Чтение онлайн

— Каемь Сагранш, — обратилась Хрийз к старшему послу, тщательно выговорив непривычное название его магического статуса — каиййем’е, с долгим «й» в середине, слово одновременно обозначало и воинское звание и уровень магической силы посла, — передайте вашему драгоценному племяннику, что его слова мало похожи на извинения.

— Я не глухой! — рыкнул младший.

— Передайте ему, — не слушая, продолжила Хрийз, — что он может уйти, если ему так трудно вести разговор на достойном посланника могущественной державы уровне.

Старший Рахсим кивнул, и коротко, резко бросил младшему что-то на своём языке. Хрийз еще подумала, что у третичей красивый язык, чем-то похожий на итальянский. И что у самого Сагранша глубокий сильный голос, видно, привык перекрикивать, отдавая команды, адский шум на поле боя.

Хрийз подождала немного, потом продолжила:

— Если вы хотите мира, мы будем говорить о мире. Мы готовы слушать и слышать. Но слушать мы будем только вас, каемь Сагранш Рахсим. Ваш племянник может уйти.

Старый воин угрюмо кивнул и сказал:

— Мой племянник не скажет вам ни одного лишнего слова, светлая княжна.

Племянник со словом старшего не согласился, но Хрийз скорее почувствовала, чем увидела, как по воздуху метнулось нечто плотное и залепило рот младшему послу. Магический кляп, отличная штука! Девушка насладилась бешенством, полыхнувшим в выпученных глазах младшего, сполна.

— Мы хотим мира, — продолжил старший. — Война утратила свой смысл, ведь последняя Опора Единого народа разрушена без какой-либо возможности восстановления. Но это не значит, что мы хотим поражения!

— Поражения, — сказала на это Хрийз, — не хотим и мы. Договор должен составляться на равных, без гнусного шантажа и насилия в замке, давшем вам кров и пищу на время визита.

— Как вы это видите, ваша светлость? — обращение по титулу прозвучало с отменным презрением, при таком-то голосе — никаких проблем выразить через интонацию всё, что только захочется.

К самим словам не придерёшься, всё правильно и по протоколу. Но к тому, как задевающе, уничижительно они прозвучали, вопросов возникло на миллион! Хрийз знала, что не сможет ответить тем же. Обидная злость едва не выбила слёзы из-под ресниц; справилась. Слёз они еще не видели, не хватало!

— Вы отпускаете моего отца. И договариваетесь с ним, как с полноправным правителем Сиреневого Берега, — понижая голос на тон, предложила Хрийз.

Она себя уже хорошо изучила. Чтобы держаться в руках, надо было говорить тихо. Услышат, если захотят. А если не захотят услышать, то и крик совместно с истерикой не помогут.

— Вы же понимаете, что это невозможно. — отрезал старший посол.

— Нет, — холодно ответила Хрийз. — Не понимаю.

«Я — всего лишь искалеченный ребёнок-бастард, — могла бы добавить Хрийз. — Твой собственный племянник сказал так. Но сказал он это еще и потому, что ты тоже так считаешь. Моё непонимание — вполне логично, не так ли?»

— От Сиреневого Берега и за Сиреневый Берег говорите сейчас вы, ваша светлость. Мы слушаем.

«Потому что договариваться со взрослым высшим магом, не слишком-то довольным теми блинами, которыми вы у себя его кормите, не так-то просто, — думала Хрийз. — Вы меня держите за глупую девчонку, которой можно выкрутить руки к своей выгоде. И да, я действительно глупая девчонка, меня не готовили к таким разговорам, я слишком многого не знаю. Но пусть я трупом лягу на этом вот самом месте, если уступлю вам хотя бы на миллиметр! Не дождётесь!»

Ярость наполняла её по-новому, катилась ледяной лавиной, наверное, это сказалось и на ауре, потому что Хрийз чувствовала стоявших рядом советников, — они гордились ею, они были ею довольны, кое-кто так и просто любовался. Легко догадаться, кто… Но Хрийз решила не догадываться, не до того сейчас было.

— Гостю — первое слово, — любезно ответила Хрийз, улыбаясь.

Только совсем глупый принял бы её улыбку за светлую, радостную, обольстительную или какую-то там из этой серии ещё. Хрийз насчёт своей красоты не обманывалась: были в Третьем мире девушки и краше. Радоваться наглым разбойникам, гремевшим сапогами в нежном саду, тем более, не радовалась. И уж обольщать их… сейчас. Уже.

— Турнир! — младший содрал наконец со своего рта магическую заплатку, глаза его горели лютым огнём. — Я требую турнира!

— Что? — Хрийз так опешила, что забыла о своих собственных словах: не разговаривать с младшим Рахсимом.

— Турнир, поединок за право взять в жёны дочь правителя или действующую правительницу, — тихо выговорил лТопи. — Старый имперский обычай.

— У меня есть жених! — тонко выкрикнула Хрийз, обливаясь ледяным ужасом.

Она видела тренировки Девнарша Рахсима, зря, что ли, столько дней мимо ездила на Громе. Успела понять, что боец он страшный. А если он убьёт сЧая?! Судя по довольной роже, именно это подлый третич и собирался сделать!

— Жених был у Хрийзтемы Браниславны-старшей, — мрачно пояснил Сагранш Рахсим. — Здесь перед нами её тело, но не она сама. Прежняя договорённость о браке между Сиреневым Берегом и Островами утратила силу.

Древнее право, о котором не вспоминали уже очень давно, тем не менее, не утратило ещё своей силы. Еще могло обречь. Споры среди простолюдинов на почве ревности и/или желания обладать до сих пор регулировались именно по нему. Млада, в общем-то, приревновав мужа, замахивалась на Хрийз тогда ножом неспроста. Просто — напала на ребенка, Хрийз тогда не была ещё совершеннолетней, потом — напала без объявления официального поединка, ну и, наконец, напала на княжеское дитя, пусть и бастарда. Вот ей срок и впаяли. Дешево отделалась, между прочим. Пустила бы кровь, получила бы серьезнее.

— Я не позволю к себе прикоснуться, — яростно прошипела Хрийз. — Никому — кроме моего жениха, господина тБови!

— Королева турнира принадлежит победителю, — тихо ответил Лае.

— Нет!

— И убить себя вы не сможете, — неумолимо продолжил лТопи. — Без вас стихия Жизни угаснет, едва народившись, мир наш погибнет, и Исход подготовить удастся не для всех: Империя запечатала на долгие годы. Чтобы чума из Третерумка не подмяла все, ведущие в Империю порталы через активированную врагом Опору… Простите меня, ваша светлость. Но кто-то должен был вам это сказать.

Воздух вспорол злой смех: смеялся младший Рахсим. Торжествующе, с полным осознанием превосходства.

— Вот ты подонок, Девнарш, — тихим, но страшным оттенком голосом сказала ему Хрийз. — Если ты убьешь моего мужчину, тебя убью я.

— Королева турнира принадлежит победителю, — напомнил ей старший посол.

— Любой может сразиться за ложе королевы, — вцепилась в букву древнего права Хрийз, ее несло, при всем желании она уже не могла остановиться, да и не хотела, если на то пошло. — В том числе и сама королева!