Чтение онлайн

Тарген поднял руки и стянул с плеч рюкзак, позволив ему тяжело упасть на траву позади него.

— Блядь, — двигаясь медленно и напряженно, он сократил расстояние до валуна, положив руку на каменную поверхность, как только достиг его. Он поморщился и повернулся, чтобы прислониться к валуну, принимая сидячее положение.

Глаза Юри расширились. Она бросила топор и рюкзак рядом с его сумкой и поспешила к нему, положив руку ему на плечо.

— Тарген? Ты в порядке?

Он шумно выдохнул через ноздри и откинул голову назад, прислонясь к скале.

— Устал.

Она ожидала, что кто-то из них рано или поздно выдохнется — сама была совершенно измотана, — но его ответ не развеял ее тревоги. От него ощутимо исходил жар, кожа блестела от пота.

Юри не знала деталей физиологии воргалов, но ей было известно, что многие виды способны загнать себя до смерти, действуя на одном лишь адреналине — или на каких-то иных, свойственных только им гормонах. А она сама была частью той ноши, что он тащил. Она добавляла нагрузку.

Ему стоило послушать ее, когда она сказала опустить ее.

Но в глубине души Юри понимала: это бы не помогло. Он все равно был бы быстрее. Даже если бы она была в идеальной форме, лишь тормозила бы его.

Она добралась до своего рюкзака и подняла его. Расстегнув молнию, она порылась внутри, отодвигая одежду и другие предметы, пока рука не наткнулась на пару кубиков воды. В том беспорядке на корабле было не так уж много неповрежденных кубиков, но она взяла все, что смогла найти.

Юри вернулась к Таргену и опустилась на колени рядом с ним. Он уже закрыл глаза. Нахмурившись еще сильнее, она поднесла один из кубиков к его губам.

— Открой.

— Только для поцелуя, — сказал он, и уголок его рта приподнялся в легкой ухмылке.

— Ох, ты упрямый самец, — сказала она, но сама не смогла удержаться от улыбки. — Отлично, — наклонившись вперед, она запечатлела быстрый поцелуй на его губах, прежде чем отстранилась и снова подняла кубик с водой. — Теперь открой.

— Это не считается за…

Юри сунула в его рот кубик воды, оборвав слова.

— Может, когда отдохнешь, тебя ждет что-то получше.

Тарген сжал губы, и его щеки ввалились, когда он высасывал кубик. Через несколько секунд он с трудом сглотнул и поморщился.

— Все еще дерьмово на вкус.

— Не имеет значения, — она поднесла другой к его рту. — Следующий.

Тарген накрыл ее руку своей, опуская вниз. Он поднял голову, открыл глаза и встретился с ней взглядом.

— Сохрани.

— Тебе нужно восстановить гидратацию.

— Это наша единственная вода на данный момент. Побереги ее, — несмотря на очевидную усталость, его тон и сжатие ее руки были твердыми.

Взгляд Юри переместился с его глаз на их руки и обратно, нерешительность и беспокойство сжались в ее груди.

— Со мной все будет в порядке, зоани. Или убери, или выпей сама, — он отпустил ее руку и взял за подбородок, заставляя смотреть на него. — Будь рядом. Будь начеку.

Она всмотрелась в его лицо. Золотистые глаза были напряжены и полны беспокойства — беспокойства за нее.

— Буду, Тарген.

Он удерживал ее взгляд еще мгновение или два, прежде чем его глаза закрылись, и он снова откинул голову назад, убрав руку от ее лица. Все его тело прислонилось к валуну, и дыхание сразу же стало медленным и ровным. Как будто он просто… отключился в одно мгновение.

Сердце Юри дрогнуло, и она поспешно подняла свободную руку, положив ладонь ему на лоб. Он весь горел. Она опустила пальцы вниз, прижав их к его горлу, чтобы проверить пульс. Поиски заняли некоторое время, особенно потому, что она остановилась, обнаружив твердые связки по обе стороны его трахеи. Были ли это сухожилия или хрящи, или, возможно, что-то совсем другое? Когда она наконец нашла подходящее место, его сердцебиение было почти таким же медленным и ровным, как дыхание, — тревожная перемена по сравнению с тем, что всего минуту или две назад оно было частым.

Она изучала человеческую медицину только во время учебы в школе медсестер. Она ничего не знала о воргалах, не знала, нормально ли это или то, из-за чего стоит беспокоиться. Тарген не казался запаниковавшим или встревоженным своим состоянием, но это не обязательно должно что-то значить.

Опустив руку на колени, она откинулась на пятки и изучающе посмотрела на него. Зеленая кожа блестела от пота, часть которого стекала по шее и груди, а часть имела красный оттенок, смешавшись с забрызгавшей его кровью.

Юри внезапно вспомнился окровавленный, избитый труп, который они оставили возле корабля.

— Уф, — она запрокинула голову и посмотрела на деревья, заставляя себя глубоко дышать, пока не пройдет головокружение. — Давай, Юри. Это всего лишь немного крови. Не веди себя как ребенок.

Самым неприятным было то, что она знала, что ее проблема не имеет ничего общего с детством. Вазовагальный обморок — медицинский термин для этого — был довольно распространенным явлением, даже если большинство людей не знали, как он назвается. Хуже всего было то, что современная медицина так не придумала другого лекарства, кроме как избегать триггеров.

Отсюда и конец ее карьеры медсестры, которая даже не успела начаться.

Она до сих пор помнила, как в первый раз упала в обморок из-за вида крови. Семилетняя Юри играла в парке со своими братьями и сестрами, когда ее старшая сестра Кайя забежала под одну из горок и ударилась головой. К счастью, Кайя не получила сотрясения мозга или чего-то серьезного, но у нее открылась глубокая рана на лбу. Везде была кровь.

Последней мыслью Юри перед тем, как потерять сознание, было то, что Кайя умрет. Никто не может пролить столько крови и остаться в живых. С тех пор Юри чувствовала головокружение и тошноту всякий раз, когда видела кровь. Обычно она могла справиться с этим, если концентрировалась на дыхании и закрывала глаза, но иногда ее все равно тошнило, а иногда она теряла сознание.

Она надеялась перерасти это, как и многие люди.

Прошло семнадцать лет, и счет идет…

Но после всего, что Тарген сделал для нее, Юри не могла сидеть здесь в бездействии. Подняв голову, она снова посмотрела на него и изучила его тело. Ее брови нахмурились.

Тарген казался чуть меньше, чем минуту назад. Не то чтобы было что-то в нем было маленьким, но его мышцы казались чуть менее рельефными. Она предположила, что это нормально, это был первый раз, когда она видела его по-настоящему расслабленным с тех пор, как их похитили.