Чтение онлайн

Рассеченная надвое 108я стрелковая дивизия получила разрешение на отвод тылов в Волму, к востоку от Минска, где был оборудован довольно прочный противотанковый узел, имелась артиллерия, в том числе зенитная, а также небольшое количество снарядов. Под прикрытием батарейцев и бойцов с бутылками с бензином, имея в голове и хвосте танки и танкетки, колонна на большой скорости рванула вперед (РИ, только так отходил штаб 44го ск; в АИ корпус рассечен, но еще не полностью окружен).

На немцев тут же начали давить пехотные части, перебрасывавшиеся к Минску с запада по железной и автомобильным дорогам. 12я танковая вермахта, начав окружение, сама сражалась в полуокружении. Исход был неясен. К тому же восточнее Минска находилась 161я сд из 2го ск и, хотя ее часть воевала к северу от города с 7й танковой, в резерве оставалось еще немало сил.

Исход битвы решила нехватка снарядов. Как докладывал командир 44го ск - "подвоза с тыла совершенно не было. Посланные командиром 64-й стрелковой дивизии 15 машин за снарядами в Минск... не возвратились. Особенно острый недостаток сказывался в снарядах 152-мм артиллерии и совершенно отсутствовали гаубичные снаряды 122-мм..." Поэтому и 20я танковая дивизия, весь день 28го июня пытавшаяся пробиться через Минский УР, к вечеру все-таки проломила в двух местах оборону советских войск и устремилась к городу. Но потери в дивизии тоже были тяжелые - как отмечали сами немцы, "20-я тд вела в течение всего дня ожесточенные бои за ДОТы и понесла при этом большие потери. Погиб командир полка, еще 8 офицеров, ранен командир артиллерийского полка". Всего же прорыв позиций 64й сд обошелся немцам примерно в триста танков и бронемашин (РИ).

Утром 29го бои за Минск завершились. 2й ск - 100я и 161я сд - отошел на восток и занял оборону за рекой Волма - к этому времени в корпусе практически отсутствовали боеприпасы, горючее, продовольствие, не было транспорта и корпусных госпиталей. 44му ск сначала было приказано сражаться в окружении - с запада ожидался подход 3й армии, выходившей из белостокского выступа. Согласно планам советского командования - "части 3-й армии собираются в районе Столбцы и будут выведены в район Минска, Ратомка; 6-й механизированный корпус выводится через Столбцы, Пуховичи для последующего удара по тылам противника". Но немцы все сильнее сдавливали горловину выхода с северной стороны - передовой отряд 5й пехотной дивизии занял деревню Короли, находившуюся с юга от Немана в 15 км на восток от Мостов, переправился через Щару и занял господствующую высоту - дорога от Мостов на восток оказалась под огневым воздействием противника. 35я пехотная дивизия прошла еще глубже на юг, заняв Дятлово - а это уже 60 км на восток от Мостов, хотя и на той же линии. Но от Дятлово до Новогрудка - конечной цели выхода 3й армии - было уже 30 км, причем на северо-северо-восток - то есть прямой путь был перерезан (все - РИ). Поэтому командование, получив данные об этих продвижениях немецких войск, еще больше сместило на юг маршруты движения частей 3й армии - присутствовавший здесь уже несколько дней для координации между 3й и 10й армиями заместитель Народного комиссара обороны Г.И. Кулик совместно с заместителем командующего фронтом генералом И.В. Болдиным и командармом-10 Голубевым смогли-таки наладить это самое взаимодействие - где радиостанциями, где посыльными на самолетах У-2, бронеавтомобилях, мотоциклах, а то и вообще конными посыльными - секрет заключался в дублировании передач сообщений - не одним, так другим путем они доставлялись до адресатов (АИ; в РИ штаб Голубева потерял связь после того, как переместился 28го июня из-под Волковыска дальше на восток; в АИ ситуация более стабильна - удобные пути отхода еще не перерезаны). Смысла сидеть 44му корпусу в окружении уже не было, по-крайней мере в его северном крыле. Но и прорваться сквозь боевые порядки немецких танковых дивизий было непростой задачей.

ГЛАВА 25.

