Чтение онлайн

В 20 час пришёл Олег с новым фильмом «Общество мёртвых поэтов» (перевод заглавия абсурдный, - надо: поэтов прошлого). Олег только что вернулся из Ленинграда, где видел очереди за картошкой в 200 чел.

Идёт подготовка к свадьбе, а между сватьями уже разногласия.

19 ноября1990 года, понедельник.

Сегодня случилась беда со всей библиотекой наших программ на Лабтаме. Но расскажу всё по порядку.

Закончилась обеденная шахматная игра, на которой блестящий успех продемонстрировал Орлов, обыгравший даже Венедиктова. Я ещё острил: «Вот видишь, Алёша, ты сегодня не куришь, поэтому и выигрываешь, а как закуришь, – проиграешь». И точно, он закурил и тут же проиграл Пете Карклэ. Я собрался идти в гидробассейн к Саше Педоре за результатами частотных испытаний того изделия, которое нам поручил считать Крапивко.

В это время за терминалом сидели Мосунов с Михайловой, – он для неё делал расчёт «05». Из ВЦ Афина, где командует А. Чижов, вернулась Ира Мизинова, – она там печатала на бумагу цветные картинки с формами колебаний. Попрощавшись, она на 1345 уехала домой. Рыбаков и Набиуллин ушли на похороны Француза.

Я, забрав у Педоры все нужные мне результаты, в 1500 вернулся на рабочее место. Мосунов и Михайлова по-прежнему делали расчёты на Лабтаме. Мосунов что-то посчитал с flut2, потом переключился на редакцию исходных данных: mdm, - и потом вновь обратился к flut2, чтобы посчитать на флаттер следующий вариант. Но ЭВМ ответила: not found – т. е. не найдено. Тут он обнаружил, что исчезла вся библиотека. Только что была и исчезла! Это могло быть только так: Ира по неопытности оставила свой терминал, не выйдя из него, а только выключила экран. Дальше, кто-то пришёл, включил, – смотрит: мусор, и нажал rm*, что означает: очистить текущую директорию.… И вся библиотека нашего сектора S13 стёрлась.

Мосунов взял из своего стола запасную ленту, чтобы с неё восстановить диск, но вернулся через 10 мин грустный: магнитофон порвал единственную ленту. Завтра вернутся с похорон Рыб и Наб и узнают неприятную новость. Мосунов постарается восстановить всё за 2 дня, а я посоветовал завести секретную директорию на диске, чтобы туда никто не смог попасть, кроме Мосунова.

18-21 – ходил в Колонец к Беляковым, отнёс им исправленный усилитель, отрегулировал цвет на их ТВ «Рубин –710».

20 ноября 1990 года, вторник.

Вчера мой друг Головач звонил из Москвы: в Московском Универмаге есть магнитофонная лента, но у него не было лишних денег, так как он сейчас срочно заготавливает партию CD для обмена за рубежом. Его брат поменяет эти CD с Шостаковичем, Бортнянским… на джазовые с расчётом 3 советских на 1 – их. Он бы и ленты для меня купил, но деньги лежат на сберкнижке, а сберкасса больше одной тысячи в день не выдаёт.

Я подумал, не съездить ли туда? И вот в 830 я вышел из ЦАГИ, чтобы в 1130 вернуться. Иду, навстречу мне идёт Орлов. Спрашиваю: «Не ты ли стёр вчера у нас библиотеку?» Он громко отвечает: «Я». «А почему?» «Не надо оставлять!» Я прямо опешил. Я же ещё вчера вслух догадывался, что это шутка Орлова – в его характере. Ещё была маленькая вероятность, что это студент Ягольницкого, но уж слишком квалифицировано это было сделано. Мастерски! – со знанием дела! И это не в первый раз. Говорят, так же наказывали Шибанова, но у него была не очень важная информация: текст письма в ЦК КПСС.

Таким образом, Орлов проучил весь наш сектор, чтобы мы не разевали рот. Хорошо, что у Мосунова были архивы с фортранными модулями, и он за сутки всё восстановил. Так что с 12 час снова продолжили расчёты по флаттеру.

А что касается поездки в универмаг Московский, то там меня постигла неудача. Я прибыл туда в 945, смотрю – очередь, тысячи людей с талонами от Куйбышевского района. Талоны (приглашения) у них на 11 час, но они уже заняли очередь. Я плюнул и уехал обратно.

