Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Дневники 1932-1947 гг

Бронтман Лазарь Константинович

Шрифт:

Ух! Кажется, всё. Есть еще люди, приватно упражняющиеся в газете, скажем, кинооператор Римка Кармен ("Известия"), поэт майор Женя Долматовский ("КП").

В первый же вечер Долматовский затащил к себе, заставил рассказывать московские новости. Я ему сказало том, что 3 февраля будет пленум Союза Писателей, что ответ.секретарь будет Поликарпов из радиокомитета (а на его месте - Пузин, зав. отделом печати ЦК), а президентом Ник. Тихонов вместо Алексея Толстого. О том, что повесть Зощенко "Перед заходом солнца" признана антихудожественной и пошлой, а невышедший в свет сборник стихов Асеева клеветническим. Он был весьма оживлен этими известиями, ругал писателей и в заключение сообщил две эпиграммы-экспромта. Первый экспромт откликается на мрачную трагедию, происшедшую в Мозыре. Три командира заняли одну комнатку. Ночевали. Двое ночью оказали честь благосклонности двух девиц, а третий писал срочную статью в газету. Экспромт:

Только честный скрип пера

Спас его от триппера.

Второе произведение посвящено Непомнящему, который без устали рассказывает всем о своей московской невесте. Женя написал:

Как о далеком, погибающем

Торпедированном корабле,

Вспомните о Непомнящем,

Тонущем на земле.

И тут же продал это четверостишье за 10 литров бензина Непомнящему. Совсем, как "наемник капитала" в "Золотом теленке" продал рассказ Остапа Бендера о смерти вечного жида представителю европейской свободомыслящей газеты. Как известно, тот передал рассказ в свою редакцию. Так поступил и Непомнящий. Он послал свою покупку своей девушке с там же Долматовским, уехавшим в эту ночь в Москву.

По дороге из Москвы я, шутя, говорил Левке, что где-нибудь около искомого села мы обязательно встретим на дороге машину секретаря Военного Совета фронта майора Владимира Алешина. Сейчас он уже не секретарь, а нач. отдела информации ПУ. Произошло это формально потому, что он женил я на подавальщице столовой Военного Совета. И впрямь - уезжая и приезжая сюда, я всегда встречал его машину. В день приезда я не встретил его, но на следующий день действительно встретил на дороге в машине, и он, как обычно, за рулем.

Сегодня, к слову говоря, у нас с ним (Хватом) был длинный разговор (в который уже раз!!) о литературе. Как и многие, он крайне неудовлетворен оной и ругает наших писателей на все корки. Ругает зло, справедливо и остроумно.

–  Многие из них, - говорит он, - написав первую сносную вещь заболевают неизлечимой болезнью - гонорареей и всю последующую жизнь лечат ее переизданиями.

Забавно видеть и наблюдать человека, долго оторванного от войны, хотя и обладающего очень высокой, профессионально-мгновенной хваткой. Левка задает самые наивные вопросы, особенно касающиеся общевойсковых, а не воздушных тем. На здешних корр-ов он произвел впечатление матерого тыловика, т.к. не знал, что такое коничка, планетарка, первичный валик и т.д.

Гигантское впечатление на всех произвел прорыв наших войск под Ленинградом. Об этом говорят все - и военные, и крестьяне. Здесь пока тихо. Но сегодня приехал из Речицы Виктор Кинеловский и сказал, что сегодня с 10 до 2 там была слышна яростная артподготовка, примерно на северо-западе, западнее Жлобина к Бобруйску.

–  Чья - наша или немца - там не знают.

Хочу записать. Перед отъездом из Москвы у меня была жена командира стратостата "Осоавиахим" - Лидия Борисовна Федосеенко. Он погиб 30 января 1934 года, поднявшись на 22 000 м. Я ожидал, что с поминальной статьей придет пожилая мадам, а пришла очаровательная молодая женщина, в каракулевом манто, раньше она была авиатехником, а сейчас работает бухгалтером в ВВС.

Официальная версия причин гибели гласила: стратостат был рассчитан на 19000 м., они поднялись выше, перерасходовали балласт и грохнулись при спуске. Федосеенко утверждает категорически, что экипаж имел две серии чертежей: на 19000 и на 22000. Строили на 22000, а приемочной комиссии (под председательством Прокофьева) показывали на 19000, дабы не запретили.

Очень любопытно!

2 февраля.

Сегодня вечером пронесся слух, что у нас где-то началось. Где и что неизвестно. Завтра будем знать. Вечером смотались в штаб, но и там ничего не узнали.

Погода окончательно испортилась. Когда мы приехали сюда - везде были ледяные лужи. По выходе на улица сразу сапоги размокали. Потом немного подморозило, а сегодня с утра опять дождь, снеговая слякоть и ледяная каша.

У всех разговоры - о сессии Верховного Совета. Еще в Москве шла тьма разговоров о повестке, все гадали. Тут все обсуждают и гадают - что могло быть в докладе Молотова.

В офицерских кругах ходят две международных анекдота, вызванных, видимо, "слухами из Каира" (Черчилли, Рузвельты, вилками на воде и "что тебе одного мало"). К слову, два неплохих анекдота рассказал Денисов:

1. Девушка просит негра подвести ее на велосипеде в соседний пункт. Садится на перекладину, едет. На полдороге: "Мисс, не могу вести дальше, велосипед дамский."

2. Два приятеля умирают. Один попадает в рай, другой в ад. Первый просыпается, хочет выпить - опохмелиться: одни кисельные берега и реки молочные. Идет к аду. Видит, сидит на троне приятель, на коленях восхитительная обнаженная дева, в руках кружка и черт льет водку. Зависть!

–  Милый, она без дырки, а кружка с дыркой.

3 февраля.

Бомба: окружено 10 немецких дивизий в районе Канева и смыкание войск 1 и 2 украинских фронтов. Почему я не там!!

Хвату в городе в семье одного сапожника рассказали, как у жены одного командира умерла одна дочь и родилась вторая - от немца. Он приехал в освобожденный Гомель и застрелил жену.

–  Будут его судить? - спросили Хвата. - Немецких детей всех будут убивать, это ясно. А вот тех женщин, которые жили с немцами, наверное, посадят?

Мокреть, дождь, продолжаются. Сыграли в пульку: Хват, Киселев, Стор и я.

4 февраля.

Новостей нет. Мокреть. Летал вечером немец, стреляли, прожектора, шел низко, ушел.

Два анекдота - отзвук военного положения в Москве.

1. Почему все женщины в Москве носят черное трико? - Есть приказ затемнять все места общественного пользования.

2. По карнизу Моссовета ходит человек. - Петров, что вы там ходите? Я лунатик! - Сумасшедший, почему же вы ходите днем?! - У меня нет ночного пропуска...

И загадка: что такое верх шума? Совокупляться со скелетом на железной крыше.

Экая чушь!! А все смеются и довольны..

6 февраля.

Вчера и сегодня - дни больших визитов.

Вчера:

Будучи в штабе, я позвонил адъютанту Члена Военного Совета генерал-майора Телегина (подполковник Майстренко) и спросил -как бы повидаться с Телегиным.

–  Приезжайте сейчас. К нему приедет Кнорринг, фотокорр. "Красной Звезды". Будете вместе. Он Вам не помешает?

Приехал. Следом подъехал Кнорринг и фотограф "Фронтовой иллюстрации" Виктор Кинеловский. Вошли. Телегин принял очень радушно. Ребята сказали, что хотели бы снять его вместе с Рокоссовским. Он созвонился с ним, уговорил его и тут же предложил следовать за ним.

Поделиться с друзьями: