Чтение онлайн

Кроме горючего, немцам хронически не хватало боеприпасов для артиллерийских и танковых орудий. Водителям застрявших в транспортных пробках с пустыми баками грузовиков и боевых машин приходилось бросать их. Гренадеры, не имевшие зимней одежды и обуви, шагали по заснеженным обочинам, проваливаясь в снег. Вопреки представлениям о мягкости зимы в Западной Европе, число обмороженных росло, хотя, конечно, и не в той пропорции, что на заснеженных полях России. Скорость продвижения немцев в глубь Бельгии сдерживалась также сложным рельефом местности в Арденнах.

20 декабря 1944 года Вилли Биттрих приказал частям Дас Рейх оказать поддержку 560-й народно-гренадерской дивизии, пытавшейся овладеть стратегически важным перересечением дорог в районе Барак-де-Фетюр. По выполнени поставленной задачи, дивизии СС надлежало в ускоренном темпе продвигаться в северо-западном направлении на Манэ, создав плацдарм на берегу реки Урт в районе Бомаля. К этому времени Хайнц Ламмердинг вновь вступил в командование дивизией Дас Рейх.

Но прежде чем подчиненные Ламмердингу части смогли приступить к выполнению поставленной задачи, им пришлось целых два дня дожидаться подхода колонны бензовозов из глубокого тыла. К несчастью для немцев, приказ Гитлера рассчитывать в наступлении прежде всего на захват неприятельских складов горючего оказался невыполнимым. В результате задержки германского наступления американский гарнизон Барак-де-Фетюр успел закрепить свой контроль над захваченным районом и получить подкрепления, пока немецкие танки и самоходки ждали с пустыми баками подхода бензовозов для заправки. На помощь гарнизону "джи-ай" поспешили парашютисты 82-й воздушно-десантной дивизии и танковые полки и состава 3-й и 7-й бронетанковых дивизий, занявшие пересечение дорог и весь прилегающий район.

23 декабря 1944 года полк Дер Фюрер наконец атаковал Барак-де-Фетюр. В то время как 2-й батальон начал фронтальную атаку при поддержке группы танков Т-IV и роты 88-миллиметровых зенитных орудий (оказавшихся в ходе войны чрезвычайно эффективным противотанковым оружием), 3-й батальон и группа самоходных штурмовых орудий атаковали американский гарнизон с восточного направления. В ходе ожесточенного боя эсэсовцы уничтожили семнадцать "Шерманов" и тридцать четыре колесно-гусеничных танка неприятеля, потеряв при этом всего четыретанка Т-IV. Преодолев, в конце концов, ожесточенное сопротивление противника и овладев дорожным узлом, полк Дер Фюрер еще некоторое время преследовал отходящих в северо-западном направлении на Малемпрэ американцев, после чего сменил направление, захватив еще одно пересечение дорог в районе Бель-Э.

Во второй половине дня полк Дойчланд атаковал город Одень. С самого начала наступающие войска СС оказались в трудном положении вследствие недостатка снарядов у дивизионной артиллерии. В ходе атаки пехотный офицер по фамилии Фрейгофер записал в свой военный дневник, что "на каждый залп наших батарей американцы отвечают ураганным огнем сотен стволов средней и тяжелой артиллерии". Хотя первая атака захлебнулась, натолкнувшись на яростное сопротивление американцев, немцам все-таки удалось, со второй попытки, при поддержке танков, смонтированных на автомобилях зенитно-артиллерийских установок и саперной роты, завладеть населенным пунктом перед самым наступлением темноты.

По выполнении поставленной задачи, Фрейгофер посмотрел в небо и подумал о своих близких в родном "фатерланде", которым Бог не послал покоя и мира на Рождество… "Высоко в небе над нашими головами слышался монотонный рокот сотен английских и американских "летающих крепостей"— тяжелых бомбардировщиков, летевших на восток бомбить немецкие города. Мир на земли и в человецех благоволение?". К счастью для самого Фрейгофера и для его товарищей по оружию сильная облачность препятствовала штурмовикам англо-американской армейской авиации атаковать полк Дойчланд в Арденнах. Тем временем полк получил приказ продолжать наступление и захватить дорогу, соединявшую города Манэ и Гранмениль. В ночь перед Рождеством 3-й батальон и саперная рота приступили к выполнению боевого задания.

К несчастью для батальонов "зелёных СС", артиллерийская подготовка их наступления, проведенная артиллерийским полком дивизии Дас Рейх, не смогла причинить американцам существенного вреда, поскольку немецким батареям, вследствие нехватки боеприпасов, было приказано по возможности экономить снаряды(как ни трудно в это поверить, коль скоро речь идет об артподготовке наступления!). В результате этой "экономии снарядов"3-й батальон и приданная ему саперная часть понесли в ходе наступления тяжелые потери. Участвовавший в атаке командир саперной роты позднее вспоминал, как атакующим, не имевшим, в отличие от кампании в России, зимнего белого маскировочного обмундирования, пришлось бежать по совершенно открытой местности. "На белом снегу мы выделялись, как тёмные пятна, и сразу же оказались под убийственным огнём американцев, которые могли бить нас на выбор".

