Чтение онлайн

– Вот как избаловала нас Лина!
– говорила она детям.
– Я не могу приготовить простой обед! Это же стыдно! Надо установить дежурство, чтобы каждая из вас училась готовить!

Но на дежурство никто не соглашался: Алина отговаривалась занятиями с Анютой, Мышка уверяла, что она каждый день «дочитывает» какую-то интересную книгу, а Динка, махнув рукой, заявила, что ей совсем не надо учиться, так как если она будет голодная, то сумеет наварить целую дюжину разных кушаний.

– Только, может быть, все эти кушанья будут называться «тутти фрутти», хохоча, добавила она.

Ленька приехал рано, Завидев его широкий развевающийся пиджак, Динка выбежала навстречу.

– Ну как ты, Лень? Не арестовали тебя, не ловили?
– шепотом спросила она по дороге на утес.

– Какое там! Я на один завод ездил и в ремонтных мастерских был… И на базаре три штуки пристроил!
– похвастался Ленька.
– Пускай везде почитают! Все разложил, теперь завтра последний десяток отвезу. И заработал хорошо сегодня, а то уж на бублики денег не хватало!

На утесе дети принялись «устраивать» последние десять бубликов.

– Вот выйдет Степан - может, еще мне даст! Теперь доверит!
– мечтал вслух Ленька.

Сознание исполненного долга сильно подбодрило его в последнее время, и, хотя он по-прежнему голодал, питаясь одной картошкой и зачастую сидя без хлеба, настроение у него было хорошее, бодрое.

– Нигде зря ни одной бумажки я не подкинул… Ни одной у меня не пропало!
– возбужденно повторял он и, словно сожалея, что остается последний десяток, добавил: - Эх, скорей бы Степан вышел! Мы бы с ним вдвоем работали!

– А сыщик? Видел ты того сыщика?
– обеспокоенно спросила Динка.

– А на что он мне, гад эдакий! Я сейчас другим делом занят!
– важно заявил Ленька.

– Ну, а если он тебя подстережет где-нибудь?

– Я сам его подстерегу!
– сердито блеснув глазами, сказал Ленька.
– Я ему все припомню!

– Побьешь?
– с любопытством спросила Динка.

– Размозжу!..
– стиснув зубы, ответил Ленька, и брови его туго сошлись у переносья.
– Пущай меня хоть на каторгу зашлют, а размозжу!

– Да-а, тебе хорошо, ты на каторгу пойдешь, а я как останусь?
– забеспокоилась Динка.

– Чего мне хорошо? Каторга не тиятр… Да и без тебя тоже… Я знаешь как в слободное время скучаю по тебе… - мрачно сказал Ленька.

– Я тоже в свободное время скучаю, - вздохнула Динка.

– Ну вот. А хоть с сыщиком, хоть без сыщика, когда б я попался с этими бумажками, так все равно тюрьма!
– чтобы повысить себе цену в ее глазах, припугнул Ленька, но девочка совершенно неожиданно рассердилась.

– Не попадайся!
– сказала она.
– У тебя глаза есть, ноги есть. Не зевай! А в случае чего, беги, как черт… Кого свалишь на улице, наплевать! Даже больше навали народу - тогда легче скрыться! Вали и вали!..
– размахивая руками, показывала Динка.

– «Вали и вали»!
– передразнил ее Ленька и, схватившись за живот, расхохотался до слез.
– Ты, пожалуй, присоветуешь…

– А что же?
– развеселилась и Динка.
– Все как попадают да как закричат: «Ой-ой-ой, караул!» - полиция сразу и растеряется.

Посмеявшись и похлебав вприкуску горячий чай из Степановой миски, Динка опять заспешила домой.

– Я пойду, а то скоро темно будет, а в темноте знаешь кто меня пугает?
– зябко поводя плечами, сказала она и, наклонившись к Ленькиному уху, шепнула: Хозяин!

Ленька всплеснул руками.

– Да ты что, совсем с ума сошла!
– сердито прикрикнул он.

– Нет, Лень, не совсем, но все-таки я очень боюсь, - жалобно сказала Динка. Ленька задумался.

– Ну ладно! Вот я скоро буду дома, тогда отучу тебя, - серьезно сказал он.

Прощаясь у забора, Динка сказала:

– Ты завтра рано поедешь. Лень?

– Я рано. Я всегда рано… А что?

– Поезжай пораньше и скорей возвращайся, ладно?
– Ладно. A ты гляди, если Костя приедет, но пропусти его… Может, опять про Степана что-нибудь скажет. Не пропустишь?

– Конечно, - вздохнула Динка.

Ей очень не нравилось подслушивать, мама часто говорила, что это делают только очень низкие, неблагородные люди, но отказать Леньке она не могла: он любил Степана и беспокоился за него. Как же отказать?

После обеда мама взяла Динку за руку и сказала:

– Пойдем на нашу секретную скамеечку!

Когда мама удалялась с кем-нибудь из детей на секретную скамеечку, это означало, что она хочет о чем-то поговорить наедине.

Динка обрадовалась и испугалась. Побыть наедине с мамой было теперь редким удовольствием, но о чем она хочет поговорить, девочка не знала.

– Диночка, - сказала мама, когда они сели на скамейку, - почему ты никогда не позовешь к себе в гости того мальчика, с которым дружишь?

Мама спросила так просто, как ни в чем не бывало, но голова Динки сразу въехала в плечи, как будто с неба неожиданно свалился огромный камень и стукнул ее по затылку.

– Ка-кой маль-чик?
– с трудом пролепетала она.

– Ну, тот мальчик, который прибежал один раз к нам на площадку. Это, кажется, очень хороший мальчик, и я рада, что ты дружишь с ним, но зачем делать из этого тайну? Почему он никогда не придет к нам?

Динка ободрилась и почувствовала доверие:

– Раньше, мамочка, он боялся хозяина, что кто-нибудь скажет его хозяину, а теперь хозяина убили…

Она рассказала, что Ленька круглый сирота, что хозяин плохо обращался с ним, что он убежал, а теперь хозяина уже нет…

Она говорила осторожно, часто понижая голос; ей казалось, что, приникнув к забору, Ленька слушает ее, но лгать было стыдно и бессмысленно.

– Как же он живет? Кто его кормит? Почему ты никогда не говорила об этом? Ведь он мог бы хоть изредка прийти к нам пообедать… - взволновалась мать.

Но Динка вспыхнула и быстро перебила ее: - О нет, нет, мама! Он не нищий! Он никогда не хочет есть чужой хлеб! Он любит свой, заработанный!