Чтение онлайн

— Кто здесь? — по позвоночнику Грейсона прошла волна страха. Он удивился — неужели в этом мире осталось что-то, что может его напугать? Его, одного из демонов, возвысившихся над людишками?

Ответ пришел практически сразу — прямо в живот Бобби ударила ледяная волна, пригвоздившая его к стене. Он попытался заорать, но рот словно зажала невидимая ладонь.

Бесцветный ледяной голос, похожий скорее на шелест осенних листьев, проник в самый мозг Грейсона:

— ГДЕ ОН?

Он? Кто? Расширенными от ужаса глазами Бобби смотрел прямо перед собой, в пустой кабинет.

— НЕФИЛИИИИМ… — вновь раздался шепот в его голове.

Вот теперь Грейсон ощутил, как волна ужаса покрывает все его тело. Разумеется, он знал, кто такие нефилимы — третья раса, способная свободно перемещаться между мирами и могущественная настолько, что с ней не могли сравниться ни демоны, ни ангелы.

Значит, сейчас он в руках у…

— ГДЕ ОН?! — очередная ледяная волна отбросила Грейсона на его же письменный стол. Раздался странный звук, словно трещало сухое дерево — и перед поверженным демоном появилась дымчатая фигура, окутанная светло-голубым сиянием.

— Я… ничего не знаю… — просипел Грейсон, и осознал, что еще может говорить. Его легкие напряглись для оглушительного вопля о помощи

(демон просит защиты у людей? Какой нонсенс!),

но фигура скользнула к нему. Всей кожей Грейсон ощутил смертельный холод, проникающий в мышцы и кости.

— ТОГДА ТЫ НАМ НЕ НУЖЕН.

Его тело дернуло к потолку так быстро, что Грейсон даже не успел закричать. Рот снова сдавило невидимой ладонью, а холод, распространяющийся по телу, скопился огромным комком в животе демона. Его глаза расширились, умоляя о пощаде.

Холод мощным выстрелом пробил его брюшную полость, вырываясь наружу вместе со внутренностями и кровью. Обычной человеческой кровью, прямо на глазах превращающейся в вязкую черную жидкость.

Хотя никто из обычных людей этого не увидел бы. Только посланник ангелов, призванный отыскать существо, способное убить Короля демонов, видел, как погибает один из его жалких последователей.

Фигура растворилась в воздухе. Умирающий Грейсон наблюдал, как ангел рассеивается и уходит сквозь окно. Проклятье! Как эти твари смогли сохранить свою силу после столь серьезного поражения?!

Демон умирал. Но он чувствовал, что должен предупредить своего повелителя о том, что где-то здесь, среди людей, находится тот, кто способен убить Мундуса. Тот, кто однажды уже оказал ему отпор, будучи еще совсем ребенком.

Рука практически не подчинялась Грейсону, но он сжал зубы и собрал все оставшиеся силы для того, чтобы обмакнуть пальцы в собственную кровь. Спустя несколько минут его рука бессильно опустилась, и пальцы, писавшие имя на стене, скользнули вниз, приписывая букве «Е» дополнительную кривую линию.

Демон, скрывающийся среди людей как Бобби Грейсон, умер, так и не узнав, что Мундус уже ищет Данте.

========== Глава 23. Ни завтра, ни сегодня. ==========

Потолок. Дурацкий покрытый трещинами потолок. И лампа, то и дело мигающая, добавляющая боли к ее глазам, которые выплакали все слезы.

Все спят. Нет, серьезно — ее никто не послушал. Она могла видеть правду, могла видеть тварей, спрятавшихся среди обычных людей — но больше ничего не могла сделать.

И теперь она лежала здесь, в психушке — обессиленная, старая женщина без прошлого и будущего. Ей больше нечего терять, кроме своей жизни, которая ей и задаром была не нужна.

За дверями что-то говорили о ее реабилитации. Анна хотела рассмеяться, но сил у нее не было даже на то, чтобы выдать хоть какое-нибудь подобие улыбки. Чего они добьются своей сраной реабилитацией? Только промоют ей мозги, и лишний раз услышат то, чему все равно не поверят.

Где-то вдалеке продолжал вещать придурок Барбас. Со скуки Анна прислушалась к новостям. Говорили что-то о взрыве в западном порту города, где исчезли в огне многочисленные запасы лекарства «Шанти». Полиция уже начала проверять вероятность связи этого происшествия с убийством детектива Престона и безработного Крэйга Джерома. Также неподалеку был найден молодой человек, без сознания, который был доставлен в клинику имени Кунца.

Анна моргнула. Может ли это быть?..

Дверь в ее палату распахнулась, и в помещение вошло два санитара.

— Простите за беспокойство, мэм, но вас ждут, — густым басом сказал один из них.

Похоже, время реабилитации решили перенести уже на сегодня. Анна удивилась тому, что еще может различать понятия «сегодня» и «завтра».

*

Он очнулся на прохладной койке. Свет из окна бил прямо в лицо — какого хрена он не задернул занавески?

Но оглядевшись, Данте понял, куда попал, и это ему не понравилось. Знакомые стены клиники имени Кунца были последним, что ему хотелось увидеть сегодня.

Кстати, какой сегодня день?

С трудом поднявшись, парень осознал, что во время взрыва на «Нике» его здорово приложило. И, судя по всему, после этого происшествия прошло не так уж много времени.

Он прислушался — за дверью было тихо. Лишь где-то вдалеке раздавались приглушенные голоса, среди которых выделялось слово «реабилитация», которое заставило Данте криво усмехнуться.

Реабилитация. Как же. Он знал, что это за процедура. Долгое сидение в пустой комнате, напротив какого-нибудь холеного мудака, который проникновенным голосом расспрашивал тебя обо всем, что взбредет ему в голову — от твоих личных кошмаров, до цвета твоих трусов. Самого Данте чаще всего расспрашивали о демонах, которых видел только он.

Разумеется, никто ему не верил, и Данте вкалывали дополнительную дозу лекарств, после которых он незамедлительно погружался в свои кошмары, которые он был не в силах никому объяснить. Даже себе самому.

Поняв, что никто не собирается верить его словам, Данте решил подыграть — сделал вид, что вылечился. Сбежать он не мог — слишком уж тогда он был слаб после всей той дряни, что в него закачали. Но сделав из себя пай-мальчика и сказав, что все его слова — не более чем попытка привлечь внимание, он заслужил свободу. В тот день, когда его выписали из клиники Кунца, он напился в стельку.

А теперь он вновь вернулся в эти знакомые и бесившие его стены. Но на сей раз не как псих. Оставалось надеяться, что его мало кто помнит с прошлого пребывания.