Дневник Бриджит Джонс
Шрифт:
Сейчас звякну Тому и сразу за работу.
20.00. Загляну к Тому выпить по стаканчику. Всего на полчасика.
Вторник, 6 июня
58 кг, алкоголь: 4 порц., сигареты: 3 (оч. хор.), калории: 1326, мгновенная лотерея: 0 (отлично), звонки в «1471»: 12 (плохо), сон: 15 час. (плохо, но это все жара виновата).
Уговорила Перпетую дать мне разрешение поработать сегодня дома. Не сомневаюсь, она согласилась только потому, что и сама не прочь позагорать. М-м-м. Новый рекламный проспектик. «Гордость Британии: ведущие загородные отели-усадьбы Британских островов». Чудненько. Листаю страницу за страницей, воображая нас с Дэниелом в каждом номере и в каждом обеденном зале (страстными и романтичными соответственно).
11.00. Все. Надо сосредоточиться.
11.25. Хм, зазубрина на ногте.
11.35. Боже. Только что ни с того ни с сего в голову полезли мысли о том, что Дэниел мне изменяет, и я стала придумывать исполненные достоинства и резкие, как бритва, фразы, которыми прижму его к стенке и заставлю раскаяться. И как это понимать? Не подсказывает ли мне мое женское чутье, что у Дэниела роман на стороне?
Чем старше становишься, тем сложнее все обстоит с отношениями. Когда тебе за тридцать и ты одинока, обычные неприятности, связанные с отсутствием личной жизни – секса нет, не с кем провести воскресенье, вечно приходится одной возвращаться с вечеринки, – усугубляются бредовой идеей, что виной всему возраст; начинаешь думать, что твой последний роман и впрямь был последним, равно как и секс, и что все это – расплата за нехватку бесшабашности или недостаток решительности, не позволившие тебе остепениться еще во цвете молодости.
И совершенно при этом забываешь, что, когда тебе было двадцать два и у тебя точно так же не было парня, а с тем, кто тебе нравился уже двадцать три месяца, познакомиться никак не удавалось, ты считала это просто досадной неудачей и не более. Но с годами все накручивается, накручивается и накручивается, и вот уже обретение мужчины начинает казаться недостижимой целью, чудом каким-то, – а когда ты наконец все-таки заводишь роман, он, естественно, не вполне соответствует твоим ожиданиям.
В этом ли дело? Или наши с Дэниелом отношения дали крен? Дэниел мне изменяет?
11.50. Хм. Ноготь все цепляется. С этим срочно надо что-то делать, а то я начну его грызть и скоро останусь без ногтя. Пойду поищу пилку. И лак что-то облез… надо его снять и покрасить ногти заново. Лучше сразу этим и заняться, пока не забыла.
Полдень. Так ужасно, когда погода стоит жаркая, а чей-то так называемый бойфренд не хочет никуда ходить и отказывается ехать в путешествие. Будто я его силком гоню в эту поездку на выходные. Можно подумать, речь идет не о небольшом путешествии, а о женитьбе, трех детях и ежедневной чистке унитаза. Похоже, у меня начинается душевный кризис. Позвоню-ка Тому (каталогом можно прекрасно заняться и вечером).
12.30. Хм. Том говорит, что путешествие с любовником всегда приводит к бесконечным переживаниям о том, хорошо ли у вас все складывается, поэтому лучше ехать просто с другом.
Если не считать секс, говорю я. Если не считать секс, соглашается он. Сегодня вечером иду к Тому, захватив рекламные проспекты, и мы вместе распланируем воображаемый выезд на выходные. Значит, сейчас надо оч. плотно поработать.
12.40. В этих шортах и футболке страшно неудобно в такую жару. Переоденусь-ка в свободное длинное платье.
Мамочки, сквозь него трусы просвечивают. Надо надеть другие, телесного цвета, а то вдруг кто придет. Те новенькие будут в самый раз. Куда же они запропастились?
12.45. Ну уж тогда нужно и лифчик из комплекта надеть, если найду.
12.55. Вот, так-то лучше.
13.00. Пора обедать! Наконец-то можно чуть-чуть передохнуть.
14.00. Все, сейчас принимаюсь за работу, чтобы к вечеру все закончить и спокойно уйти. Что-то оч. спать хочется. Как жарко. Может, прикрыть глаза на пять минут? Говорят, короткий дневной сон – прекрасный способ восстановить силы. С блеском доказано Маргарет Тэтчер и Уинстоном Черчиллем. Хорошая мысль. Лучше, наверно, на кровать прилечь.
19.30. О, черт, черт, черт!
Пятница, 9 июня
58 кг, алкоголь: 7 порц., сигареты: 22, калории: 2145, изучение лица на предмет морщин: 3 ч 50 мин.
9.00. Ура! Сегодня вечером встречаемся с подругами!
19.00. Только не это. Оказывается, Ребекка тоже будет. Проводить вечер с Ребеккой – это как плавать в море бок о бок с медузой: все будет совершенно великолепно, пока она тебя ка-ак не обожжет – и в два счета от душевного равновесия не осталось и следа. И ведь что самое главное, ядовитое жало Ребекки всегда точно нацелено на самое твое слабое место! Шерон говорит, что мне давно не двадцать четыре и пора уже научиться справляться с Ребеккой и вообще воспринимать ее спокойно. Она права.
Полночь. Пхмельпрстжутк… Ястарух… Лицокошмр.
Суббота, 10 июня
Бр-р. Проснулась в таком хорошем настроении (опьянение со вчерашнего еще не прошло), а потом вдруг вспомнила, каким кошмаром обернулись девичьи посиделки. После первой бутылки «шардоне» я уже было собралась поднять тему постоянных разочарований из-за выходных, и тут Ребекка спросила:
– А как Магда поживает?
– Хорошо поживает, – ответила я.
– Она такая красавица, правда?
– Угу, – пробурчала я.
– И выглядит намного моложе своих лет, просто удивительно! Запросто можно дать двадцать четыре – двадцать пять. Вы же в школу вместе ходили? Она ведь была тремя классами ниже, или четырьмя?
– Она меня на полгода старше, – поправила я ее, ощущая первый холодок ужаса.
– Неужели? – проскрипела Ребекка и выдержала долгую многозначительную паузу. – Да, Магде повезло. Кожа у нее хорошая.
Кровь отхлынула от моего лица, когда я осознала смысл страшных слов Ребекки.
– Ну, она не так много улыбается, как ты. Может, поэтому и морщин меньше.
Я схватилась за край стола, пытаясь прийти в себя. Я преждевременно старею, вот оно что. Будто ускоренно проматывают пленку, и слива на глазах превращается в чернослив.
– Как твоя диета, Ребекка? – вдруг переменила тему Шерон.
О господи, Джуд и Шерон не отрицают, что я преждевременно старею, они принимают это как данность и тактично заговаривают о другом, чтобы пощадить мои чувства! Ужас овладел всем моим существом, я схватилась за лицо – все сильнее обвисающее с каждой секундой.