Чтение онлайн

В 21 час они уехали. Я взял с Ю.А. всего 25 руб – стеснялся. Они решили купить себе по осциллографу, потому что увидели, как это просто – ремонт с помощью осциллографа. Ещё бы! Я всегда так популярно объясняю, что даже старушки понимают.

3 июня 1991, понедельник. Умер Я. М. Пархомовский. Р.16.12.1911.

Десять дней назад он увидел меня в коридоре и пригласил к себе в кабинет поговорить, поинтересовался, как я живу. Я ему дал почитать страницу из этого дневника, где я писал о книге Вайнеров. Он прочитал и тут же решил пойти и купить эту книгу в книжном магазине. Я сам купил 3 экз, имея в виду Эдика из Ленинграда и ещё на всякий случай. Ещё я рассказал ему о кинограмме флаттера, и он ответил, что Попов ему уже рассказал об этом мультфильме, и что он обязательно зайдёт к нам в пристройку посмотреть. Но не успел…

О Пархомовском у меня остался уникальный документ: магнитофонная запись двухчасовой лекции о русской литературе XIXв. Качество записи студийное, в стерео-звучании слышен каждый шорох в зале. Это было записано около 8 лет назад, когда я был ещё активистом общества «Знание». Я тогда носил аппаратуру до 40 кг. Та катушка километровая (больше!) бесценна: на одной стороне Пархомовский, а на другой стороне прощальный концерт в ДК Вики Мулловой.

Соболев принёс отчёт ЛИИ о лётных испытаниях на флаттер Миг-29, авторы: М.Д. Клячко и др, от нас Кузнецов, Осьминин. Он просил сравнить с нашими расчётами 1988г. Критическая скорость флаттера: 1300 км/час, и частота: 8 гц с подвесками, совпадают с нашим расчётом. Но Соболев сомневается насчёт декрементов на скорости, составляющей 70% от флаттерной. На такой скорости крыло обычно достигает наибольшей устойчивости благодаря потоку, а затем при подходе к флаттеру эта устойчивость подходит к нулю. Определяется это декрементом. У них декремент равен =0.35, а у нас 0.10. Так что я попросил Рыбакова задать реальные значения чисел Маха и Струхаля.

4 июня 1991 года, вторник.

У Эдуарда вчера был выпускной бал: одна из его внучек окончила детсад, и поэтому он загулял. Но с тех пор, как он стал ведущим научным сотрудником, он мне не подчиняется, и докладывает о своём невыходе на работу непосредственно Соболеву, как начальнику отдела. Рыбакова сегодня тоже нет, по-видимому, ему поручили организацию поминок Пархомовского. Так что остались я, Света и Валера. Да ещё приехали Ира и Наташа. Всё чаще ко мне за консультацией обращается Алексей Сабанов. Он с помощью КС2 считает Реутовскую ракету. Он вызвал с завода Ю. Ватрухина и Любу Новикову, чтобы разобраться с частотами. У него по сравнению с заводскими частотами лишний тон 8 гц, а у них спектр начинается с 16 гц. Он позвал также меня, чтобы я нашёл у него ошибку, но я так не могу. Это надо разбираться со всем расчётом, а для этого требуется два дня. Это его обязанность! Кроме того, у Ватрухина также есть дело ко мне: он просил согласовать методику, созданную у них в Реутово. Я подписал, но предупредил, что заключение по флаттеру мы будем выдавать только по нашей методике. Так решил Соболев. Так же обстоит дело с Аргоном.

Мачигин из замов по общим вопросам вернулся на ту же работу, от которой ушёл 20 лет назад. Я ему рассказал о вчерашнем отчёте ЛИИ, а он вспомнил, что ещё 20 лет назад измерял декременты при испытании в трубе Т-103. Так что теперь он это возобновит.

Под Лабтамом после многих лет тишины вновь зашумела маслонасосная станция. Несмотря на то, что она находится в подвале, вибрации от неё распространяются по всему зданию.

5 июня 1991 года, среда.

Дочитал 3-й том «Тайный советник вождя». Наконец я понял, что автор в лице (вымышленного) полковника Лукашёва оправдывает и возвеличивает Сталина. Заодно он расставляет по местам остальных деятелей. Например, великий полководец Жуков в Ленинграде вызывал к себе в кабинет командиров и расстреливал их прямо на ковре.

Сегодня снова нас только трое: я, Мосунов и Кузьмина.

Лето! Ах, лето! – так поёт Алла Пугачёва. Дальше я слов не знаю, но уже всё ясно без слов. В этих словах весь смысл песни (хотя это зависит от того, как их спеть) и всего творчества Аллы Пугачёвой. Это звучит по-волшебному. О ней иногда говорят гадости, но я её люблю. Она – чудо! Единственно, что меня пугает, - что она пьёт коньяк. Пьяниц не люблю, – они неуправляемы. И непредсказуемы.

