Чтение онлайн

Матильда Романовна сочувственно покосилась на расстроенную клиентку.

– Неужели же никогда запись не принимается? – совсем растерялась Лиза.

– Почему же? Принимается, конечно. Но, только тогда, когда это разговор между вами и оппонентом, и, если можно понять, когда и где происходил разговор. Наиболее опытные люди в начале разговора как бы невзначай говорят, где они находятся, перечисляют участвующих лиц и упоминают сколько времени, конечно, вписывая это в уместную форму, а уж потом продолжают разговор по существу. И даже имея такую запись, на правильном носителе, с заверенной расшифровкой разговора, надо рассчитывать, когда правильнее с ней выступить. Лучше даже предъявлять запись не заблаговременно, а неожиданно – это повышает шансы на признание записи оппонентом.

– Как всё сложно, – Лиза силилась улыбнуться. – Но, получается, что у меня шансов нет никаких, да?

Матильда Романовна покрутила на пальце кольцо с изумрудом и неожиданно улыбнулась.

– А это зависит от того, что именно вы хотите сделать? Добиться справедливого наказания мошенников в суде или вернуть свои деньги?

– Вернуть деньги! – твёрдо ответила Лиза.

– Тогда… мы могли бы действовать слегка нетривиальными методами. Рискнёте? – улыбка стала совсем молодой и даже слегка хулиганской.

– Рискну однозначно! – решительно ответила Лиза. – Понимаете… я, дура, конечно, наверное, поделом мне, что так ему верила, мне и знакомые говорили, что так нельзя… но мы действительно любили друг друга, он работал как проклятый, говорил, что всё это ради нас, нашего ребёнка, экономили мы тоже вместе, как мне было ему не верить? А теперь… получается, я восемь лет пахала на его мать и на него самого, но даже не это самое ужасное – там же деньги моих родителей! Мне их так жалко!

Матильда Романовна мягко покачала головой.

– Ничего вы не дура, и не надо на себя наговаривать. Понимаете, я уже много лет наблюдаю одну и ту же картину – многие люди уверены, что они точно знают, как нужно и можно жить их знакомым и просто другим людям. Активно рассказывают, что верить никому нельзя, надо подстраховываться. И знаете, практически ни один из них не сможет выйти с целым кошельком, если попадётся в лапы профессионального мoшeнника. Просто потому, что мoшeнник играет на этой подозрительности, использует её как орудие в своих целях. Да, конечно, есть разумные меры предосторожности – дверь незнакомым не открывать, коды, пароли и счета не называть, лишнюю информацию никому и никогда не вываливать. Но быть уверенным, что со своей недоверчивостью вы застрахованы от любого обмана – большая ошибка.

Света покивала головой – совсем недавно она вела дело такой «самоуверенной недоверы», которая сама стала жeртвoй мoшeнника, а потом изумлённо разводила руками, мол, как же так…

– И да, учтите, если вам говорят, что вы «сами виноваты», это или попытка утвердиться за ваш счёт, показав себя лучше, чем вы. Или… банальный страх. Да, просто страх оказаться на вашем месте. А если вы со всех сторон самовиноватая, то с ней-то такого точно не произойдёт, понимаете? Она-то точно-точно что-то такое не сделает и будет в безопасности. Доходят до того, что не верят никому вообще – ни родителям, ни супругам, ни детям… это что, жизнь? Вот именно, что не жизнь!

Матильда Романовна аккуратно увела Лизу от подступающих рыданий и переживаний, дала ей время немного поразмышлять о том, что ей было сказано, предложила попробовать пирожные, а потом достала из прелестной кремовой сумочки блокнот в неожиданно мелкую-мелкую клетку и автоматический карандаш.

– Ну, что приступим к устройству нашей контрзападни?

Матильда Романовна благожелательно осмотрела стол, подлила собеседницам чай и уточнила у Лизы стоимость квартиры, сумму, которую ей подарили родители, и примерную сумму её заработков за прошедшее время.

