Чтение онлайн

Я убеждал себя в том, что все еще наладится. Что сейчас закончится очередная песня, Даша вернется к столику. Я уговорю ее пойти домой - к ней. Там попрошу, чтобы она дала мне то письмо. Я скажу, что это очень важно. Или нет, что это совсем неважно, просто...

Как я оказался в мужском туалете, я не помню. Помню только, как рвал Дашину сумочку на куски. В моих руках появилась невиданная сила. Я сам себе не принадлежал. Словно бы что-то вселилось в меня, что-то огромное и безумно властное.

Я рвал эту проклятую сумочку в клочья, ломал, находящиеся в ней вещи. Все это с грохотом летело в унитаз. А я спускал и спускал воду. Наконец, сток забился окончательно, и вода полилась через край. Кончено.

Я вышел из кабинки.

– Вот видишь, это вовсе не так сложно, как кажется, - высокий, как жердь, незнакомец стоял прямо передо мной, посреди туалета, и приторно улыбался.
– Верь мне, и у тебя все получится. Все относительно, друг мой. Все относительно.

– Оставьте меня! Оставьте!

Хлопнув дверцей туалетной кабинки, я бросился к двери. Прочь, прочь из этого кафельно керамического ада! А он - этот гнусный коричневый тип, все хохотал и хохотал мне вслед, выгибаясь, словно коричневая змея, всем своим длинным тощим телом.

*******

Через пару секунд я был на месте. Даша как раз подходила к столику.

– Пойдем! Пойдем!
– орал я.
– Мы должны уходить! Нам надо отсюда уйти!

– Что с тобой? Ты что, спятил!
– она не понимала, в каком отчаянном положении мы оказались.

– Даша! Мы должны бежать!

– Ты с ума сошел, - процедила она (ненавижу, когда мне это говорят). Ладно, подожди, сейчас возьму свою сумочку...

Даша стала ее искать и, конечно же, не нашла. Помню, как она кричала: "Кто спер сумку, суки?! Кто?!!" Началась потасовка. Дашины приятели стали хватать всех, кто проходил рядом. Завязалась потасовка. В ход пошли пивные бутылки.

Звуки ударов, шум, крики. Паника. Мне еле-еле удалось вытащить Дашу из этого ужаса. Мы оказались на улице.

К этому моменту я уже отдал свой номерок... Мой жетон - "7А". Я отдал свой номерок! Я бы не отдал. Ни за что. Но Дашин со стремительной скоростью двигался сейчас по канализационным трубам. Она не хотела выходить из здания без одежды.

Там холодно! Там холодно!
– кричала она, когда я выпихивал ее в дверь.

Мне пришлось отдать номерок, чтобы одеть Дашу в свою куртку.

Долговязый стоял на выходе из клуба.

– Тесс...
– заговорщицки прошипел он, держа указательный палец у своих губ.

Потом он погрозил мне этим же пальцем - не то укоризненно, не то одобрительно. Отвратительная улыбка.

– Ну, что ты делаешь!
– кричала Даша.
– Ты сломаешь мне руку! Отпусти!

Все понятно. Даша его не видит. Теперь он будет меня преследовать. Неотлучно.

*******

– Парень, ты все делаешь правильно!
– коричневый шел рядом, курил коричневую сигарету и рассуждал, словно сам с собой. Меня бесил этот его покровительственный тон.
– Дружок, ты же физик! Ты должен ко всему относиться с юмором. Что такое "нельзя красть"? Это только условность. Сейчас ты избавился от передатчика - что в этом плохого? Кто дал им право тебя подслушивать?! Они просто зарвались! А ты их урезонил. Молодец!

– Не подлизывайся!
– - огрызнулся я.

– Что?!
– Даша уставилась на меня, как на умалишенного. Ненавижу, когда на меня так смотрят.

– Ничего!

– Ну, не ругайся на девушку, - пожурил меня коричневый и расхохотался.
– Она же меня не видит! Кстати, вот еще что... С чего ты взял, что "нельзя читать чужие письма"? А если в них что-то важное именно для тебя?.. Бог не играет в кости, дружок! Если что-то написано, это нужно прочесть. Какая разница, кому автор адресовал свое письмо? Если это важно для тебя, ты и должен читать. Скажешь, я не прав? Но это же логично! А твои установки - глупые предрассудки! Детский сад!

Мне было, что ему ответить. Но я себя сдерживал. Даша не должна слышать, как я разговариваю с кем-то о ее письме.

Мы зашли в метро. Первый час ночи. Поезда ходят с большими интервалами. На платформе никого. В вестибюле станции гулкая тишина.

– Послушай, я же с тобой совершенно серьезно разговариваю, - коричневый продолжал на меня давить.
– У тебя хороший план. Правда! Тебе просто нужно это письмо. Забери его, и делу конец. Своими предрассудками ты все испортишь!

– Отстань!
– я уже готов был его убить.

– Сам отстань!
– возмутилась Даша.
– Ты совсем спятил?!

– Не кричи на меня!
– она на нервах, я понимаю, но и меня нужно понять.

– Знаешь, что...
– Даша стала на меня наезжать - грубо, резко, отвратительно, как она умеет. Словесный понос.

– Видишь, - коричневый говорил одновременно с ней, - она же просто стерва! Ты уже расплатился с ней за это письмо. Она должна тебе его отдать. Это справедливо! Она хотела секса. Ты занимался с ней сексом. Теперь пусть она отдаст тебе письмо! Скажи ей! Пусть отдаст! Оно ей не принадлежит! Это твое письмо!

Из-за того, что они говорили одновременно, я совершенно потерял самообладание.

Прекрати! Прекрати немедленно! Я тебя убью!
– я бросился на коричневого.

Мы сцепились. Я колотил его изо всех сил, сбил с ног, катал по полу. А он только смеялся и продолжал говорить. У него даже дыхание не сбилось!

– Сам прекрати!
– говорит и хохочет.
– Что ты строишь из себя какую-то цацу! Недотрога! Будь мужчиной, в конце-то концов! Это надо же, вы посмотрите! Он собрался управлять Миром! Да ты же слабак! Слюнтяй! Молокосос! Управлять Миром! Да куда тебе?! Ты - ничтожество! Полное ничтожество! Ты даже не можешь забрать свое письмо! Это же твое письмо! Оно было у тебя, а ты его отдал!

Я душил его, сжимал изо всех сил его пластилиновую шею. Но все без толку. Она прогибалась под моими руками, а коричневому, кажется, было на это наплевать.

– Я тебя убью! Убью! Замолчи! Немедленно замолчи!
– кричал я, не оставляя попыток вынудить его замолчать.

– Смотри, уезжает!
– он показал на поезд.

Двери электрички закрылись, и она тронулась с места. Последнее, что я видел, это перепуганное лицо Даши. Она смотрела на меня испуганными глазами, прижавшись руками к дверному стеклу.