В полутора сотнях километров на запад от Минска, под Лидой, действовала 13я армия, в которую уже с началом войны включили 21й стрелковый корпус. Он состоял из 17й, 24й и 37й стрелковых дивизий, к которым прибивались отходившие части. Армии также были переданы 50я стрелковая дивизия и 8я птарб - противотанковая артбригада, в которой было 18 пушек калибра 107 мм и 24 - 76 мм. Эти бригады стали формировать перед самой войной. В 13й армии были даже танки помимо тех, что были в стрелковых дивизиях - 8 КВ сгрузили с эшелона, отходящие с запада части дали еще 15 Т-34 и 14 Т-26. 24го эту 13ю армию предполагалось использовать для помощи в контрударе под Гродно, но при выдвижении на запад она столкнулась с передовыми отрядами 57го моторизованного корпуса и затем отошла за Дитву, проходившую с севера на юг в 15 километрах западнее Лиды и впадавшей в Неман - за два следующих дня немцы потеряли на этом рубеже около 60 танков.

Да и первые столкновения с немцами были на редкость удачны. Так, на рассвете 25го июня передовое охранение 24-й стрелковой дивизии развернулось на восточном берегу рек Клева и Гавья, где и произошла встреча с головными отрядами 19-й танковой дивизии 57го мк вермахта. Части генерала Галицкого, своевременно заняв оборону на 18-километровом участке, встретили неожиданным огнем подходившую по дороге из Ошмян мотомеханизированную колонну противника, заставив ее развернуться и вступить в бой. Враг не выдержал сильного артиллерийского и пулеметного обстрела и отошел, оставив на дороге около трех десятков подбитых танков и бронемашин и до 50 автомобилей. В числе трофеев оказалось и свыше 40 исправных мотоциклов с колясками и пулеметами, которые были распределены между взводами пешей разведки полков (РИ).

В дальнейшем командование поставило задачу ударить немецким танковым дивизиям во фланг, но тот самый 57й моторизованный корпус так и не позволил этого сделать. В предыдущие дни он медленно продвигался через плохие дороги, а взорванные и сожженные мосты заставляли искать пути обхода. Но из-за этого промедления он удачно вышел к Лиде непосредственно перед контрударом советских войск. Еще днем 25го немцы заняли Воложин - город в 80 километрах на северо-восток-восток от Лиды и в 70 километрах на северо-запад-запад от Минска. То есть по сути немцы уже обошли 13ю армию с северо-востока. Ее 50я сд была сбита с позиций в районе Молодечно - городе в 30 км на северо-восток от Воложина. Дивизия начала откатываться на восток - к Плещеницам, расположенным в 60 км на восток от Молодечно и 55 км на северо-северо-восток от Минска.

Севернее, у Ошмян, действовали остатки 5й танковой дивизии РККА, до того уже понесшая потери в боях в Литве - под Алитусом и Вильнюсом - и они снова атаковали фрицев. Немцы с большими потерями отбили эту атаку (РИ). Как докладывали наши танкисты: "Командиром 9 тп был сформирован отряд под командой капитана Новикова, в состав которого вошли 4 БТ-7, 6 БА-10. В 6.30 25.6 отряд, достигнув восточной окраины Ошмян и установив движение колонны танков и мотопехоты противника, атаковал его с тыла. Противник частью был уничтожен, частью рассеян. Капитаном Новиковым в этом бою была захвачена легковая автомашина с документами одного немецкого офицера. Документы доставлены в штаб ЗапФ."

Несмотря на это, армия уже оказалась разорвана. Наши все-равно пошли в наступление, без 50й дивизии, но оно пришлось не на тылы 39го моторизованного, а на передовые части 57го. Контратаки приостановили немецкое наступление, но 21й стрелковый корпус был замечен немецкой авиацией, которая стала наносить по нему удары с воздуха, а на следующий день к городу уже подошла 161я пехотная дивизия вермахта, которая начиная с 26го июня повела наступление на город. К вечеру с нашей стороны в борьбу вступил бронепоезд N44, который под огнем смог эвакуировать несколько составов с боеприпасами, в том числе - на юг, в направлении Баранович (РИ). Хотя сами Барановичи уже были заняты (АИ, в РИ - вечером 27го), но эти боеприпасы очень пригодились нашим войскам, отступавшим из белостокского выступа. Сам же бронепоезд позднее пробился на восток через уже занятый немцами Молодечно (РИ). А вот эшелоны с танками, направлявшимися перед самой войной на запад для переформирования мехкорпусов, удалось разгрузить далеко не все - с платформ было снято несколько КВ, остальные же несколько десятков танков так и остались на путях (РИ).

К утру 27го нас выбили из Лиды. Но севернее корпус выпустил на поле боя танки КВ, которые позволили нашим войскам продвинуться вперед на 10 километров и занять Трабы (РИ). Успех небольшой, но он показывал, что немцев можно бить - именно из таких локальных побед и складывалась вера в нашу окончательную победу несмотря ни на что. Как отмечал Гот: "19-й танковой дивизии, совершавшей 25 июня марш через Вороново, Трабы на Минск, пришлось прокладывать себе дорогу через массы войск противника, отрезанные 18-й моторизованной дивизией и теперь пытавшиеся пробраться через Сурвилишки. Правый фланг 19-й дивизии, где находился командир корпуса, постоянно подвергался атакам противника при поддержке 50-тонных танков. Поэтому дивизия была вынуждена из длинной походной колонны развернуться фронтом на юг. До 28 июня она отражала атаки противника с южного направления..."

Но затем немцам на помощь 19й танковой пришла 18я мотопехотная дивизия - все возможности для продолжения нашего наступления были исчерпаны. А к вечеру стало известно, что корпус уже окружен с трех сторон, и он начал готовиться к отходу на юго-восток - на старую границу. И в этой обстановке после занятия немцами Минска Павлов отдает корпусу приказ на новый контрудар - он все еще надеялся вернуть Минск, хотя лучше бы было вытаскивать войска из нового - уже Новогрудского - мешка (в РИ это был уже почти что котел - танки 47го моторизованного корпуса, точнее - его 17й танковой дивизии - стояли 28го июня в тридцати километрах к юго-западу от Минска - у них закончилось горючее, хотя и 29го он не был плотно замкнут - части 18й и 20й немецких танковых дивизий 2й и 3й танковых групп не распознали друг друга и вступили в перестрелку, 18я "обиделась" и рванула дальше на восток - к Борисову (хотя его должен был брать Гот), а 17я тд все еще держала южный фас Новогрудского котла и в ее обороне были многочисленные прорехи, так как пехотные и моторизованные дивизии вермахта все еще пытались удержать наши части, прорывающиеся из Белостокского котла, так что советские части еще спокойно отходили из Минска длинными колоннами; в АИ все эти немецкие части еще пытаются пробиться у Слонима - 195 км к юго-западу от Минска).

Итак, 21й ск двинулся на восток. Отходящие 37-я и 24-я стрелковые дивизии, 8-я противотанковая бригада вышли к реке Березина у местечка Бакшты ранним утром 29 июня. Обмелевшая летом речка не представляла трудностей для форсирования вброд пехотой, но для техники имелся всего один мост у села Бакшты. На переправе скопились крупные массы войск, представлявшие собой лакомую цель для авиации. С 5.00 утра до самого вечера скопление людей и техники подвергалось жестоким ударам с воздуха. Часть техники все же удалось перетащить через реку по бродам на буксире тракторов и автомашин. Немало оставшихся в строю машин и орудий было переправлено в течение последующей ночи. Но путь дальше на восток был закрыт, а вечером 28го Командарму-10 Голубеву удалось установить связь с 13й армией и согласовать свои действия - 13я армия стала поворачивать на юг (в РИ часть подразделений строила оборонительные сооружения, часть шла на юг, часть пыталась пробиться на север и восток - в журнале боевых действий 3-й танковой группы 29 июня отмечалось: "Отдельные ожесточенные контратаки, по большей части силами танков. Напротив фронта LVII АК противник строит оборонительные позиции. Наши дивизии в течение многих дней подвергались атакам с юга, востока, юго-востока и севера. Все атаки были отбиты, врагу нанесены тяжелые потери, ни одному русскому не удалось пройти через позиции танковой группы. Взято 20000 пленных и перебежчиков (что касается последних, то 600 человек сдалось после огневого налета одной батареи реактивных минометов)").