– Да… моя дорогая, ну и наломались же вы, простите за выражение! – покачала она головой.

– Так и есть, – понурилась Лиза. – А ведь Николай ещё собрался кредит брать! Да вы слышали…

– Слышала, и это замечательно! Судя то тому, на что именно он хочет его взять, сумма там будет как раз примерно та, которую он вам задолжал.

– Но… Матильда Романовна, ведь мы женаты! Я думаю, что надо как можно скорее подавать на развод, чтобы на меня этот кредит не повесили.

– Лизонька, с кредитами тоже не всё так просто… – улыбнулась Матильда, – По общему правилу, за погашение кредита отвечает тот из супругов, на которого оформлен договор с банком. Однако, если средства, полученные в виде займа, были потрачены в интересах всех членов семьи, суд может установить, как и в каком соотношении делится кредит при разводе. Понимаете, да? Кредит, взятый мужем, распространяется на обоих супругов только в том случае, если полученные деньги были израсходованы и в интересах жены. Вот Николай Михайлович хочет купить автомобиль… прекрасно. Вам он нужен?

– Нет! И я против его покупки!

– А ещё он планирует расширить квартиру. Ещё более прекрасно, но… у вас нет никакой квартиры! То есть, если он берёт кредит на указанные цели, без вашего согласия, да ещё с поручительством своей матушки, то вы к его выплате никакого отношения иметь не будете.

– Ну, хорошо, это я поняла… но так-то он мне зачем?

– Как зачем? Ваш глубоконеуважаемый муж сам сказал, что вы попросили его снять деньги с вашего общего счёта и принести вам. Сказал?

– Сказал!

– Положим, всё так и было. Вы болеете, попросили его снять деньги и принести вам, он принёс, вы положили их, к примеру, в тумбочку.

Матильда Романовна переглянулась со Светланой, у которой уже и глаза загорелись в предвкушении, и продолжила:

– А потом вы возьмёте деньги из этой самой гипотетической тумбочки, куда их принесёт ваш муж, соберёте свои вещи, документы, оставите мужу письмо о том, что вы категорически против кредита в любой его форме и поэтому подаёте на развод, и… уедете куда-нибудь подальше.

– Но… но ведь они меня обвинят в крaжe! – ахнула Лиза. – Его мать точно всю землю перевернёт, но меня найдёт и…

– А зачем вас искать? У вас есть законные представители – вот, Светочка, к примеру. Светочке позвонит ваша чрезвычайноглубоконеуважаемая свекровь Надежда Максимовна, и услышит… вот эту запись, которую вы так удачно сделали. Да, в суд с ней не пойти, конечно. Но для полиции и следственного комитета она будет очень-преочень интересна. Понимаете, суд по разводу – это одно, и в судах ваша свекровь, как юрист какой-то организации, явно бывала, а вот следствие, да с учётом обвинения в мошенничестве, с вашей записью и со Светиной подачей материала, это уже несколько другое дело! Особенно, если беседа Светочки и Надежды Максимовны будет происходить с нужными свидетелями и правильным оформлением этой встречи!

– Я с наслаждением пообщаюсь с вашей свекровью! Прямо-таки жду с нетерпением! – широко и хищно улыбнулась Светлана. – Единственное – остаётся вопрос, как заставить этого недомужа принести деньги домой…

– Ну это не проблема, – фыркнула Матильда. – Ему в почтовый ящик упадёт красочная реклама акции некоего застройщика… Нет-нет, разумеется, деньги с него никто не возьмёт, но предупредят, что акция очень и очень выгодная, желающих миллион, и вообще, мужчина, вас тут не стояло! Это обычно очень возбуждающе действует на… столь экономных людей. Они пугаются, что пропустят что-то особоценное. А ему и говорят, что, мол, нет, ваши деньги мы не примем, и так из клиентов очередь огромная… хотя… ну, разве что кто-то откажется… Так что держите деньги наготове! Долго так его водить за нос не получится – начнёт проверять, где и что, мать подключит, но нам-то долго и не надо.