Рождество 3-й батальон и другие части полка Дойчланд встретили "на ходу", или, точнее, "на бегу", продолжая наступление в западном направлении. Хотя англо-американские штурмовики и артиллерия причиняли эсэсовцам постоянные неудобства, на твердой земле они без особого труда справлялись с попадавшимися им на пути неприятельскими войсками. Американцы, под прикрытием артиллерийского огня, поспешно отступали на Манэ и Гранмениль. В ходе дальнейшего продвижения полк терял все больше гренадеров обмороженными. В отличие от первых месяцев войны на территории Советского Союза, обмороженными у эсэсовцев и солдат вермахта в Арденнах оказывались, прежде всего, ступни, ибо немцам не хватало не столько теплой одежды, сколько зимней обуви. С наступлением ночи немцы наконец выбили американцев из населенных пунктов Гранмениль и Манэ, укрывшись от ночного холода в домах местных жителей.

Ощутивший в ту ночь безмерное счастье от возможности наконец-то провести ночь в тепле и с крышей над головой, Фрейгофер, прежде чем заснуть "в объятиях Морфея", с немецкой педатичностью, не преминул описать в своем дневнике все трудности, с которой его дивизии пришлось столкнуться в дни "Арденнского прорыва": "Еще три года назад мы бы, наверняка, продолжали бы наступать всю ночь напролет, не давая противнику ни минуты передышки. Но теперь, после почти пяти лет жестоких боев, в нашем наступлении нет и намека на былую скорость". Он пришел к убеждению, что "люди по-прежнему в полном порядке, но у танков и орудий нет снарядов и горючего, и потому неважно, насколько высок наш боевой дух, а важно то, что без снарядов и горючего мы мало чего сможем добиться".

Несмотря на все эти трудности, Фрейгофер и другие офицеры и солдаты полка Дойчланд, судя по записям, по-прежнему были полны решимости сражаться за Отечество: "Единственное, что еще дает нам надежду на счастливое завершение войны — это наше "чудо-оружие" и решимость ни за что не отдавать нашу страну во власть красных (интересно, однако, что Фрейгофер, в отличие от записей предыдущих лет, уже, видимо, не считал неприемлемой перспективу отдать "нашу страну" в руки "англо-американских плутократов"! — В.А.). Надеясь на дальнейшее развитие и совершенствование "летающих авиабомб""Фау-1", баллистических ракет "Фау-2" и реактивных самолетов, он запечатлел на следующих страницах своего военного дневника не покидавшую его даже в самых неблагоприятных обстоятельствах твердую уверенность в том, что "новаторский гений наших ученых и исследователей" спасет Германию от иноземного завоевания и порабощения. Хотя дивизия Дас Рейх давно уже сражалась на Западном фронте, Фрейгофер, подобно другим офицерам и солдатам своей дивизии, был явно несравненно больше озабочен коммунистической угрозой, надвигавшейся на Германию с востока: "Мы не можем допустить установления советского ига над нашей страной. Мы уже воочию убедились на Востоке в прелестях советского "рабоче-крестьянского рая", и не желаем повnорения ничего подобного у нас в Германии".

На следующее утро эсэсовцы начали наступление на Мормон, в ходе которого были контратакованы американской бронетанковой частью. После первого замешательства, вызванного неприятельским контрударом, немцы, быстро оправившись, уничтожили несколько "Шерманов". В ходе ближнего боя за Гранмениль немцам приходилось драться буквально за каждый дом. Вскоре гренадеры полка Дойчланд убедились в многократном численном превосходстве противника и в том, что сами они оказались отрезанными от главных сил своей дивизии. Механизированная колонна дивизии Дас Рейх пыталась пробиться в Гранмениль на помощь отрезанным гренадерам, но путь немецким танкам и самоходкам был прегражден завалами из срубленных деревьев и интенсивным артиллерийским обстрелом неприятеля, в конце концов, заставившим эсэсовских танкистов отступить.

В ходе боя за Гранмениль потери германские потери неуклонно возрастали. Скоро санитарная служба уже перестала справляться с огромным количеством раненых. Тем не менее, если верить соответствующей записи в дневнике Фрейгофера, его войска даже оказали первую медицинскую помощь взятому немцами в плен раненому американскому офицеру-танкисту. Военнопленный, как оказалось, достаточно свободно владевший немецким языком, вероятно, под влиянем морфия, введенного ему для смягчения боли в раздробленной коленной чашечке, разговорился и поведал взявшим его в плен эсэсовцам о том, что чины Ваффен СС пользуются в Соединенных Штатах зловещей репутацией изощренных садистов, подвергающих взятых в плен неприятельских солдат жестоким мучениям. "А теперь", как записал в своем дневнике Фрейгофер, — "он говорит, что с ним обращаются не хуже, чем с нашими собственными ранеными, и раздает нашим людям свои сигареты "Честерфилд".