Чтение онлайн

Мы крадёмся по коридору. В темноте не видно, кто из мальчишек на какой кровати устроился. Мы наугад выбираем себе «жертв». И что бы вы подумали? Конечно! Мне достаётся Литвинов. Он спит на спине, закинув руку поверх головы. Крепко спит, убеждаюсь я, потрогав его за кончик носа. Даже не шелохнулся. Начинаю аккуратно выдавливать зубную пасту и украшать его лицо завитушками и кренделями. Он морщится, как будто чувствует что-то. Замираю. Продолжает спать. Рисую ему на лбу сердечко… Не знаю зачем.

Утром меня будит луч солнечного света, пробившийся прямо ко мне на лицо сквозь допотопные портьеры, которыми занавешены окна базы. Слышу какой-то шум под окном. Чей-то заливистый смех. И командный голос Литвинова:

— Левее, Костян! Шагай левее!

Выглядываю в окно и вижу, как на выпавшем за ночь плотном белоснежном покрывале Костик что-то пишет «ногами». Поворачиваю голову, стараясь разобрать загадочную надпись.

Там написано: «МЫ ЛУЧШИЕ».

4 курс, май

Музыка шарашит по мозгам. Вспышки света разноцветными концентрическими кругами расходятся в полутьме помещения.

На танцполе извиваются потные полуголые тела.

Бармен, симпатичный парень с волосами, стянутыми в забавный хвост на макушке, ставит перед нами два гранёных стакана с самбукой.

— С вас тыща двести.

— Я плачу, — останавливает меня Иринка, выуживая из недр своей сумочки кредитку. — Поджигайте, мы готовы! — командует.

Пламя взмывается над гладью налитого в бокал напитка, невольно завораживая своей синевой. Бармен ловко накрывает самбуку салфеткой, переворачивает и подаёт мне. Чокаюсь с Иринкой, получившей точно такой же коктейль, и залпом выпиваю. Несколько секунд катаю на языке кофейное зёрнышко. Раскусываю.

Иринка рассталась со своим Павликом, и теперь моя боевая подруга снова со мной. Как говорится: и в горе, и в радости, и в лекционной аудитории, и за барной стойкой ночного клуба.

Не могу сказать, чтоб я сильно расстроилась их расставанию. Выслушать, конечно, пришлось. Какой Павлик оказался мудак. Как он мог. Как посмел. Почему это происходит именно с ней. Бла-бла-бла…

А я говорила!

Какие-то парни в обтягивающих футболках подсаживаются за барную стойку позади Иринки. Вижу татуированный бицепс одного из них. Незажжённая сигарета зажата в пальцах. Жестикулирует ею, подзывая бармена. Что-то заказывает. После чего оглядывается по сторонам и замечает нас. Трогает Иринку за плечо, она оборачивается. Говорит ей что-то. Я не слышу, мешает грохочущая в зале музыка. Иринка смеётся и качает головой. «Бицепс» не сдаётся. Машет рукой в сторону столика, окруженного с трех сторон мягкими плюшевыми диванчиками. Мол, пошли. Иринка смотрит на меня, пожимая плечами. Я киваю. Ну, пошли.

Парни оказываются спортсменами. Приехали в город на соревнования по дзюдо и решили развлечься. «Бицепса» зовут Никита, а его друга — Стас. Болтать особо не выходит, так как вокруг очень шумно. Мы курим кальян по очереди, а после я выхожу на танцпол. Стас — за мной. Я танцую, он прижимается ко мне сзади. Очень деликатно, но всё же мне почему-то некомфортно. Не тот запах, не те руки…

Иринка подходит к нам, держа обе сумочки, мою и её, в руках.

— Стас, я украду её на пять минуточек? Носик припудрить.

Мы делали так добрую сотню раз, поэтому я понимаю её без слов. Пора валить!

Хохоча, мы заваливаемся в такси, представляя себе лица спортсменов, когда они поймут, что сегодня им ничего не обломится.

Иринкин телефон мигает вспышкой.

