Чтение онлайн

Туда, где фрицам в конце концов удавалось сбить нашу оборону по берегу реки, тут же подтягивались их саперные подразделения, которые наводили переправу - укрепляли дно гатью, клали новый настил на сожженный мост, а то и наводили понтонную переправу - переправляться через реки немцы, оказывается, умели очень даже неплохо, даже через Щару они навели переправу за шесть часов. Так что река никак не была непреодолимым препятствием для немцев, она могла служить разве что неплохим противотанковым рвом, но от пехоты не защищала, особенно если она наступала под прикрытием сильного артиллерийского и танкового огня - бродов и мелких мест хватало, а где их не было - там уж приходилось ждать, когда подтянутся саперы со своим оборудованием.

Причем, напомню, что фрицы наступали на превосходящие силы советских войск - против двух танковых, одной мотопехотных и двух пехотных дивизий вермахта, уже измотанных предыдущими боями, под Слонимом действовали три стрелковые, две мотострелковые и четыре танковые дивизии. Пусть еще больше измотанные, но уже понюхавшие пороха, обороняющиеся и злые.

Советские войска также широко применяли заграждения на дорогах, приспосабливая для этого даже неисправные автомашины и танки. Для прикрытия таких заграждений оставлялись небольшие группы с ручным оружием и иногда с отдельными противотанковыми орудиями (РИ).

Голубев же, слепив из этих соединений более-менее прочную оборону и постоянно пополняя ее новыми подразделениями из отступающих, продолжал вытягивать на восток свою армию. Удержав шоссе, он начал приводить в порядок движение по нему. Из немногочисленных оставшихся зениток через каждые три-пять километров, на открытых местах, были организованы кусты ПВО, в которых находились по одной-две зенитки артиллерийских калибров, несколько пулеметов, подготовленных для стрельбы по низколетящим целям и даже команды бойцов с самозарядными винтовками - главное - не дать фрицам обстреливать дорогу на бреющем полете. То же делали и для защиты мостов, переправ. Специально выделенные команды наблюдателей успевали за две-три минуты предупредить о приближении самолетов. В итоге, несмотря на постоянные налеты вражеской авиации, потери в людях были умеренными, в основном доставалось технике, которая не могла быстро съехать с шоссе. Да и немцы в эти дни еще не могли обеспечить постоянное давление с воздуха - слишком много было заявок от частей, старавшихся продраться через позиции и рубежи советских войск (в РИ серьезные налеты начались с 28го июня; а АИ, в связи с менее успешными для них боевыми действиями это могло произойти еще позднее).

Вдоль шоссе и проселочных дорог, идущих параллельно ему, было организовано полсотни автотранспортных колонн в десять-двадцать грузовиков, которые непрерывно подбрасывали отступающую пехоту и гражданских на двадцать-тридцать километров на восток, к сортировочным пунктам, где из военнослужащих формировали подразделения, а гражданских и раненных отправляли дальше. Специальные команды, расставленные вдоль шоссе, сгребали на обочину технику, разбитую при налетах немецкой авиации, засыпали воронки от бомб. На переправах организовали такие же специальные команды, которые восстанавливали мосты и понтоны после налетов вражеской авиации, а трактора помогали перетаскивать транспорт и технику через броды - непрерывность движения по дорогам была для Голубева не менее важной задачей, чем их удержание (в РИ подобное было в ограниченных масштабах и как правило на добровольных началах - если находился инициативный командир; здесь же, лишенное необходимости организовывать прорыв на восток через немецкие заслоны у Слонима и Зельвы, командование вполне могло озаботиться подобными моментами).

И снова - в уставе и на этот счет уже было подумано:

"427. Организуя отход, необходимо принять меры к отражению нападений авиации и подвижных частей противника.

Для этого надлежит: заблаговременно произвести перегруппировку зенитной артиллерии и пулеметов, усилить противовоздушную оборону теснин на путях отхода, не допускать скоплений войск, артиллерии, обозов в открытых районах. ...

Планомерность отхода облегчается отсутствием задержек в пути, для чего необходимо своевременно принять меры по очищению тыловых путей."

