Диомед, сын Тидея. Книга вторая
Шрифт:
Ну конечно! Овцы – первое дело.
– А у нас, знаешь, чего говорят? Жизнь и кровь за богов и отчизну – но не зерно. И не овец, понятно. Да не смейся ты, Маурус, вот оголодаешь, сам поймешь!..
– Города мы строим, – едва не подавившись воздухом (грешно, конечно, в храме смеяться!), вздохнул я. – И дороги строим. А вот законы, храмы... Люди сами должны прийти к этому.
– Ага! Как же! Сами! – седая борода возмущенно задергалась. – Когда ты, Маурус, Ординарий Востока завоевал, когда тамошним регусом сделался, так, небось, людей не спрашивал!
И об этом знает! Откуда? Но стало ясно – шутки кончились.
– Так чего же хочет Величайший? Чтобы я огнем и бронзой покорил всю эту землю? Создал царство, поставил всюду своих воинов, согнал всех строить храмы...
Не договорил. Уж больно вид у старичка жалким сделался.
– Ты... Ты чего пугаешь, а? Огнем, бронзой... Тут человека в драке убьют – уже горе. Наши-то тоже хороши – воевать друг с другом принялись. Еще пару веков назад тут никто и не воевал. А теперь село захватят, скот порежут, девушек обидят... А самих побьют – плакать начинают, куда, мол, Ты, Юпитер, такой-этакий, глядел!..
– Можно по-другому, – не возражал я. – Нужен общий враг. Тогда люди сами объединятся...
– Ни-ни! – вновь дернулась седая борода. – Не надо врагов! Ты, Маурус, так сделай, чтобы воевали поменьше, и ссорились поменьше. А храмы чтобы строили. И города. И чтобы эти.... корабли были. И чтобы на камнях значками рисовать умели – на память. Чтобы, значит, не хужее всех прочих мы стали. Понял?
– Понял, – кивнул я уже без улыбки. – Тяжкую службу поручил мне Величайший! А если не смогу?
– А ты постарайся! – грязный палец величественно поднялся вверх. – Очень постарайся! За то тебя, Маурус, всюду чтить будут. Станешь ты великим богом, после Отца Молний – вторым. Обещаю!..
И вновь громыхнуло – уже посильнее. Белая молния ударила совсем близко – прямо у отворенной двери. С кем же я все-таки говорю?
– Вторым – это понятно, – согласился я. – Мне это уже когда-то обещали... А может, Величайший кого-нибудь другого найдет?
Новая молния вонзилась в землю у самых моих ног.
– ...Что за вопрос, Диомед? В Гесперии мы живем!
– Э, нет, Одиссей! Тидид прав. Гесперия – это просто Западная Земля. А для нас теперь она – родина. Эллада! Давайте так и решим: Великая Эллада.
– Размахнулся, Подалирий! Скромнее надо. Новую землю называют по какой-нибудь примете. Вот здесь, например, быки здоровенные, прямо как у нас, на Крите. Так и назовем: Бычья Земля.
– Кому что, а Миносу быки! Еще скажи: Минотаврова! А по-моему, тут на Этолию очень похоже. Пусть будет Новая...
– Ну, конечно, Диомед! Город ты уже Аргосом назвал, теперь, значит, Этолию тебе подавай. А почему не Новая Итака?
– Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
– Чего смеетесь? Чем Итака хуже? Ну... пусть хоть с «И» начинается!
– Ха-ха-ха-ха-ха! Иллада? Исперия?
– Италия.
– А-а... А почему Италия, Тидид?
– Начинается с «И», на «Этолию» похоже, а все вместе: Земля Телят. Маленьких быков, значит.
– Италия? Да кто же такое запомнит, Диомед?
Волки проводили меня до опушки. Дальше начиналась дорога – ровная, вымощенная тесаным камнем. Я шагнул вперед, оглянулся. Отворачиваются серые, к деревьям жмутся. Даже Грес, самый смелый, куда-то в сторону глядит.
– Ну, чего вы боитесь? – вздохнул я. – Там город, там мы живем. Ничего там страшного нет!
– У-у-у-у-у-у!
Один из давнов нерешительно выбежал на дорогу. Лапы ступали так, словно камень раскалили докрасна. Выбежал – назад отошел. Боятся! Каменные улицы, каменные башни, каменные дома. Место, где живут «деусы», где полным полно всего «звонкого», где не спрячешься в чаще, не умчишься вглубь родного леса.
...Не скоро давны начнут храмы строить!
– Пошли! Пошли! – махнул я рукой. – Тоже мне, гетайры. Вот позову певкетов, они не боятся!..
– У-у-у-у-у-у!
Подействовало! Сначала на дорогу ступил Грес-старшой (с поджатым хвостом), затем остальные. А ведь копьями (деревянными, с обоженными наконечниками) давны работают неплохо – когда не волки, самой собой. И лучники сносные, сам Любимчик подтвердил. Но вот бронзовый меч в руку не возьмут.
– Пошли!
Камень ударил в подошвы. Я поглядел вперед, где на высоком холме белели высокие круглые башни.
Улыбнулся.
Аргос!
Мы все-таки построили тебя, Аргос Гиппион – Аргос Конеславный! Вон и Ларисса на самой вершине, и стены будущего храма Зевса Трехглазого...
...А еще лучше – Юпитера Трехглазого. Нечего моему Деду сюда пятою ступать!
Невелик, конечно, Аргос Конеславный. И домов мало, и улицы только камешками по земле выложены. Строить еще и строить. Но все-таки!..
А на севере, в земле генетов, растет Новая Троя Гелена Приамида, а на западе Эней-саженец недавно освятил первые камни Лавиния. Может быть и вправду родится Италия – новая страна?
Я оглянулся. Волки исчезли. Дюжина крепких парней – грустных, с опущенными головами – брела по дороге.
Привыкайте, ребята!
– Э-э-э, Диомед-родич! Обида у меня, Диомед-родич! Нас, куретов, с собой не берешь, других берешь, да? Понимаю, конечно, все понимаю, да только обидно очень! Ладно, ванакт, как скажешь, ванакт, учить их буду, волков этих, но все равно – обидно!
– Чего такой веселый, Подалирий?
– Мы тут фавна сетью поймали, сейчас я его изучать буду. Ну, забавная зверюга! Налил я ему в миску вина...
– Да ты что, Асклепиад? Отпусти его немедленно! Он же... бог!
– Скажешь еще! Это форма жизни, идеально приспособленная...
– У нас только пятьсот воинов, ванакт, две колесницы, сорок лошадей....
– И еще волки, лавагет Ром Эматионид!
– Волки – это хорошо, дядя Диомед. Да только море открыто. Приплывут, скажем, финикийцы... Я все-таки попытаюсь уговорить давнов, чтобы в наше войско вступали...
– У-у-у-у-у-у!
– Ты чего, дядя?
– Ничего, Ром. Я просто представил себе фалангу волков. С копьями в зубах...