Чтение онлайн

– Робя! Робя!
– стонущим криком зовет Динка; руки ее слабеют, но грузчики уже со всех сторон сбегаются на помощь.

Парень в тельняшке вырывает из рук Гордея Динку и передает ее товарищам.

– Отпусти парня, слышь! Отпусти мальчонку!
– с бешенством кричит он, пытаясь разжать железные руки хозяина.

– Не вступай! Худо будет!
– угрожающе кричит Гордей, еще крепче стискивая мальчика.

Голова Леньки бессильно падает, губы синеют… Грузчики молча обхватывают Гордея сзади и валят его на пол. Парень в тельняшке выносит из толпы Леньку и ставит его на ноги.
– уходи отсюда. Бери сестренку, - торопливо говорит он, возвращаясь к товарищам.

Грузчики расступаются… Гордей молча поднимается с пола. Жилетка его расстегнута, ворот рубахи оторван, сбившаяся клочьями борода в пыли.

– Где приказчик? Тащи его сюда! Пусть делает расчет немедля!
– командует парень в тельняшке.

Грузчики вытаскивают с баржи перепуганного приказчика.

– Братцы! Ребятушки! Давай по чести, по совести!
– вопит упирающийся приказчик.

– Знаем мы твою совесть! Плати за погрузку! С бочки плати!
– со всех сторон наседают на него грузчики.

– Плати с бочки!
– командует парень в тельняшке.
– Нам твоего не нужно, но и своего мы не упустим!

Сломленный Гордей тяжелым, мутным взглядом окидывает возбужденные суровые лица грузчиков и молчит.

Приказчик дрожащими руками отсчитывает деньги. Пожилой староста артели степенно прячет их в бумажник.

– А теперь поспешай!
– насмешливо говорит хозяину парень в тельняшке.
– Да гляди, боле сюда не заявляйся! Ракам скормим!

Гордей тяжелыми шагами подымается на баржу, приказчик трусливо семенит к выходу. Один из грузчиков швыряет ему вслед помятый картуз.

– Эй ты, заяц! Цилиндру свою забыл!
– смеются рабочие, убирая сходни.

Буксирный пароход дает три коротких гудка. Между причалом и баржей растет глубокая черная щель.

Гордей выпрямляется и окидывает взглядом палубу.

– Ленька!
– зычно кричит он.

«Ле-ень-ка!» - откликается за Волгой насмешливое эхо.

От пристани медленно удаляются две фигуры. Ленька идет впереди; Динка, всхлипывая, тащится сзади. Ноги у нее словно перебиты, голова не поворачивается, спина горит.

Ленька подходит к берегу и, опустившись на колени, погружает в воду занемевшие руки.

– Как работать буду?
– с отчаянием бормочет он, двигая в воде острыми локтями и поворачивая ладони.
– Суродовал он меня!

Динка, всхлипывая, присаживается рядом.

– Ну, чего плачешь?
– расстроенно спрашивает Ленька.
– Зачем полезла не в свое дело? Динка всхлипывает еще горше.

– Мало с кем я подерусь, дак ты и будешь завсегда соваться?

Динка поднимает залитое слезами лицо и молча кивает головой. Ленька отворачивается и безучастно смотрит на хлопотливый буксирный пароходик, который тащит за собой плот и баржу. Палуба на барже загромождена бочками. Ленька подается вперед, глаза его расширяются, щеки вспыхивают.

– Макака!
– кричит он, вскакивая на ноги и указывая рукой на Волгу. Баржа уходит! Гляди, гляди! Уходит!

Динка силится разглядеть баржу, но слезы застилают ей глаза, и она ничего не видит.

– Уходит! Уходит!
– торжествующе говорит Ленька.
– Без меня уходит! Я теперь вольный человек!
– Он вытягивает вперед руку и трогает свои мускулы: Работу найду! Туда-сюда кинусь! Много денег заработаю! Всего тогда накуплю тебе, Макака!

– А чего ты накупишь?
– всхлипывает Динка.

– Чего хошь, того и накуплю! Игрушков али обновы какие!
– весело обещает Ленька.

– Я хочу обновы, - смаргивая слезы, говорит Динка. Ей нравится незнакомое слово.
– А какие они, эти обновы?
– спрашивает она, заинтересовываясь будущими подарками.

– Обновы-то?
– Ленька морщит лоб и склоняет голову набок.
– Ну, полботинки с галошами али ситец, а то, бывает, и шелк. Я на одной барыне видал - тахта называется. Как парус, вкруг человека стоит. Красиво! Я тебе тахту куплю!
– говорит Ленька и, заложив руки в карманы, гордо закидывает голову.

Изорванная рубаха клочьями свисает с его мальчишеских плеч, старые холщовые штаны пестрят заплатами, но Динке кажется, что Ленька действительно неописуемо богат и все может.

– Не надо паруса, - говорит она.
– Лучше купи дом. Большой дом для, всех сирот… Чтоб они там жили… Чтобы их никто но бил…

– Куплю и дом!
– с гордой уверенностью говорит Ленька.
– Светлый дом на тысячу окон! Соберу сирот, настановлю им всяких кушаньев вдоволь… Ладно так будет?
– с улыбкой спрашивает он, присаживаясь на корточки и заглядывал Динке в глаза.

– Ладно, - говорит она, всхлипнув.

– А коли ладно, так не плачь… Больно он тебя зашиб?
– участливо спрашивает мальчик.

– Больно…

– Но спине вдарил?

– По спине… и голову оторвал… - жалуется Динка. Ленька мрачно задумывается. Разговор смолкает. Динке надо торопиться домой; она вспоминает, что мама уже давно дома и, наверное, ищет ее, но дорога кажется девочке такой длинной, ей так трудно подняться. И, ощущая свое бессилие, оно снова начинает плакать.

– Не плачь… Меня инда в пот кидает от твоего плача, - нервничает Ленька.

Солнце красным шаром уже садится за Волгой, когда Динка добирается домой. Проводив ее до самой дачи, Ленька горячо советует:

– Ты намочи полотенец и приложи его к спине! Он у тебя весь жар вытянет за ночь, и к утру оздоровеешь…

Динка молча кивает головой и с жалостью смотрит на озабоченное лицо Леньки. Нет, не оздоровеет уже она, не поможет ей мокрый полотенец! Не живут люди на свете без спины и без шеи. А у нее ничего уже этого нет. И недаром говорят, что когда человек умирает, то душа его расстается с телом. Динка сама чувствует, как, протянув через ее спину костлявые пальцы, смерть уже вытаскивает из ее тела бедную душу.

– Прощай, Лень, - тихо говорит она, но не уходит. Что-то еще хочется сказать ей своему другу Леньке, какие-то последние слова. Она хочет сказать, как говорят взрослые: «Не поминай лихом», но слова эти затерялись в ее памяти и взамен их напрашиваются другие.
– Прощай, Лень. Поминай как звали, - скорбно говорит она и, не оглядываясь, бредет к своей калитке.

У калитки слышится громкий голос Кости: