Чтение онлайн

По инерции я ещё продолжал расчётные исследования колеблющегося крыла в воде, - не для сравнения с той статьёй Гребешкова и Шакарвене (мы с Эдиком гадаем, как они выглядят: наверное, один из них старый экспериментатор, а другой молодой учёный), а для себя. Мы с Эдиком хотим знать, как меняется присоединённая масса жидкости (или газа) для разных удлинений и чисел Струхаля Sh. Мы оба заметили, что заниматься численным экспериментированием приятнее, чем искать результат аналитически.

10 июля 1991 года, среда.

Чем больше что-то исследуешь, тем больше узнаёшь и даже открываешь. Продолжая численный эксперимент с «подводным» крылом и уже не имея цели сравнивать (с ними всё ясно), мы с Эдуардом заинтересовались, как будет изменяться присоединённая масса вокруг колеблющегося крыла при разных и Sh. И уже вчера в конце дня (когда он уже был дома), я увидел, что когда число Струхаля стремится к нулю, то присоединённая масс меняет знак. Этого не должно быть! В шестом часу я попросил Валеру закончить расчёт, а сам пошёл смотреть блиц Минаев-Карклэ. Иногда вместо Карклэ обыграть Минаева пытался Орлов, но он плохо себя ведёт (курит) и поэтому проигрывает.

18-19 – ежедневная поездка на велосипедах на Кратовский пруд. Вода тёплая, но ветерок прохладный, и на пляже пустынно.

Утром я рассказал Эдику, что аэродинамический коэффициент b11 поменял знак, - он был в смятении. «На БЭСМ-6, - сказал он, - этого никогда не было». Присоединённая масса m выражается через b11 так: m = - b2 b11 / Sh2 . После обеда он прирос к терминалу Лабтама и к 15 час уже вычислил присоединённые массы предельным переходом при Sh0. Он пустил в расчёт мой самый сомнительный пример =10, Sh = 0.1, но…! получил, как и я, отрицательную присоединённую массу. А момент возрос в сотни раз! И тут он нашёл физическое толкование этому: число Струхаля стремится к нулю, это значит, скорость обтекания V - к бесконечности, т. к. Sh = b/V. А раз так, то требуется отклонить поток, идущий с огромной скоростью, короче возникают гигантские центробежные силы. Всё верно, но рассчитать точную массу мы так и не смогли.

Начинается дождливая погода, и она будет отдыхом от жары.

11 июля 1991 года, четверг.

Машину Лабтам ещё до 8 час включил Набиуллин, он же её выключит по просьбе Чижова в 1530. И вообще кроме нашего сектора в эти дни никто не считает. Соболев попросил для рекламы в Польше какие-нибудь статьи. Я дал ему три из моих лишних, в основном сверхзвук.

С путёвками на Амур дело обстоит так. Нессонов пишет заявление, и ему обещали скидку 50%. А ещё одна путёвка пока свободна. Звоню Мише Павленко, но он ответил, что пароходные путешествия оставит на свои 70 лет. Звоню Ю.Н. Копылову (его портрет висит у меня над столом как бывшего цаговца, а ныне процветающего бизнесмена). Ему не жалко и трёх тысяч, но ему нужны две путёвки. Тогда звоню ещё одному кооператору Б.Ф. Николаеву. С ним точно такая же история: «Для меня 755 руб не деньги, но мне нужны 2 путёвки». У него новая жена (старая умерла).

Ещё один мой знакомый Толя Осипчук тоже отказался. Ему сейчас не до этого, т. к. у них в квартире произошла авария: с верхнего этажа всю квартиру залило водой, и теперь требуется полный ремонт.

В поисках кандидатуры на лишнюю путёвку я совсем забыл про Иринину подругу журналистку М. К. Лоскутову, а ведь она ещё весной просила достать для неё какую-нибудь путёвку. Ира позвонила ей об этом, и та загорелась надеждой, но последнюю путёвку уже обещали Андреевой для её сестры из Севастополя. Так что приходится с сочувствием смотреть на посторонние страсти.

1820– 1930 – купание в Кратовском пруду. Я ещё ходил на руках.

2130– 2300 – кинофильм «Хищник»-2. Позвал соседку Инну, а она привела своих племянников. Пришли также О. Минаев и М. Жуков.

12 июля 1991 года, пятница.

Утром вернулся кот Кэти с перебитой лапой, - жалко на него смотреть. А Клава каждую ночь охотится и приносит своей дочери Чернушке мышек. В 8 час я позвонил Маркос (она так и свои статьи подписывает), - она вся горит надеждой на путёвку.

Сегодня последний день перед отпуском. Я задумал навести такой порядок на своём рабочем месте, чтобы остались пустые полки и гладкий стол. И я уже близок к этому. Я ликвидировал все старые бумаги и папки. Если что-нибудь представляет интерес в качестве утиля, я уносил это домой. Из инструментов я оставил только ножницы и циркуль, остальное всё отнёс домой. Оставлю также часы на стене.

Наш отдел стал самым богатым. Соболев за свой расчётный комплекс получил из Польши персональный компьютер.

До 10 час Андреева уже получила ответ из Севастополя, что путёвка им не нужна. Тогда я звоню в Москву Маргарите Константиновне. Та в восторге: «Я уже держу 800 руб в кулачке. Когда выкупать путёвку?» Я написал за неё заявление и отнёс Буданцевой. Муж Вали Лимонад вчера оформил заказ на обратные авиабилеты, а квитанции за аванс (28х77р) я перенёс от Вали (она работает в «Учёных записках») Буданцевой. Кое-кто ещё пытается получить профсоюзную скидку. Так, Четверговой Тане уже дали 50%, хлопочет и Лариса Яковлева.

Наверное, нет в мире людей, которые бы не волновались перед отпуском. А кто работает в ЦАГИ – особенно, всё же мы – режимный институт, от звонка до звонка сидим за колючей проволокой.

19-20. На Кратовском пруду пусто. В редких местах на отдалённых берегах видны одинокие купальщики.

13 июля 1991 года, суббота.

Первый день последнего летнего отпуска перед пенсией.

Пасмурно, дождливо и прохладно. Нет конкретного плана на сегодня, и я пока кручу магнитофонные записи: Clifford Brown,1953. Плана нет, но есть задумки: навести порядок в моём хламе. Мой хлам – это тысячи названий, миллион предметов. Уже трудно ориентироваться в поиске той или иной вещи. Не помогает и блокнот «Где что лежит». У меня такая мысль: часть хлама отправить на свалку, тем более, что он и появился в основном оттуда, или по пути туда.

Появился план, возникший из задумок. Итак, я принимаюсь за наведение порядка. Сразу же надо признаться, что если бы я не был барахольщиком, то порядок оставался бы самим собой. Но ничего не исчезает, а только накапливается. В первый день я задумал ревизовать этажерку и полку слева от моего рабочего стола. Две ниши в этажерке и одна полка заняли у меня сутки. Моя квартира похожа на магазин «Сделай сам», набитый некондиционными деталями и материалами. Стоимость хлама, который я переворошил за сутки от 100 до 1000 руб.

Очень много консервных банок, иногда я их запас сокращаю, разрезав на жесть, а жесть легко хранить в компактных пачках. Много пеналов от фотоплёнки (в них можно хранить соль и спички в походе). Полиэтиленовые пакеты разных размеров. Я не выбрасываю даже рваные, т. к. ими можно легко облицевать какие-нибудь книги или коробки (утюгом через кальку). Есть много самодельных приборов: модуль видео-вход, стенды для испытания модуля питания МП-2 и УМ, вольтметры, частотомеры и т.д. Вот, что я заметил: если какое-то дело не закончено, но макет не разобран, то он превращается в предмет для свалки. Таких дел за 6 лет набралось несколько и каждое из них занимает место. Если бы это было в ЦАГИ, то такой макет целиком бы выбросили на свалку. Я же полностью их разбираю на исходные детали: триоды резисторы и т. п. Даже проволочки возвращаются на своё место. И хлорвиниловые трубочки – тоже. Моя задача сохранить жизнеспособность моего хлама, для чего я всё систематизирую и вписываю в красный блокнот «Книга учёта вещей» или «Где что лежит». Я недавно читал в газетах: на Западе погибшего человека разбирают на десятки органов, которые с нетерпением ждут хирурги, чтобы привить больным людям. Вот это действительно память об умершем! Не то, что чопорная глыба мрамора над могилой. Я убеждён, что в будущем исчезнут кладбища, исчезнут и свалки. Отходов не будет. Например, я уговариваю Иру не относить кожуру от картошки на свалку, а удобрять наш садик. Но увы!