Чтение онлайн

Они подавали завтраки в ресторане и убирали домики, а затем переходили к работе на стойке регистрации и, в случае более талантливых кузенов Холли, играли главные роли в ежегодных рождественских шоу, которые Кэнди устраивала в театре «Джингл Белл».

Въехав на посыпанную гравием подъездную дорожку, Холли посмотрела на стоящую перед ней гостиницу. Снова пошел снег. Густые, тяжелые хлопья падали с темно-серого неба и оседали на лобовом стекле.

Припарковавшись на стоянке у гостиницы — почти пустой, несмотря на время года, — Холли вылезла из своего внедорожника и взяла сумочку, снег хрустел под ногами, пока она шла по дорожке к входной двери. Еще не войдя в вестибюль, она почувствовала сладковатый аромат дыма от камина и услышала негромкую рождественскую музыку, звучащую из динамиков.

Несмотря на отсутствие гостей, вестибюль был великолепно украшен. Гирлянды остролиста и плюща были развешаны по всем поверхностям, вокруг них вились сказочные огоньки, мерцающие в такт музыке. С потолка свисали гигантские золотые и красные украшения, а деревянные солдаты-щелкунчики в натуральную величину стояли на страже у каждого дверного проема, держа в руках барабаны или копья, их усы были закручены в постоянные улыбки.

Но главным центром внимания была огромная елка, гордо возвышавшаяся в центре вестибюля. Зеленые ветви были увешаны золотыми украшениями и сверкающей мишурой.

— У тебя получилось! — человеческий торнадо набросился на нее. Холли рассмеялась, когда Эверли почти повалила ее на пол. — Тебе следовало сказать мне, что ты уже близко. Я весь день досаждала Аляске, гадая, когда же ты приедешь.

— Прости, — Холли крепко обняла ее. — Я уже здесь.

— Да, ты здесь. И ты просто загляденье, — Эверли потащила ее к стойке администратора, где Аляска набирала текст на компьютере. Глаза младшей кузины загорелись, когда она увидела их приближение.

— Холли! — она улыбнулась и потянулась через стойку, чтобы обнять ее. — Как прошла твоя поездка?

— Не так уж плохо. Была небольшая турбулентность, когда мы подлетали к аэродрому, но ничего такого, с чем бы я не справилась.

— Ненавижу летать, — Аляска сморщила нос.

— Мы знаем, — Эверли бросила на нее озорной взгляд. — Вот почему ты никогда не покидаешь Винтервилл, — как старшая из сестер, Эверли всегда подтрунивала над Аляской. Та воспринимала это с юмором.

— Ничего не могу с собой поделать. Мне здесь нравится, — Аляска пожала плечами, продолжая улыбаться им обеим. — А теперь, когда вы обе здесь со мной, стало еще лучше, — она опустила взгляд на свой компьютер, затем снова перевела на Холли. — Я поселила тебя на четвертом этаже. Ты уверена, что не хочешь остаться со мной?

— Гостиница подойдет, — Холли с нетерпением ждала возможности остаться здесь. — В любом случае, теперь я не смогу жить в домиках.

Когда они были подростками, то всегда останавливались в домиках для персонала у подножия холма. Это были простые домики — одна комната с двумя кроватями, плюс примитивная ванная комната. Хотя там был обогреватель, наибольшее тепло давал огонь из камина, который они должны были разводить сами каждую ночь.

И все же, они были так счастливы. Тогда они были подростками, играющими во взрослых. Она чувствовала себя такой взрослой, имея свой домик, в то время как Эверли и Аляска жили в одном домике несколькими домиками ниже. А Норт, Крис и Гейб жили в нескольких домиках от нее.

В этих домиках она впервые выпила — Гейб позволил ей тайком хлебнуть немного виски из его фляжки.

— Никаких домиков для тебя, — сказала Аляска, улыбаясь. — Даже если бы они были пригодны для жизни, а они не пригодны. Эти штуки были закрыты много лет назад. У тебя есть красивая комната с видом на город, с горячей и холодной водой и матрасом, за который можно умереть, — она выглядела довольной собой. — Матрас «Великая ночь». Теперь они есть во всех наших номерах. Я сама договорилась о скидке.

— Звучит идеально. Я собираюсь бросить свои вещи и принять душ, если вы не против. Девочки, вы идете к Норту в воскресенье?

— Конечно, — сказала Эверли, выглядя позабавленной. — Ты же знаешь, что когда Норт звонит…

— Мы прибегаем, — закончила за нее Аляска.

Холли усмехнулась.

— Ага. Некоторые вещи никогда не меняются.

— Я так рада, что ты здесь, — сказала Эверли, снова обнимая ее. — Впервые я чувствую, что мы можем спасти это место.

— Именно так, — Аляска кивнула. — Вы с Нортом придумаете, что делать. У вас, ребята, всегда были лучшие идеи.

У Холли защемило в груди, потому что они обе смотрели на нее с надеждой в глазах.

— Конечно, мы спасем его, — сказала она, почти веря своим словам. — Мы должны. Ради Кэнди.

— Мне нужно, чтобы ты подписал это.

Джош Гербер повернул голову и увидел свою помощницу Уиллу, протягивающую стопку бумаг и ручку. Джош взял бумаги и посмотрел на них, нахмурившись на слова, напечатанные на белом фоне.

— Рождественские счета? — спросил он. — Уже?

— Сейчас декабрь, — заметила Уилла, сдерживая улыбку, пока он вздыхал и выводил свое имя в строчке на каждой странице. — Нам нужно оплатить депозиты за корпоративную вечеринку. Плюс подарки для всех твоих сотрудников. Праздничные корзины, как обычно. Я разослала письма с предложением об изменениях, и ты должен был видеть ответы, которые я получила.

— Люди не любят изменения, — пробормотал Джош, возвращая ей подписанные документы. Уилла сняла ворсинку с лацкана его пиджака, сморщила нос и бросила ее в мусорное ведро рядом с собой.

— Ты придешь на вечеринку в этом году? — спросила помощница, засовывая подписанные бумаги в свою папку. — Удивишь нас всех. Кто знает, может, ты даже хорошо проведешь время.

— Никто не хочет видеть босса на рождественской вечеринке, — Джош усмехнулся. Уилла была одной из его любимых сотрудниц. В свои почти шестьдесят лет она отдавала столько же, сколько получала. Он нуждался в этом в своей жизни. — Они хотят отдохнуть и повеселиться, не беспокоясь на следующее утро о том, что они сказали мне. Это мой рождественский подарок вам всем. Вечер без Джоша Гербера.

— Ты можешь нарядиться Гринчем, — сказала Уилла, проигнорировав его ответ. — Это заставит всех улыбнуться.

Уилла была единственной сотрудницей «Гербер Энтерпрайзис», которой сходило с рук разговаривать с ним подобным образом. Отчасти это объяснялось тем, что она знала его с самого рождения. Тогда она была секретаршей его деда, в то время — молодой выпускницей колледжа. Джош попросил ее остаться, когда его дед вышел на пенсию — или частично вышел — и он стал главой компании.

В конце концов, она согласилась. Благодаря большому повышению зарплаты и обещанию, что он позволит ей дразнить его так же, как она всегда это делала.