Чтение онлайн

– Брент, ты самый своевольный человек! Поступаешь как похотливый боров, у которого на уме всегда одно и то же, - с трудом подыскала сравнение Байрони.

– Полагаю, что "похотливый" самое подходящее слово. А теперь помолчи, женщина, - добавил он, подняв ладонь.
– Я скажу тебе все, что ты хочешь узнать, после того как доведу тебя до полного изнеможения своими ласками.

Возражать Байрони не хотелось. Она для виду сделала попытку к сопротивлению, когда Брент нежно привлек ее к себе и принялся целовать.

– Знай, Байрони, я люблю тебя, и если ты еще когда-нибудь от меня сбежишь, я...

– Что?
– улыбаясь, спросила Байрони.

– Позднее, - уклонился Брент от ответа, целуя ее в шею.

***

– Когда ты успел заказать это?
– спросила Байрони, жадно глядя на подносы с едой, которые три часа спустя внес в каюту стюард.

– Все дело в моем обаянии, - ответил Брент. Он поставил подносы на кровать между ними.
– Пока ты будешь восстанавливать свои силы взгляни-ка, какой аппетитный цыпленок!
– я скажу тебе все, что ты так хотела услышать.

Байрони вонзила зубы в грудку жареного цыпленка.

– Интересно, есть здесь где-нибудь соль?

Брент был ошеломлен.

– Итак, - сказал он, - в будущем, когда ты будешь проявлять упрямство, мне не останется ничего другого, как просто класть тебя на спину.

– Да, - согласилась она.
– Подозреваю, так и будет. Соли, пожалуйста.

– Черт побери, Байрони, ты ничего не хочешь узнать?

Она взглянула на поднос.

– Не передадите ли мне кусочек этого восхитительного на вид хлеба?

– Сейчас, - ответил он и передал Байрони хлеб.

Спустя несколько минут Брент прервал подробный рассказ Байрони о том, как она добиралась до Сан-Диего.

– Ты наелась?

– О да. Цыпленок был чудесный, морковь замечательная, а хрустящий картофель как раз такой, какой я люблю, ну и...

– Хватит!
– прорычал Брент.

Байрони посмотрела на мужа из-под опущенных ресниц и с веселым смехом упала на подушки.

Брент поставил поднос на пол и вытянулся рядом со все еще смеявшейся женой.

– К тебе вернулись силы, Брент?

– Ты не леди, - заметил тот.

– Ты чем-то недоволен?

– Я буду доволен, когда ты наконец позволишь мне продемонстрировать мое благородство.

Байрони ласково улыбнулась мужу.

– Ты продал Уэйкхерст, освободил всех рабов, дал каждому денег и многих из них отправил в Калифорнию. А теперь собираешься купить ранчо на юге от Сан-Франциско и заложить собственный городок, населенный чернокожими горожанами. Ты отдал Лорел выручку от продажи и отправил ее на все четыре стороны с хорошо набитыми карманами. Наверное, выделил пособие моей матери и нанял человека для доставки денег к ним на дом. Что-нибудь еще?

– Переспал с Лорел, ради старого знакомства.

– Нет, этого ты не сделал. А всех бывших рабов поручил попечению Джоша.

– Как ты все это узнала?

– Ты говорил во сне. А что касается доставки денег матери так, чтобы отец не смог протянуть к ним свои жадные лапы, то это я придумала сама.

– Проклятие!
– вырвалось у Брента. Он положил руку на округлившийся живот Байрони, задумчиво глядя на нее.
– Мне раньше никто не говорил, что я разговариваю во сне да еще рассказываю подробности.

Байрони почувствовала восхитительный приступ желания.

– Нет, ты не говорил во сне, - сказала она.
– После того как я доведу тебя до изнеможения своими ласками, я признаюсь, что нашла письмо от мистера Милсома и самым бессовестным образом его прочитала.

Брент простонал.

– Я сделал все эти добрые дела для того, чтобы доказать, что я в конце концов вовсе не такой уж плохой.

– Я поняла, что ты не такой плохой, когда услышала твои аплодисменты перед домом родителей. Хотя ты последние три дня молчал как рыба, я решила простить тебе все прежние выходки. Еще решила, что ты не можешь жить без меня. И что буду тебе любящей женой, не буду держать тебя в ежовых рукавицах. Что скажешь, Брент Хаммонд?

– Повторяю, - тихо проговорил он, - ты не леди.

– Докажи!
– Она потянула его к себе.