Чтение онлайн

– Это ровно ничего не значит, - О?

– С Лорел ты делал то же самое?

– Нет. Вот уже целых десять лет, - непринужденно ответил он.

– Я не верю! Если бы я не появилась в саду, ты бы...

Брент прервал ее тираду, накрыв своим ртом губы Байрони.

Она смутно поняла, что начинает отвечать на его ласки.

Нет, не хочу! Черт бы его взял, не хочу!

Брент увидел решимость в ее глазах и глубоко вздохнул. Но продолжал гладить и ласкать ее.

– Не противься самой себе, - проговорил он, приподнялся между ее раздвинутыми ногами и вошел в нее. Она была такой теплой и так плотно его обхватила, что он стал лихорадочно искать какую-нибудь мысль, способную как-то его отвлечь. Но желание охладила сама Байрони. Она лежала под ним застывшая и неподатливая.

– Байрони, - прошептал он, замерев над нею, - прекрати.

Она отвернула лицо, не сознавая, что ее бедра поднимались навстречу ему. Она слышала рычание, рождавшееся где-то глубоко в его горле, и чувствовала напряжение могучего тела Брента. Всякие ощущения постепенно исчезли, она плотно сжала губы.

У нее возникло странное чувство некой отдельности от него. Оно показалось ей отвратительным. Он лежал поверх нее во всю длину своего тела, у самого уха она слышала прерывистое дыхание и чувствовала, как громыхало его сердце.

– Ты животное, - проговорила она.
– Я не прощу тебе этого, Брент.

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– А ты упрямая ведьма, Байрони. Будь женщины так же просты и прямолинейны, как мужчины, я знал бы, как обращаться с вами. Ты же понимаешь, что сама себя мучаешь. Ты упряма? Ну и радуйся этому. А теперь, моя дорогая, извини. У меня слишком много дел. Разумеется, не столько, чтобы я упустил возможность такого очаровательного развлечения.

Брент перекатился с нее на бок и поднялся на ноги.

Байрони закрыла глаза.

– Ты в полной готовности для того, чтобы ублажить между делом Лорел, бесцветным голосом произнесла она.

– Я не вызываю доверия, - вздохнул Брент.
– Знаешь, так многое зависит от женщины и от ее опыта.

Но ты этого не знаешь, разве я не прав?

Байрони перевернулась на живот.

Брент принялся было говорить что-то примирительное, но подумал, что сначала надо поговорить с Лорел. Узнать, почему она просила поцеловать ее, зная, что за ними наблюдала Байрони.

***

– Не будьте глупцом, Брент. Я не видела вашу женушку. Дело в том, что я очень одинока и все еще питаю к вам сильные чувства.

– У вас, разумеется, нет никаких причин считать себя одинокой, - с иронией возразил он.
– Дрю говорил, что к вам принюхиваются все мужчины в округе.

– Это верно, - честно признала она, отходя от Брента.
– Но они, видите ли, ждут, как вы распорядитесь Уэйкхерстом.

– И которого же из них вы готовы принять?

– Если вы уедете отсюда, не оставив меня без гроша, полагаю, это будет Сэмюэль Симпсон.
– Лорел чуть нахмурилась.
– Правда, у него двое детей от первой жены. Оба мальчики, но гораздо моложе, чем были вы, - добавила она, бросив на него взгляд темных миндалевидных глаз.

– Ну слава Богу, - заметил Брент.
– Я не оставлю вас без гроша, Лорел. Делайте что хотите с Симпсоном. Кстати, Лорел, я уезжаю. В этом отношении у меня не было больших сомнений. Ваша игра - нет, не отрицайте, пожалуйста, не имела значения. Оказывается, я искренне люблю свою жену. Похоже, теперь я ее довел почти до безумия, но, - он пожал плечами, - с Байрони не приходится скучать.

***

Дрю был погружен в работу - он писал азалию, и это была кропотливая работа, требовавшая очень правильного смешивания красок и легчайших касаний кистью.

– Дрю.

Он осторожно отступил от полотна и улыбнулся Байрони.

– Вы уже все упаковали?
– проговорила она.

– Да.
– Дрю пригладил волосы.

– Мне будет не хватать вас.

– А мне вас. Возможно, вам удастся уговорить моего брата поехать в Париж. Вам там очень понравилось бы, Байрони.

Она не отвечала, и Дрю, сдвинув брови, смотрел, как она медленно двигалась по его мастерской, касаясь кончиками пальцев покрытой суровым полотном мебели.

– В чем дело, Байрони? Или вы все еще думаете о том смехотворном недоразумении в саду? Брент - благородный человек, дорогая, за это я вам ручаюсь.

Байрони остановилась и подняла полные боли глаза на доброе лицо Дрю. Ей нечего было возразить. Брат не мог не встать на сторону брата. В конце концов мужчины всегда поддерживают друг друга. Возьми себя в руки, дурочка!

– Все в порядке, Дрю. Я просто хотела обменяться с вами парой слов. Ваша азалия выглядит очень эффектно.

– Благодарю вас, - отозвался Дрю, пристально глядя ей в лицо.
– Лорел очаровательная женщина, но склонна к капризам. Не придавайте ее поступкам никакого значения.

– Почему я должна следовать вашему совету?
– напрямик спросила Байрони.

– Не должны.
– Дрю помолчал.
– Скоро обед.

Байрони не хотелось видеть мужа. И ее желание исполнилось. За обеденным столом он не появился.

– Один Бог знает, где он, - дружелюбно заметила Лорел, глядя на Байрони.
– Он, несомненно, нашел что-нибудь или кого-нибудь и занялся делами.

Вы же знаете его, Байрони.

– Да, - согласилась Байрони, - знаю.

– Помолчите, Лорел, - вмешался Дрю.
– Байрони, не передадите ли мне кусок вон того замечательного пирога?

***

В пять часов утра Байрони выскользнула из дома и быстро зашагала к конюшне. Поначалу она оглядывалась, а потом засмеялась над собой. Брент вечером так и не вернулся, а рабы еще спали. У нее не было никаких причин красться потихоньку. В руках она держала чемодан, а в кармане лежали шестьсот пятьдесят долларов, которые она взяла из сейфа Брента. Она оседлала кобылу, бросила последний долгий взгляд на Уэйкхерст и пустила Бархатную легким галопом.

Она не бежала от Брента, а предоставляла ему выбор. Это приведет его в чувство.

Будет ли он взбешен тем, что она его, по сути, обокрала? Ну и пусть. Кроме денег, она взяла его золотые запонки. Обо всем она написала в оставленном ему письме. Байрони дала ему выбор. Она проглотила комок, подступивший к горлу. Господи, ему придется принять правильное решение.

Двумя часами позже пароход "Новый Орлеан" изрыгнул в воздух тучу дыма и отвалил от пристани Начиза. Байрони стояла на палубе, вцепившись руками в перила. Она поймала себя на том, что всматривалась в толпу мужчин и женщин, собравшихся на пристани.