Чтение онлайн

Надо снять машины.

Ага! К тем двоим подошел третий. На экране телефона я заметил, как они обнялись. Значит, свой. Интересно, о чем они говорят?

Ага, а вот еще круче. На телефоне четко было видно, как один из координаторов сунулся в машину и быстро передал парню, подошедшему к ним, пистолет и одну или две гранаты.

То, что доктор прописал. Значит, толпа только выглядит невооруженной. На самом-то деле все у них есть. В случае штурма будет хорошее доказательство. Хотя Запад все равно не поверит. Там принимают во внимание только то, что им выгодно.

Я вставил в мобильник другую СИМ-карту и отправил несколько ММС-сообщений кому надо. Ну вот и ладушки, вот теперь и уходить можно.

Улица Василия Липковского тоже стояла, забитая машинами, пытающимися проехать от вокзала. В Соломянском лесопарке происходила какая-то непонятная движуха, мелькали пацаны в черных куртках и шапочках. Рюкзаки за спиной у всех – один из признаков того, что дело худо. Один черт знает, что у них там лежит.

Я постарался пройти, не привлекая внимания этих ребят.

На развязке с Червонозоряным проспектом меня подобрал микроавтобус, самый обычный такой. В нем сидели нормальные ребята с большими сумками, личными и общими. В этих торбах лежали автоматы, бронежилеты, светошумовые гранаты и средства связи. Полный набор, в общем, который у «Альфы» всегда при себе.

– Как оно там? – осведомился командир этих милых парней.

Я молча провел ребром ладони по шее.

– Ясно.

Бусик тронулся. Ехать здесь было можно.

– Видео получили? – спросил я.

– Да, получили и переслали наверх.

– Дальше что?

– Решают. Мы пока на нелегалку переходим.

Ясно.

– Как Марина… Викторовна? Она уже в аэропорту?

– Никак нет. В отеле.

Твою мать!

– Телефон дай. С моего нельзя. – Я набрал номер. – Марина?..

– Да. – Голос сухой, как пустыня Сахара.

Я хотел сказать ей, чтобы она собирала вещи и бежала на хрен из отеля… в аэропорт, куда угодно, но тут же понял, как это будет глупо.

Старею, становлюсь сентиментальным.

– Ты в порядке?

– Да. А ты?

– Тоже.

Марина ничего на это не сказала и отключила телефон.

Захвата российского посольства никто не ожидал. Это событие нарушило планы весьма серьезных людей и вызвало настоящую панику во властных структурах Украины.

Вообще стоит отойти немного в сторону и посмотреть на саму конфигурацию современной власти в Киеве. В таком случае придется признать, что сама эта конструкция вызывает неподдельное изумление.

На этот момент в/на Украине действует Конституция две тысячи четвертого года. Перипетии, развернувшиеся вокруг нее, уже привели к двум переворотам и гражданской войне в стране. Согласно Основному закону полномочия украинского президента значительно ограничены в пользу премьер-министра, а тот теоретически должен опираться на большинство в Верховной раде. Таким вот образом якобы достигается согласованность в работе законодательной и исполнительной ветвей власти в стране.

На самом же деле премьер и президент имели по своей партии. Причем премьерская на выборах немного опередила президентскую. Но партия президента – точнее сказать, даже не партия, а некое политическое объединение, выступающее за все хорошее и против всего плохого, – добрала свое за счет одномандатников. Среди таковых было немало личностей, поменявших за время своего депутатства по пять-семь политических партий и движений, готовых продаться по сходной цене кому угодно.

Теоретически парламент должен был стать ареной для противоборства различных политических сил. В соперничестве партий, представляющих интересы всех общественных слоев и движений, должна была вырабатываться какая-то программа действий, приемлемая для них. Именно многопартийность теоретически должна была приводить к тому, чтобы в этой программе учитывались по максимуму самые разные интересы.

На деле же получилось так, что после избрания партии президента, премьера и еще три других создали широкую коалицию лебедя, рака и щуки. Потом они с упоением принялись интриговать против друг друга и затаптывать партнеров по коалиции в грязь. Никакого открытого и честного диалога, спора, даже вражды у них не получилось. Открыто и честно – это не про Украину.

Вся эта конструкция изо дня в день интриговала, пилила, дербанила то, что подворачивалось под руку. Одни ездили по заграницам и просили денег, другие вроде как проводили какие-то реформы. Все старательно делали вид, что они и есть действующая власть Украины, где дела идут нормально. На деле они таковой давно не являлись. Поле возможных решений для них было сужено до предела. Любой неверный шаг мог привести к государственному перевороту, после которого все они, как правые, так и левые, будут болтаться на фонарных столбах. Достаточно кому-то крикнуть: «Зрада!», и понеслось.

Все они были ограничены в своих решениях мнением и возможностями тех людей, в руках у которых имелось оружие. А таких развелось немало.

Конструкция силовых структур Украины тоже была зрелищем не для слабонервных. Во главе всех их стоял СНБО – Совет национальной безопасности и обороны, который возглавлял не президент и не премьер, а секретарь.

Этот важнейший пост занимал бывший комсомольский вожак из Днепропетровска с русской фамилией Перминов. Вся Украина знала его под прозвищем Кровавый Пастор, чего он сам совершенно не стеснялся. Это был человек лет пятидесяти, вечно не бритый, почти лысый, с негромким голосом и тихим безумием в глазах. Он и в самом деле был пастором – проповедником в секте пятидесятнического направления.

Впрочем, и этот человек, уже успевший побывать исполняющим обязанности президента, ни разу не сомневался в том, что он жив, только пока казаки кричат «любо». А как только будет «не любо», то и его скинут в толпу и поднимут на вилы.

Перминов видел и всю ненадежность своего контроля за теми разномастными силами, которые в теории ему подчинялись. Украина хлебнула свободы полной грудью. Военные, а особенно сотрудники милиции, многократно преданные, оплеванные в угоду текущему политическому моменту, старались не высовываться, ни во что не вмешиваться и хапать, где это возможно. Уголовники, выпущенные из тюрем, бомжи, наркоманы, отморозки, из которых формировались различные территориальные батальоны и нацгвардия в целом, изначально никому подчиняться не собирались.

В СНБО входили все руководители силового блока. Они принадлежали к разным политическим силам и, не скрывая этого, боролись за место под солнцем. В этом совете не было только одной силы – пропрезидентской. Вообще.

Министр внутренних дел Гульков, выходец из Харькова, бывший бизнесмен и губернатор, вознесся на эту должность на волне революционной эйфории. Тот факт, что его еще год назад разыскивал Интерпол, никак не смущал президента, подмахнувшего указ о назначении. Всего за год новоиспеченный министр допустил рост тяжких и особо тяжких преступлений в целом по стране вдвое, а в Киеве – вчетверо. Количество террористических проявлений в/на Украине возросло в десятки раз.