Чтение онлайн

Один из стражей с копьем кинулся ко мне, но я в мгновение ока выпустила стрелу ему в грудь. Меня сотрясала дрожь, а сердце пылало. Ведь я выстроила план по нашему спасению, положившись только на свои обрывочные знания. В землях у Восточного моря я заткнула себе уши, чтобы противостоять наместнику Жэньюю, воздействующему на окружающих голосом. Здесь бы это не сработало. Однако наместник говорил, что от подобной власти может избавить только смерть. Поэтому, чтобы разрушить контроль, который госпожа Хуалин установила над Ливеем, мне пришлось заблокировать все его чувства, а затем толкнуть на грань смерти, хотя я понимала, что, если это не поможет, кто-то из нас умрет. И наши смерти оказались бы напрасны.

Когда Ливей перестал сопротивляться, я взяла его за руку и направила в него свои силы. Столько, сколько смогла влить, не вызывая подозрения. Я не умела лечить магией, поэтому мне оставалось лишь молиться, что тех крох окажется достаточно. Я не хотела рисковать его жизнью, чтобы спасти свою. Но мне пришлось это сделать, чтобы у нас обоих появился шанс вырваться отсюда. Я понадеялась, что госпожа Хуалин позволит мне забрать тело. И этот план почти сработал. Но я слишком рано обрадовалась, нам все еще угрожала опасность.

Я не сразу заметила, что бессмертная набирает силы. Одним ударом госпожа Хуалин развеяла плети, а уже в следующее мгновение нас с Ливеем опутали лозы, выдавливая воздух из груди и сжимая конечности до онемения. Но не успела я поддаться отчаянию, как магия Ливея сожгла растения.

Госпожа Хуалин вновь подняла руки. Воздух наполнился запахом влажной земли и засиял от ее магии. Но я выставила щит, а Ливей подпитал его своими силами. Я не устояла бы против нее в одиночку, но, объединившись, мы обретали шанс на спасение. С легким потрескиванием ее заклинание долетело до нас, и из-под земли показались бесконечные сияющие лозы, которые начали обвивать наш барьер. Пот закапал с моего лба, пока я пыталась отогнать от себя мысли, что они могут сотворить с нами.

К сожалению, от госпожи Хуалин не укрылось мое состояние. Ее красные губы изогнулись в улыбке, а давление на щит усилилось. Время оказалось не на нашей стороне. Я растратила практически всю энергию, да и у Ливея вряд ли много оставалось. А значит, скоро мы падем… либо от усталости, либо от ужасных заклинаний, либо от руки воинов, которые подходили к нам все ближе и ближе со зловещим предвкушением на лицах.

Нет, я не собиралась отказываться от наших с таким трудом спасенных жизней. В голове возник безумный план, но даже малейшая возможность вырваться отсюда была предпочтительнее верной смерти. Я встретилась взглядом с Ливеем и беззвучно попросила держать щит. Принц кивнул, и его тело напряглось, поскольку теперь ему приходилось удерживать барьер одному. Я же собрала остатки своей энергии в маленькую светящуюся сферу, размером с шарик из мрамора, а затем швырнула его в щит изнутри. По нему тут же расползлась паутина трещин, но он все еще сдерживал лозы. Я стиснула зубы, со свистом втягивая воздух. На ум пришел строгий запрет учительницы Даомин не использовать все силы без остатка, но я не могла остановиться. Голову наполнила пульсирующая боль, я выжала последние искорки жизненной энергии и призвала порыв ветра.

Щит разлетелся вдребезги, а лозы начали хлестать во все стороны: по госпоже Хуалин, по убегающим солдатам, по потолку и стенам, за которые лианы цеплялись так, словно прорастали из них. По пещере расползлись трещины, а воздух наполнил скрежет камней.

Я рухнула на землю, чувствуя себя такой же выжатой, как растоптанный по неосторожности бумажный фонарик. Тело сотрясала дрожь, но не от холода, а от озноба, расползавшегося по конечностям. Веки отяжелели, мне хотелось закрыть глаза и отдаться окутывающей меня тьме. Да и в голове затуманилось, пока я не перестала понимать, жива я или попала в объятия бесконечного сна.

