Дневник
Шрифт:
«Но это больная для меня тема, — продолжала она, — мои родители. Наверное, кто-то другой на моём месте и правда хотел бы их найти, но я давно решила, что раз они меня бросили, то и я имею полное право навсегда вычеркнуть их из своей жизни навсегда. Да, это по-детски, но… так было проще. Даже если они, как ты предполагаешь, сделали это не по своей воле. У меня была Сэнди. Она — моя мать, другая мне не нужна».
«Хорошо, Джудс» — сказал я.
«Хорошо» в смысле ты сейчас согласился, но это просто очередная ложь?» — уточнила Джуди, подозрительно прищурившись.
«Нет, я и правда не буду их больше искать, — заверил я, — клянусь».
Джуд грустно рассмеялась и приблизилась, чтобы погладить меня по щеке, за время её отсутствия изрядно покрывшейся колючей щетиной.
«Хотела бы я тебе верить, Итан, — сказала она, — но ты ведь пиздишь на каждом шагу. Ладно, чёрт с тобой. Тебя всё равно не исправить».
«Это верно, — согласился я, — но я стараюсь. Я не хочу уподобляться матери и другим представителям «Незримого мира», которые только и делают, что неустанно лгут».
«Ага, я заметила, как с вами сложно иметь дело» — фыркнула Джуди.
Если бы я не был пьян, то обязательно бы насторожился и расспросил бы её об этом. Кого она имела в виду? Меня, явившегося на её зов, в то измерение? Мелиссу Макбрайд? Или тех двоих колдунов, которых она упоминала вначале? В любом случае, мне жаль, что ей вообще пришлось познакомиться с магами. Я пытался её уберечь — доверчивую, светлую, слишком чистую для гнилого «Незримого мира».
И не только от него. Я не забыл, с кем столкнулся у ворот особняка, и это была вторая причина, кроме исчезновения Джуд, по которой я снова схватился за бутылку.
«Я должен тебе кое в чём признаться, — сказал я, — но это очень серьёзный и неприятный разговор, и если ты к нему не готова…»
У меня в голове сам собой сложился целый список вещей, в которых мне, по-хорошему, стоило бы покаяться, но к этому не готов был уже я. Да и начинать стоило с наиболее актуальных проблем, с остальными мы как-нибудь разберёмся потом.
«Говори уже».
«Когда мама заболела раком, я очень хотел её исцелить и связался с одним существом, которое обещало, что поможет мне это сделать. Мы заключили сделку, но я не могу рассказать тебе в подробностях о её условиях, это против правил. У меня и так… проблемы с этим созданием, и, кажется, оно нехило так на меня взъелось. Контракт нельзя расторгнуть и я не знаю, как от него теперь избавиться. Оно не может попасть в особняк, но рыщет вокруг… Поэтому я и не хотел, чтобы ты покидала дом. И ты должна вернуться в свой мир. Я не хочу, чтобы оно добралось до тебя».
«Срань господня» — лаконично изрекла Джуд.
Я слабо улыбнулся, ощутив заметное облегчение от того, что снял со своей души этот груз. Два дня я пил и думал, как облачить всё это в слова. На радостях я даже слегка протрезвел. Я ожидал, что сейчас Джуди начнёт кричать или снова меня ударит, отказываясь куда-либо уходить, но ей удалось меня удивить.
«Её зовут Камила, верно?» — спросила она с таким выражением, будто её абсолютно не тронуло услышанное. Более того — оно было для неё очевидно.
«Откуда ты знаешь?!» — воскликнул я. Я сразу испугался, что она читала дневник, но ответ был куда хуже:
«Она притащилась за тобой в мой мир, — поведала Джуди, — и ты сказал мне почти тоже самое, ну… за исключением причины, почему ты с ней связался. Из-за матери… боже, Итан!»
В следующее мгновение она бросилась мне на шею, обняла и пылко поцеловала, окончательно сбив с толку. Временами я чувствую себя абсолютно беспомощным перед её импульсивностью. Почему она не злится, хотя должна?
«Я всегда знала, что за твоей мудаческой сущностью скрывается доброе сердце» — выдала Джуд. Это заявление вызвало у меня нервный смешок. Ну да, ну да. И какие-то там благородные порывы, про которые мне когда-то сказала тварь.
Новость о том, что Камила каким-то образом очутилась в реальности Джуди, неслабо меня взбодрила.
«Подожди, — опомнился я, — но как это возможно? Она говорила мне, что две версии одного и того же существа не могут находиться в одном измерении, а в твоём мире она уже была…»
«Была? О чём ты?» — теперь растерялась уже Джуд.
«Ну да, — подтвердил я и принялся размышлять вслух, — до меня эта тварь прислуживала Верховной Юга, матери Мелиссы, но лет… не помню, когда это было, Аманда нарушила условия соглашения и монстр её убил. В твоём измерении всё шло по другому сценарию? О, Господи! Неужели старшая Макбрайд смогла от неё избавиться? Она жива? Как ей это удалось? Выходит, это реально?»
Моё ликование быстро сошло на нет, когда я заметил, как помрачнела Джуди.
«Нет, — возразила она, — Мэл сказала, что оно… он её убил».
От мысли, что по измерению Джуди разгуливает не одна Камила, а целых две, у меня по спине пробежала стайка мурашек. Выходит, здесь она в меньшей опасности, нежели дома. Страшно представить, чем занимается брошенная на произвол судьбы тень, после того, как я сгинул, но куда хуже, что будет, если она встретит другую свою версию, и они начнут действовать сообща. Возможно, учитывая её, как она меня заверяла «иную природу», правило гомеостаза над ней не властно.
Их двое! О, ужас! Мне резко расхотелось отправлять Джуд туда. Разве что только… пойти с ней. И что? Приволочь на хвосте уже третью Камилу?
Я беспомощно застонал.
«Эй, эй, — Джуди успокаивающе сжала моё плечо, — должно же быть какое-то решение?»
«Пока мне не удалось его найти, — пожаловался я, — вернее, я собирался заманить её в один пустой мир и помериться силами, но, судя по тому, что ты здесь — нихера у меня не получилось».
«О, так выходит, ты должен был погибнуть, пытаясь победить чудовище? — подметила Джуд с лукавой улыбкой, — воистину рыцарский поступок».
«Идиотский поступок, — буркнул я, точно не разделяя её воодушевления, — я заварил эту кашу и обязан её расхлебывать. Это, между прочим, до сих пор актуально! Она здесь. Но… Быть может, из-за того, что я никуда не пошёл и будущее изменилось, она не попадёт в твой мир? Тогда там будет хотя бы одна, а не две, и тебе…»
«Нет, — перебила Джуди, — я не собираюсь это проверять. Прекрати уже указывать мне на дверь! Давай лучше подумаем, как от неё избавиться. Тогда в этом мире их будет ровно ноль и я смогу остаться. Что скажешь?»