— Да, Тим? Не сплю, конечно. К зачёту блин готовлюсь! — слышу приглушённый голос Тима. — Нет, не одна. С Алёнкой, с кем же ещё? — выслушивает ответ, прикрывает динамик рукой и шепчет мне. — Тим приглашает нас к себе. У него родители по горящей в Турцию смотались. Весь дом в нашем распоряжении! — выразительно шевелит бровями.

Закатываю глаза.

— Уже едем, Тимоооша! — почти поёт в трубку.

Мы прибываем в коттеджный посёлок в пригороде, где обитает Зотов, минут через двадцать. Тим встречает нас у кованой калитки. Дом двухэтажный, кладка светло-коричневым кирпичом. Шоколадного цвета крыша. Тимофей ведёт нас по мощёной камнем дорожке внутрь. Я любуюсь свежеподстриженным сочно-зелёным газоном, как вдруг включается автополив. Отскакиваю в сторону, чтоб не обрызгаться, но несколько капель всё-таки попадают на мою вязаную юбку-лапшу чуть выше колен. В комплекте с ней идут свободная футболка со спущенным плечом и плетёные босоножки. Иринка завила мои волосы и сделала макияж с акцентом на губы. Они у меня в цвет юбки — малиновые. Выгляжу неплохо, что подтверждает удивлённый свист Костика. Они с Литвиновым расположились на диване в гостиной. В руках джойстики, на экране гигантской плазмы какая-то незнакомая мне игра. Вереница пивных бутылок, открытая коробка с пиццей. Короче, классическая холостякская вечеринка!

Присаживаюсь на диван. Конечно, со стороны Костика. Он безопаснее.

— Литва, ноги убери, а, — Зотов заваливается в помещение. Тащит стаканы для нас с Иринкой, салфетки, блюдечко с нарезанным лимоном и солонку.

— Что будем пить, девчонки?

— И мальчишки. А также их родители, — флегматично декламирует Костик. У него глаза красные, видно что не первый час в приставку рубится.

— Мне бы просто водички, — прошу. В горле пересохло.

Зотов округляет глаза, словно я оскорбила его в лучших чувствах.

— Тим, ну реально, нам хватит, — зевает Иринка. — Скажи спасибо, что вообще приехали.

Литвинов отбрасывает джойстик на соседнее кресло и сдавленно матерится. Проиграл походу. Мужчины — что дети, честное слово.

— Э-ээ нееет, — качает головой Зотов, — «хватит» будет, когда я скажу. Никакой воды в моём доме. Так и до пенсии недалеко! Я знаю одну приколюху, вам понравится.

Мы дружно стонем. Даже Костик, и тот подаёт голос:

— Блть, Тимон…

— Молчать! — рявкает этот аниматор «для бедных». Открывает стеклянный шкаф с посудой, дань советскому прошлому. Достаёт пять рюмок с «сиськами».

Иринка прыскает со смеху.

— Так, слушай сюда, — деловито поясняет Зотов. — В чем суть игры. Разливаем пойло…

Ну естественно! Какая игра у Зотова — и без пойла.

— Литва! — командует, указывая на бутылку текилы.

Литвинов тонкой струйкой наполняет рюмки.

Мне наливает на донышке. Я молчу, меня это как раз устраивает.

— Я — первый. Нужно закончить фразу «Я никогда не…» Например! Я никогда не заказывал проститутку! — все ржут. Зотов в своём репертуаре.

— И те кто делали это на самом деле, должны выпить. Кто не делал, тот не пьёт. Ясно вам? Всякую скучную хрень загадывать нельзя, иначе штрафная! Должно быть что-то такое, пикантное, понимаете?

— А кто решает, что хрень — скучная? — интересуется Литвинов.

— Я решаю, конЭшно! — Зотов забавно коверкает слова.

— Готовы? — солит руку и цепляет лимон. — Я никогда не заказывал проститутку!

Тимофей, Костик и Иринка отпивают.

Мы в полном «афиге» смотрим на неё.

— Чтоооо? Я не себе! — бормочет моя подруга. Которую, я, оказывается, знаю не так хорошо, как думала!