Ленту, которую вчера порвало на Лабтаме, я взялся починить - ведь у меня 35-летний опыт работы с магнитофонными лентами. Измятый кусок около 10 метров вчера выбросили. Я приклеил металлический маркер 5х25мм на новом месте в пяти метрах от конца. Маркер я сделал из фольги от шоколада. Начальник Лабтама Алёша Чижов был очень доволен. Попутно я нашёл причину, от чего иногда рвёт ленту: её нельзя хранить в столе и носить по коридору, т. к. она электризуется и топорщится. Ту, которая хранится в ВЦ, не рвёт.

21 ноября 1990 года, среда.

В 900 состоялся президиум НТС в составе: Поповский, Галкин, Быков, Минаев, Амирьянц, Дорохин, Политов, Комаров (вместо Соболева, который в Париже, и Карклэ, который в Киеве), Фомин. Сначала наш новый начальник планового бюро Антонина Ник.Мишукова доложила, что большая премия за 3-й квартал получилась из-за того, что Цветков решил израсходовать все деньги до конца года. Так что это премия за два квартала: 3-й и 4-й. Но мне не повезло, т. к. я в 3-м квартале был в отпуске, а к отпускным не добавляются эти 40%.

Потом Галкин доложил о ходе подготовки к празднованию 80-летия Келдыша. Уже любезно согласились прочитать юбилейные доклады Ченцов и Логвинович, но это в программе 1-го дня: в музееЖуковского, а 2-й день будет проходить в ЦАГИ: доклады Соболева, Ягольницкого и др. Хотели сначала пригласить прочитать по аэродинамике Кравцова, но Фомин возразил: Кравцов очень путано говорит, сам не понимая о чём. Вот если бы Набиуллин! Но на этом никто не настаивал, догадываясь, что Набиуллин любезно не согласится.

Потом была переаттестация аспирантов: Хандурин (ЭМЗ), Григорьев (Тбилиси), Лейтис (КБ Туполева) – последние двое – Галкина. Педора оказался самым колоритным аспирантом. Его спросили, что он сделал за второй год обучения. Ответ: «Ничего, сдавать спецпредмет совершенно некогда». Но все одобрительно зашумели: «Разрешить перенос экзамена на следующий год!» Тогда секретарь НТС Политов посмотрел в свой журнал и сказал, что такое решение уже было в прошлом году. Всё равно Педору похвалили и отпустили.

Я сидел рядом с Минаевым, и в перерыве шёпотом спросил его: «Куда бы мне девать мои талоны на водку? Набиуллин просит отдать ему». На это Аркаша ответил: «Не давай Набиуллину, он сопьётся. Отдай лучше мне». А вообще Минаев был недоволен тем, что Келдышевскую конференцию хотят растянуть на два дня: «Зачем в такие тяжёлые времена лишние праздники!»

В 16 час пришёл Дорохин посоветоваться о своём докладе с Келдышевскими идеями в нестационарной аэродинамике. У него получился неплохой исторический очерк о соревновании гипотезы стационарности Гроссмана и теории Келдыша. Последний, как сказано в юношеской диссертации Дорохина, оказался прав.

22 ноября 1990 года, четверг.

Вчера Ирина достала большую рыбину для свадьбы (Лилина свадьба – послезавтра), долго простояв в очереди. А ей надо было для заливного 2 штуки. Тогда она сходила домой, взяла из морозильника курицу и, вернувшись в магазин, нашла среди очередников желающего поменять рыбину на курицу. Так у неё стало две рыбины. А очереди в гастрономе, в самом деле, огромные. Это произошло потому, что в Жуковском до сих пор дают по визиткам, а в Раменском и всюду – по талонам. Сегодня Сопов (он член Горсовета) рассказал, что горсовет в ближайшем будущем введёт продажу по паспортам.

Сегодня я уже второй день готовлю исходные данные для расчёта той ракеты, которую нам подкинул Крапивко. Пока я проверил расчётом аэродинамические характеристики – у них всё верно. Потом я сочинил математическую модель всего изделия. Цилиндрическую оболочку я заменил набором пластин – 4 шт. Однако, между пластинами придётся придумать какие-то пружинные связи. В общем, к вечеру у меня заболела голова. Я ещё много лет назад заметил, что от многочасовых вычислений у меня начинает болеть голова.