Лето! Ах, лето! Иду вдоль садов по улице Чаплыгина и наслаждаюсь летом. И чувствую счастье. Счастье в том, что это последнее лето, когда надо ещё ходить ежедневно на службу. На следующее лето я уже буду свободен. И счастлив, что я ещё не седой и не лысый, и могу бегать. Значит, смогу воспользоваться свободой лучше, чем в ЦАГИ.

* * *

Сегодня я нашёл в ТВ «Темп» последнюю неисправность: замыкание в кадровой развёртке. На днях придёт покупатель, которого нашёл Гера, и увезёт этот ТВ за 250 руб. Антоша отказался взять 50 руб, а взамен просил провести антенну для бабушкиного телевизора.

6 июня 1991 года, четверг.

Хороший тёплый день.

Утром Евсеев позвал Мосунова помогать устраивать в ДК траурную церемонию похорон Пархомовского. Всегда зовут на помощь не тех, кто по долгу службы должен это делать, а покладистых и безотказных. Так что нас осталось только двое: я да Света, да ещё Мизинова. Но Валера в 15 час с похорон вернулся. У Светы расчёт идёт весь день, а Валера в июне за Чижова: утром включает Лабтам, а вечером выключает. Лабтам снова может работать допоздна, т. к. наконец удалось отменить тот приказ автоматически выключаться в 1730.

Приехала из Ленинграда Наташа Француз, и я с ней передал для Эдика книгу Вайнеров «Петля и камень в траве».

7 июня 1991 года, пятница.

Опустел шахматный клуб: Венедиктов в отпуске, Фаянцев в командировке. Сегодня там трое: Рыбаков играет с Кимом, а Жмурин смотрит. Я подошёл к ним в 750 и своими подсказками помог выиграть Киму три партии подряд, пока не появился Карклэ и не обыграл Кима. Летнее время, народу мало. К дискуссии подошли ещё Агеев, Смирнов и Ульянов, - вот и вся компания. Так что дискуссия получилась жидкой и недолгой (о выступлениях Ельцина, Жириновского и Невзорова).

В 830 позвонил из дома Набиуллин. Его язык заплетается. Я его спрашиваю: «Ты что? С похмелья?» «Не с похмелья, - отвечает он, - а более основательно». Значит, сегодня он не придёт. Он просит телефон Крапивки, чтобы предупредить того не посылать свою дочь в пионерлагерь в Крым. У Эдуарда есть друг из Киева, который конфиденциально ему рассказал, что там, на юге всё заражено от Чернобыля, - жить нельзя. Потому он и напился, а не потому, что жалко Пархомовского. Эдик очень впечатлительный.

Сегодня я решил поработать, как следует. И вот в чёрной тетради я начал новую страницу: «7 июня 91г. Влияние Sh на годограф». Это всё о том же: о декрементах самолёта Миг-29. Я поручал Толику, но он не начинал. Размеры и вес крыла я нашёл в одном из старых отчётов Рыбакова, – они у него все стоят у стенки на столе. Подобрал соответствующее упрощенное крыло. Результаты расчёта оказались плачевными: число Струхаля вместо отодвигания годографа наоборот приближает его к мнимой оси. Если быть честным, то пока мы не объясним эксперимент Клячко, верить в нашу нестационарную аэродинамику нельзя.

По пути в бассейн Саша Чернов рассказал мне, как проходили похороны Пархомовского. Место на Еврейском кладбище в Малаховке стоит 600 руб. Среди провожающих были М.С. Галкин и Г.М. Фомин. Они, как и все мужчины, надели чёрные шапочки (у кого не было, накрыли голову, чем попало). Полагается с покойника сорвать все одежды, но ограничились разуванием. Женщины стояли в стороне.

Я проплыл за сеанс уже ставшие привычными 1600м. На обратном пути из бассейна я присоединился ко всем (все – это 12 человек из всей группы 30, которые в основном так и не ходили) и поехал с ними на автобусе. При этом Жора предупредил меня, что я еду за его счёт, т. к. он вносил 15 руб, а я – нет. Но этих взносов по 15 руб хватило только на 4 поездки, поскольку там оставалось 15х15=225 руб, а поездка – 60.

8 июня 1991 года, суббота.

Снова на полдня приезжал Вадик Винников. Он привёз свой маг «Астра», но в таком плохом состоянии, что я не решился давать ему мои ленты (хотя бывало, 20 катушек давал в Ленинград на полгода). Кое-что я ему сделал. У него звук был совершенно глухой. Я обнаружил, что головка была крепко забита многолетней грязью. Я её трижды промывал спиртом, и только тогда звук стал нормальным. Я сегодня записал ему одну катушку (Вику Муллову), и он уехал.