Чтение онлайн

– Будем регулярно менять евро на швейцарские франки в разных обменных пунктах, – пояснил Арпад. —

Никто не удивится, что мы часто приходим: десятки тысяч людей живут в приграничных районах, работают в Швейцарии, а живут во Франции, они каждый месяц меняют всю свою зарплату

Арпад был так уверен в себе! В нем было что-то от плохого парня, и это Софи страшно нравилось. Тем не менее она возразила:

– В твоем плане не все работает. Если мы будем выводить незадекларированные деньги из тени понемногу, чтобы не светиться, мы не скоро сможем купить квартиру на проспекте Бертрана. И она уплывет у нас из-под носа!

– Разве что заплатим за квартиру намного дешевле, чем указано в объявлении, – отозвался Арпад. – И эта новая цена будет нам по средствам сейчас и не вызовет никаких подозрений.

– А каким образом мы купим квартиру дешевле?

– А таким, что нам чертовски повезло! – воскликнул Арпад. – Представь себе, я говорил с куртье, который занимается этой продажей. Я тоже могу кое-что выведать. И я нечто обнаружил касательно собственника квартиры.

– Что такое ты откопал?

– Сама увидишь. У нас с ним встреча в восемнадцать ноль-ноль.

– Встреча? – Софи не верила своим ушам.

Мечта о квартире скоро станет реальностью.

Два часа спустя Арпад и Софи рука об руку миновали парк Бертрана и гордо вступили на одноименный проспект, а на самом деле на прелестную тихую улочку с односторонним движением, шириной как раз для одной машины. По одну сторону – ряды столетних парковых деревьев, по другую – старинное здание из тесаного камня. В него-то они и вошли.

Квартира находилась на шестом этаже. В ней до сих пор жил владелец, Эдвард Валлон, мужчина лет пятидесяти. Он сердечно приветствовал посетителей.

Начали они с осмотра помещения. Арпад немедленно пришел в такой же восторг, как Софи. Квартира была великолепная, просторная, с удобной планировкой. В ней сохранились занятные контрасты разных эпох: деревянный паркет, лепнина на потолке, но кухня и ванная – ультрасовременные. Затем они уселись в гостиной, все обсудить. Заметив, что Софи любуется обивкой дивана, Валлон сказал шутливо:

– Мебель в цену не входит, но можно поторговаться.

Арпад воспользовался случаем и перешел к причинам их визита:

– Вот именно, месье Валлон, мы пришли не только посмотреть.

– Да, я знаю. Куртье сказал, что вы хотите что-то мне предложить без посредников. Слушаю вас.

– Месье Валлон, надеюсь, вас не обидит этот разговор.

– Говорите все, как есть.

– Насколько мне известно, вы продаете квартиру, потому что находитесь в процессе развода.

Эдвард Валлон помрачнел:

– Совершенно верно. Какое это имеет отношение к делу?

Арпад не дал сбить себя с толку:

– Мне известно также, что эта квартира – ваша единоличная собственность.

– Вы что, из полиции, месье Браун?

– Я всего лишь справился в реестре недвижимого имущества, месье Валлон. Это открытые данные…

Атмосфера, еще недавно столь жизнерадостная, заметно сгустилась. Софи не понимала, что происходит. Валлон с трудом сдерживал раздражение:

– Может, будете говорить прямо, а не ходить вокруг да около?

– Месье Валлон, мне известно, что ваш бракоразводный процесс протекает трудно. И что ваша пока еще не бывшая жена готовится потребовать большую часть денег от продажи этой квартиры.

Валлон весь кипел; про себя он клял на чем свет стоит болтуна куртье, который явно вывалил все подробности его личной жизни первому встречному. Тем не менее он не перебивал Арпада. И тот перешел к своему предложению:

– Как вы смотрите на то, чтобы снизить официальную цену продажи? Разницу мы вам выплатим наличными.

Повисло молчание. Наконец Валлон спросил:

– О какой сумме идет речь?

Арпад сдержал улыбку.

– Треть цены, – предложил он. – Вы продаете нам квартиру на треть дешевле. Разумеется, вы получите целиком ту сумму, какую запросили сейчас, но об этом никто не будет знать. И когда ваша бывшая жена потребует деньги от этой сделки, она сможет претендовать лишь на официально выплаченную сумму.

На лице у Валлона было написано сомнение.

– Она станет вопить, что это сговор. Будет напирать на разницу между той ценой, по какой квартира была выставлена на продажу, и той, по которой была продана.

– Вы вправе продать ее по какой угодно цене. Это то, что в Швейцарии называется свободой экономической деятельности. Ни один закон не препятствует вам сбыть ее по дешевке, чтобы досадить вашей будущей экс-супруге. И потом, куртье охотно подтвердит, что с квартирой много проблем. Требуется многое переделать, поменять трубы, проводку и бог знает что еще. Что касается куртье, то его комиссионные я, естественно, целиком беру на себя.

Валлон понял, что куртье в доле. Он долго смотрел на Арпада, а потом вдруг воскликнул:

– По рукам!

Мужчины обменялись крепким рукопожатием.

– Шампанского! – объявил Валлон и поднялся с кресла.

Когда он вышел из комнаты, Арпад, широко улыбаясь, наконец обернулся к Софи. Он думал, она будет им гордиться, но она смотрела на него с негодованием и яростью.

– Как ты можешь так поступать?

Арпад не мог опомниться.

– Квартира наша! В чем проблема?

– Мы облапошиваем его жену, вот в чем проблема! Из-за нас она остается на бобах!

– Кто тебе сказал, что она остается на бобах? Может, это она от него ушла… Может, послала беднягу Эдварда ради другого чувака и теперь старается выжать из бывшего мужа все до копейки.

– Ох, Арпад, прекрати! Роль мачо тебе совершенно не идет.

– Ну Софи, в конце концов, ты же сама говоришь, что нельзя упускать свой шанс. А уж если это повергает тебя в такой шок, давай не будем брать эту квартиру И деньги твоему отцу вернем, раз ты такая принципиальная!

Спустя два месяца, в начале июля, Арпад и Софи переезжали в свою новую квартиру на проспекте Бертрана. Софи, с сильно округлившимся животом, командовала грузчиками. Арпад таскал коробки.

У них начиналась новая жизнь.