Чтение онлайн

— Как будто нам позволят, — фыркнул лис. — Даже я знаю о всей той куче ограничений, что Королевства повесили на Менаджери — медвед вообще большая мохнатая зануда по части политпросвещения. Вон хоть пушки возьми — две класса "Дракон" на весь город это же курам на смех. Помнишь, что лет шесть назад было? Да тварь пришлось через полгорода тащить, пока в зону поражения не вошла! Куча трупов, полоса разрушений на хрен знает сколько километров — и все это только потому, что всем запретили продавать нам толстый ствол.

Блейк вздохнула.

— Каких бы проблем у Менаджери не было сейчас — они ничто перед теми, что уже преодолены. Сейчас, по крайней мере, никто не голодает, и у всех есть крыша над головой.

— Ну-ну, — скептически хмыкнул Хонг. — Сейчас с нас стригут столько бабла, продавая кучу вещей, которые нам запретили делать самим — те же большие пушки — и все эти деньги обломятся, стоит им только снять запрет.

— Нам и корабли класса крейсер запрещали самим строить.

— А потом разрешили построить один, да. Ты не хуже меня знаешь — почему.

Блейк сжала зубы. Шесть лет назад — после того нападения, после вскрывшегося скандала об SDC, почти лишивших охраны шахты — и произошел раскол в Белом Клыке. Она наблюдала его своими глазами, пусть и была в те годы слишком мала, чтобы полностью понять происходящее. Волны демонстраций и протестов — против Шни, против расизма, против послевоенных ограничений захлестнули каждый город, все это вышло из под контроля, начались погромы и столкновения с полицией, и… Королевства сделали шаг назад. Совсем маленький, крохотный шажок, исправили лишь одну проблему — разрешили построить один крейсер, безбожно устаревший, не идущий ни в какое сравнение с современными атласкими гигантами, но… это все еще был шаг назад, все еще не такая уж маленькая победа.

Ее, разумеется, никто не пускал на заседания управляющих Белым Клыком, но споры в те дни велись на таких тонах, которые не могли заглушить никакие закрытые двери. Помнила она и те слова, с которых все началось, вопрос, адресованный Хаком ее отцу: "И что ты предлагаешь? Ждать и молиться о том, чтобы завтра не стало страшней?! Твой пацифизм позволил добиться этого?! Твои адвокаты добыли нам этот гребанный крейсер?!"

В тот день все изменилось. Мрачный, злой как тысяча Гримм отец посадил ее в транспорт и увез прочь — в страну фавнов, в благословенный Менаджери, а Белый Клык ступил на дорожку, которая привела к Падению Бикона. Они начали с малого, с отпора на разогнанных демонстрациях, с мести расистам, проверяя каждое обращение, ограничивая насилие… и какое-то время, меньше года, это кое-как работало, тут и там — давало плоды.

А потом перестало. Мелкие уступки, на которые шли их враги, закончились, а поступиться чем-то важным они позволить себе не могли. На насилие, применяемое фавнами, ответили насилием — и били намного больнее, ведь ресурсов и власти у Королевств было куда как больше.

В тот год, когда Белый Клык уже был незаконным на территории Королевств, но все еще оставался желанным гостем в Менаджери, "старая гвардия" собралась еще раз, папа предпринял последнюю попытку остановить старых соратников… но закончилось все лишь выводом: "значит, надо просто ударить посильнее". Белый Клык потерял законный статус и в Менаджери, а Гира Белладонна лишился дочери.

Тогда все казалось таким простым: ее отец сбежал от борьбы, а Белый Клык — те, кто ее продолжает. Разве были у нее тогда какие-то сомнения о том, кого стоит поддержать?.. Ровным счетом никаких — и красивый парень с огненными волосами в черно-алом костюме, приехавший вместе с Хаком, увез ее с собой.

— А теперь ты напомни мне, куда это нас привело, — тихо ответила Блейк.

Теперь пришла очередь морщиться Хонгу.

— Вот вы все так говорите, — проворчал он. — "Плохо, неправильно", а как задашь вопрос: "А как иначе?" — языки в жопу втягиваете.

Блейк улыбнулась, совершенно не задетая его грубостью — успела уже привыкнуть за два месяца. Да и нельзя провести столько лет в Белом Клыке и не наслушаться такого, на что одобрительно кивали даже портовые грузчики. Хонг еще придерживал язык — наверняка наследие "ласкового" воспитания Мора.

— Поэтому мы здесь. Если у кого-то и есть ответ на этот вопрос, то только у моего отца.

— Я все еще поверить в это не могу, — покачал головой лис. — Серьезно, я отпускал пошлые шуточки о принцессе ей в лицо и меня даже не казнили стражники! Где-то должна быть медаль за это.

— Ты можешь попросить ее у моего отца, — рассмеялась Блейк.

Хонг кивнул с такой серьезностью, что кошка даже забеспокоилась, что ему действительно хватит на это ума.

Их разговор прервал последний гудок системы оповещения лайнера — до причала оставалось всего пять минут. Высунувшись чуть дальше, Блейк взглянула вдоль курса — толстая башня воздушной пристани на окраине города была уже совсем рядом.

— Вот я и дома… — прошептала она.

Запустив пальцы в волосы, она потянула за завязки банта. Вытянув руку, пару секунд наблюдала, как черный символ ее бегства, одно из свидетельств трусости, терзает ветер, силясь вырвать из кулака. Она купила его три года назад — когда в один из светлых "дней команды", воспоминания о которых она лелеяла до сих пор, к ним привязалась компания полупьяных расистов. Чтобы избежать этого, она носила его почти везде, снимая только в компании тех, кому доверяла или в полном одиночестве, чтобы дать ушам "подышать".

Она даже не задумывалась о том, что это значит, до тех пор, пока Янг не спросила у Мора прямым текстом: "А давай мы тебе тоже такую штуку замутим? Тебе пойдет бант, честно!". Один из самых старых ее друзей отказался без тени сомнений: "Пусть смотрят, пусть видят. И если им что-то не нравится — пусть скажут в лицо"

Блейк носила бант для того, чтобы все видели в ней ее саму, а не фавна, пыталась казаться кем-то другим, вместо того, чтобы быть самой собой. Еще один ее побег. Еще одно доказательство слабости.

Слабости, от которой она должна была избавиться. Этому миру не нужны слабые, его не спасут трусливые и ничего не исправят малодушные.

Блейк разжала кулак и бант мгновенно унесло ветром.

— Я больше никогда его не одену, — пообещала она самой себе.

Вряд ли она пробудет в Менаджери долго — если она хочет помочь, действовать надо будет в Королевствах, но прятаться… нет, прятаться она больше не будет никогда.

На таможне у них попробовали было отобрать оружие, но тут же отступили, стоило Блейк показать свой студенческий билет Бикона. Она так и не сдала его, да и вообще числилась в академическом отпуске… для чего ей пришлось рассказать Гудвич абсолютно все о себе и своих планах — только после этого новый директор подписала все документы.

— Навещаю семью, — невесело улыбнулась она на вопрос о цели прибытия.

Быстро оглянувшись по сторонам, будто проверяя, не подслушивают ли, чиновник с круглыми мышиными ушами на макушке наклонился поближе к Блейк и, понизив голос, тихо спросил:

— Вы уехали из Королевств из-за ЭТОГО, да?

— Из-за Падения Бикона? — уточнила Блейк.

Пристально посмотрев ей в глаза и, видимо, разглядев (или, наоборот, не увидев) там что-то, фавн вздохнул.

— Я вижу, вы еще не слышали.