Укреплялась и оборона шоссе. Танки, которые уже не могли выдержать длительный путь, устанавливались в качестве неподвижных огневых точек, с минимальным количеством топлива, чтобы могли несколько раз сманеврировать на сотню-другую метров, а в случае возможности - отойти на следующий оборонительный рубеж.

Причем действия командующего уже не проводились вслепую - он более-менее представлял, где и что происходит. Согласно положению полевого устава

"18. Успешное управление боем требует постоянного боевого обеспечения войск. Бдительное охранение и непрерывная разведка предохраняют войска от внезапных нападений наземного и воздушного врага и обеспечивают им постоянную осведомленность о местонахождении, группировке и намерениях противника.",

Голубев уделил много внимания и разведке. При практически полном отсутствии авиации он смог организовать эффективную разведку с помощью конных дозоров. Использовались как конные подразделения стрелковых дивизий, так и подразделения 36й кавдивизии. При появлении противника в назначенных для дозора участках те, в зависимости от расстояния, сообщали по рации, сигнализировали ракетницами или отправляли посыльных. Неожиданность появления крупных немецких сил на каком-либо участке резко снизилась, а у нас, наоборот, появилась возможность быстро перекинуть маневренные группы, состоящие из танков и пехоты на автомобилях, а то и в виде танкового десанта, которые и притормаживали обнаруженные разведкой немецкие части.

И связь не осталась без внимания, причем в том числе и проводная - устоявшийся на пару дней фронт позволил применить ее в ограниченных количествах - вдоль путей отхода, где ее можно было держать под охраной проходящих частей от диверсионных групп противника.

Аппаратуры, в принципе, хватало. По штатам в стрелковой дивизии должно было быть 149 радиостанций - по 24 в каждом стрелковом полку, 64 в артполку, 6 в зенитном дивизионе 37-мм орудий, 4 - в батарее 76-мм зенитных орудий, 3 - во взводе связи. По факту их было меньше - укомплектованность составляла 60-70%. Тут еще накладывалась нехватка связистов. Но все-равно, в дивизиях было примерно полсотни работающих радиостанций. И - опять же берем устав и читаем:

"421. Основой системы связи в подвижной обороне является ось связи войскового соединения на всю глубину полосы обороны с пунктами сбора донесений (ПС) на оси.

В подвижной обороне широко используются радио, подвижные средства, и сигнализация. Применение проволочных средств ограничено.

Для своевременной подготовки связи на последующих рубежах обороны резервы связи эшелонируются. Резервы должны быть сильными и подвижными. На осевом направлении необходимо наличие подвижных подразделений для свертывания линий оси и в то же время для прокладки новых в глубину.

Пункты сбора донесений (ПС) развертываются в районах, намеченных для КП, и несут свою службу на последовательно обороняемых рубежах до отхода подчиненных штабов (КП) на новый рубеж.

Начальный ПС устанавливается в районе штаба (КП) соединения (части) на первом рубеже обороны. Одновременно ПС развертывается на очередном рубеже.

ПС отходит скачками.

ПС, кроме подвижных средств, может иметь радиостанцию, средства сигнализации."

Так что Голубев практически ничего не выдумывал, действовал по уставу. Тут главное было то, что он действовал. Да и устав оказался вполне подходящим инструментом если не на все, то на многие случаи жизни. Хотя лично мне как-то больше нравился предыдущий - временный полевой устав-36, чем полевой устав-39. В первом как-то более понятно было прописано - что именно требуется делать. Так, в ВПУ-36 про боевое охранение говорилось четко:

"234. Перед оборонительной полосой выставляется непосредственное боевое охранение. Задача боевого охранения - ..."

А в ПУ-39 фразы про то, что оно выставляется - переделаны в то, из чего состоит оборона:

"371. Развитая оборона на нормальном фронте состоит:

...

б) из позиции боевого охранения, выдвигаемой вперед на 1--3 км от переднего края основной полосы обороны;

...

376. Позиция боевого охранения служит для предупреждения от внезапного нападения противника, затрудняя ему ведение наземной разведки, и для введения его в заблуждение относительно действительного положения переднего края"