Чтение онлайн

На возвышении сидела Королева Масок. Она была подобна редкой птице, разодетой в перья и самоцветы. Ее платье из переливчатой ткани походило на павлиний хвост и шуршало при малейшем движении. Золотистые волосы собраны в сложную прическу с плетенными в нее каменьями.

Но облачение королевы меркло перед ее лицом. От лба до подбородка его закрывала маска из чистейшего золота с вычеканенным на ней безразличием. Самое жуткое заключалось в том, что прорезей в маске не было вовсе — ни для глаз, ни для рта, ни для ноздрей.

Миндалевидные глаза и слегка пухлые губы были вылеплены, вероятно, вторя истинным чертам лица королевы. Но как она ела? Как дышала?

Я знаю, что фэйри почти бессмертны… Но ведь они должны дышать?

Рядом, на троне поменьше, полулежал молодой фэец. Неужели король? Нет, должно быть, принц.

Золотистые волосы мягкими волнами рассыпались по плечам. Золотая полумаска закрывала лишь верхнюю часть лица и имела прорези для глаз. Так что я могла видеть капризный излом его губ, изящные, почти девичьи черты и застывшую в зеленых глазах скуку.

Он выглядел как изнеженный мальчишка, лишенный той опасной силы, что сквозила в неподвижной фигуре Королевы Масок. Кроме того… Если бы кто-то всерьез интересовался моим мнением, я бы сказала, что этот фэец слишком изнежен, смазлив и, на мой вкус, недостаточно мужественен. В отличие от моего конвоира, например.

Я мысленно вздохнула, досадуя на себя. Мне бы следовало бояться того положения, в котором я очутилась. Ведь мое путешествие могло окончиться столь стремительно… Однако страха отчего-то не было.

Зато любопытства и желания узнать этот чуждый для меня мир — вдоволь.

Вокруг теснилась свита — фэйри в роскошных одеждах. Многие в масках, украшенных перьями, рогами или причудливой резьбой. Но маски, подобной королевской, не было ни у кого.

К слову о ней… Стоило мне переступить порог тронного зала, как выражение золотой маски изменилось. Металлические, на первый взгляд, глаза сощурились. Уголки металлических губ изогнулись в презрительной усмешке.

Я не видела, чтобы королева меняла маску. Нет, та просто сама по себе стала другой.

Обескураженная, я застыла на месте. Мой конвоир толкнул меня вперед. Я чуть не споткнулась, заставив золотоволосого фэйца на троне лениво приподнять бровь.

— Моя королева. Мой принц. Я привел к вам чужачку.

— Что это за зверушка, Кэлен? — лениво протянула Королева Масок.

Когда она говорила, ее губы не шевелились. А голос был глухим, будто доносился со дна глубокого колодца.

— Это человек, моя королева, — ровно ответил мой пленитель.

— Человек? — Королева приставила тонкую руку с длинными золотыми ногтями к щеке.

Маска вновь преобразилась, изобразив милое, почти детское любопытство. Переход был столь мгновенным и неестественным, что по спине пробежали мурашки.

— Как занятно. Давненько к нам никто не заглядывал по собственной воле. — Пустые металлические глаза снова сощурились, губы сжались в тонкую линию. — Обыскать ее. Отними у нее все, что пропахло миром смертным. Пусть не оскверняет воздух моего дворца.

Неуловимый, словно ветер, Кэлен шагнул ко мне. Только сейчас, безмолвно ахнув, я поняла, что его наряд переменился. Из древесно-изумрудного он стал молочным с золотыми и зелеными прожилками — в цвет окружающих его стен.

Первым делом Кэлен сорвал с моего бедра сумку. Заглянув внутрь, без колебаний отбросил ее в сторону. Мое сердце сжалось. Очевидно, драгоценные запасы мне уже не вернуть.

Затем Кэлен начал обыск. Руки Кэлена скользнули по моей одежде, проверяя складки, ощупывая пояс. Пальцы двигались методично и отрешенно, словно я была мешком с зерном, а не живым существом. Однако мои щеки все равно вспыхнули от стыда. Я стиснула зубы.

Лучшее, что я могу сейчас сделать, — не подать виду, насколько я унижена и оскорблена.

Кэлен нащупал Око Незримого в подвязанном изнутри мешочке, вынул его на свет. Я напряглась всем телом, но поделать ничего не могла. Бесстрастный взгляд фэйца задержался на каменном треугольнике. Помедлив, Кэлен протянул его своей владычице.

Пока королева вертела Око в тонких пальцах, ее маска переменилась, изображая задумчивость.

— Я чую магию… Где ты, зверушка, взяла эту волшебную вещицу?

Поговаривали, фэйри не умеют лгать. Я не знала, правда ли это, но куда больше меня волновало другое: способны ли они чувствовать чужую ложь? Ведь почти каждый из них был не просто магически одарен, но нес в себе частицу Фэй — изначальной богини, матери всего сущего, создавшей наш мир.

И все же я решила рискнуть. Я не могла позволить себе выдать, что именно людям известно о фэйри. Вдруг этим я могла навлечь на деревню и тех, кто остался за порогом, еще бОльшую беду?

Я опустила глаза, придавая лицу глупое выражение. Даже на миг оттопырила нижнюю губу.

— Купила на ярмарке, госпожа… м-миледи, — прощебетала я, намеренно сбиваясь. — Торговец сказал… ну, что она волшебная. Что покажет чудеса, скрытые в море. Я думала, может, волшебных рыбок увижу или… жемчужины.

В зале на миг повисла тишина, а затем королева залилась звонким, переливчатым смехом. Теперь ее маска изображала безудержное веселье. Принц фыркнул, лениво поигрывая прядью волос. Несколько придворных фэйри сдержанно хихикнули.

— Рыбок! — выдохнула королева, вытирая несуществующую слезу с маски. — О, как же это восхитительно! Какая прелестная простота!

Она… поверила?

В голове пронеслись десятки мыслей. Должно быть, здешние фэйри отвыкли от общения со смертными. Забыли о том, что мы умеем лгать. Так может, я смогу это использовать в своих целях? Может?..

Маска веселья соскользнула с «лица» королевы. Звонкий, словно колокольчики, смех затих. Она взвесила Око на ладони, а потом небрежным движением уронила на пол у своих ног и… Наступила на него каблуком.

Обычный камень не пострадал бы. Но королева, должно быть, что-то сделала с Оком. Изменила саму его структуру — с той же легкостью, с которой меняла выражения своей маски.

Раздался сухой, ясный звук — хруст, как от ломающейся кости.

Я вскрикнула. Опустошенно смотрела, как темные осколки, в которых была заключена вся сила Эсбы, разлетаются по полу. Как вдребезги разбивается ее прощальный дар. Внутри меня что-то оборвалось и угасло.