Вокруг закружились ярко-золотистые огоньки: это Ливей вливал свои силы в мое сломленное тело. Они плясали в темноте, но не исчезали, как солнечный луч над ночным морем. Свет пробивался к средоточию жизненной энергии, похороненному глубоко внутри меня, чтобы окружить каплю серебра. Вскоре холод растаял, и ко мне вернулись силы. Я открыла глаза и увидела, что мы с Ливеем лежим на полу, а наши пальцы переплетены.

Глаза госпожи Хуалин начали стекленеть от боли, а рот открылся в беззвучном крике. Тело бессмертной дергалось, пока лозы все сильнее сжимали ее в своей удушающей хватке. Шелк платья трещал и рвался, а плоть выпирала над светящимися побегами, пока кожа не покраснела до багрово-малинового цвета. С накатывающей тошнотой я наблюдала, как сопротивление богини ослабевало, камелии на талии склоняли свои некогда гордые бутоны, а шелковые пионы на платье темнели и выцветали. В ее зрачках померк свет, а злоба больше не искажала черты… Она застыла на полу холодным изваянием.

Мне совершенно не хотелось шевелиться, и я бы так и лежала там до самого рассвета, но своды пещеры задрожали сильнее, чем прежде. Когда с потолка посыпались камни, Ливей помог мне подняться, и мы из последних сил бросились к выходу. Один из осколков ударил меня по спине, сбивая с ног. Потолок треснул и посыпался вниз, окутывая нас облаком пыли… Но в последний момент Ливей смог призвать ветер — и нас вынесло через проход за мгновение до того, как гора с оглушительным грохотом обрушилась.

Упав на твердую землю, я почувствовала облегчение. Не в силах пошевелить и пальцем, я лежала в грязи, словно меня что-то придавило сверху. С трудом мне удалось сделать вдох, а затем еще один. Ливей лежал рядом и пристально смотрел мне в глаза. Когда на его лицо вернулся румянец, мои последние страхи отступили. Он медленно потянулся ко мне и прижал ладонь к моей мокрой от слез щеке, хотя я даже не осознавала, что плачу.

Я улыбнулась, радуясь его теплу. Но не собиралась нарушать тишину, ведь уже сказала все, что хранила в сердце.

Яркое сияние луны освещало лес. В бледном свете мертвые деревья напоминали полированные колонны из серебра и нефрита. Ночной ветер рассеял туман, и от него не осталось и следа. Неужели его поддерживала госпожа Хуалин, чтобы прятаться здесь от всего мира?

Неподалеку раздался шелест листьев и треск веток. Мы обернулись и увидели выходящую из леса принцессу Фэнмэй. С радостным криком она бросилась к Ливею и сжала его в объятиях. Принц неловко застыл, покосился на меня, но затем обхватил ее плечи.

Я старалась не смотреть на них и не прислушиваться к тихому разговору, просто собиралась с силами, чтобы сесть. Через несколько секунд принцесса Фэнмэй коснулась моей руки.

— Я пряталась там, где ты сказала, пока не услышала грохот. — Внимательно осмотрев меня, она испуганно прижала руку ко рту. — Ты в порядке?

Наверное, покрытая кровью, синяками и грязью, я выглядела просто ужасно. Но все же ее забота меня тронула.

— Буду, как только Ваше Высочество доставит нас в Небесную империю.

На лице принцессы Фэнмэй появилась робкая улыбка, и она посмотрела на Ливея. На его лице не отражалось ни единой эмоции, глаза казались глубокими озерами, в которых я бы точно утонула, если бы решилась засмотреться в них слишком долго. Взгляд Фэнмэй упал на Небесную каплю, висевшую на поясе принца. А затем скользнул к ее двойнику, который покоился на моей ноге. Драгоценный камень вновь стал прозрачным как слеза.

— Так они парные. — Ее голос звучал так же слабо, как дуновение ветерка на лугу.

Безотчетное желание объяснить ей все охватило меня, хотя принцесса ничего не спрашивала.

— Дружеский подарок, — сказала я.

Она ничего не ответила и молча смотрела, как Ливей подал мне руку. Я обхватила его ладонь и медленно поднялась на дрожащие ноги, борясь с желанием прижаться к нему, насладиться прикосновением его кожи к своей. Когда он повернулся к принцессе Фэнмэй, чтобы помочь встать и ей, я направилась вперед. Не хотелось мешать им, к тому же вряд ли бы мне удалось сдержать эмоции. Ведь сердце все еще болело после того, что нам довелось пережить. После всех признаний, ошарашивших не только его, но и меня.