. Там Рози работает. Дай мне только взять кошелёк, и мы можем съездить в город. Мне всё равно нужно кое-что забрать.

— Да, круто, — только и говорит он, возвращаясь на парковку с довольной ухмылкой на лице.

Я возвращаюсь в офис и вижу, что Рози чинно сидит за своим столом, как будто ничего не произошло. Ее взгляд перемещается с моего лица за спину, явно ища своего брата.

— Он ушел?

Я киваю и подхожу к своему столу — месту преступления — и хватаю свой бумажник, который все еще лежит на нем.

— Да. Я еду с ним в город. У меня есть… нужно выполнить кое-какие поручения.

— О, какие-то поручения?

— Да.

— Это так дети называют это в наши дни? — Когда я смотрю на нее через всю комнату, она поднимает руку и делает вид, что дрочит, одновременно наклоняя голову в мою сторону.

Обычно я бы усмехнулся. Но я чувствую себя виноватым.