Чтение онлайн

Напротив меня сидела тихая пара. Женщина лениво облокотилась о мужчину, который обнял её рукой за плечи. Они не особо разговаривали, но смеялись над остальными и кивали, когда кто-то высказывал свое мнение. Глаза женщины были ярко зелёного цвета и очень контрастировали с её кожей. Мы встретились взглядами, и я покраснела. Но она улыбнулась мне, и её улыбка была искренней.

Я не хотела пялиться, но не могла оторвать взгляда от этой пары. Мужчина периодически целовал её волосы, покрытые хиджабом. Я видела, как его пальцы крепко сжимали её плечо, и как он, словно, принадлежал ей, а она ему. Это было так прекрасно, что меня пробрала зависть.

Я представила, как прислоняюсь к Саалиму, мне так не хватало этой лёгкости, этой близости. Сколько же в этом было свободы — идти рука об руку вместе по деревне, наводнённой людьми, переходя от одной лавки к другой. Вероятно, эти двое даже жили вместе. Когда я подумала об этом, моя печаль стала ещё сильнее. Мне никогда не суждено было испытать подобное с Саалимом, по крайней мере, не в этом мире, где он был джинном, а я ахирой. Возможно, если бы его магия могла изменить пустыню, она могла бы изменить и нас. Я так много думала о своей свободе, а как же его свобода? От одной мысли о том, как Мазира могла интерпретировать свободу для джинна, меня пробрал холод.

У меня было слишком много причин отдалиться от Саалима — наши отношения не были тем, о чём я мечтала, и я должна была оставаться верной своему отцу и своей семье. Но Саалим был прав — у меня не было никаких обязательств перед отцом. И только потому, что наши отношения с Саалимом не были похожи на любовные истории, которые рассказывали у костра, не означало, что я должна была отвернуться от него. Даже если нам было отведено всего лишь мгновение. Ведь если мы могли сделать друг друга счастливыми, разве оно того не стоило? Я уставилась на деревянный стол, который был весь в выбоинах и покосился от времени, и подумала о Саалиме — о том, как сильно я хотела оказаться рядом с ним в этот момент. Я жалела обо всём, что сказала ему в ту ночь, когда виделась с Омаром.

Я хочу вернуть тебя, Саалим.

— … казнен по приказу Короля, — прорвался сквозь мои мысли голос Фироза.

Я снова обратила своё внимание на людей вокруг.

— Он знал, что это случится, — парировал мужчина по имени Рашид, и все остальные грустно закивали.

— Этому надо положить конец, — добавила зеленоглазая женщина, сжав руку своего возлюбленного. — Это насилие отвратительно, и Король не остановится, пока не останется только он один. Мы все это знаем.

Следом заговорил какой-то мужчина:

— Ходят слухи, что кое-кто может это сделать.

— Что сделать? — вклинилась я, отчаянно пытаясь понять, что он имел в виду, и одновременно боясь услышать его ответ.

Они все повернулись ко мне, затем посмотрели на Фироза и насторожились.

— Всё в порядке, — сказал он и резко посмотрел на меня. — Вы можете ей доверять.

Мужчина решил объясниться:

— Надо выкрасть джинна и изменить пустыню.

Разве мы можем изменить её? Я ощетинилась.

— То есть вы думаете, что джинн существует? — спросила я, мои руки задрожали.

Они засмеялись, а моя шея начала гореть.

— О да, — сказал влюбленный мужчина, убрав руку со своей женщины и наклонившись вперёд. — Это мы знаем наверняка. У Короля слишком много невероятных вещей, и есть несколько человек, которые считают, что видели джинна своими собственными глазами.

Его? Меня всю начало трясти.

— А какой должна быть другая пустыня? — спросила я.

Люди снова посмотрели на Фироза так, словно я сошла с ума. Словно он сам сошёл с ума, приведя меня сюда.

Рашид вздохнул.

— Соль можно продавать по всей пустыне, как это было много лет назад. Богатство добывается усердным трудом, а не магией. Правители должны быть великодушными, они должны прислушиваться к своим людям.

Он положил руку на грудь и сжал что-то, что находилось под его одеждами.

— Мы уже близко, я это знаю. Мы скоро получим желаемое. Нас уже очень много. И знаков тоже. Мы уже превосходим числом стражников. Король не может вечно прятать от нас джинна, — он упёрся локтями в свои колени и положил подбородок на руки. — Не могу дождаться момента, когда я смогу уехать отсюда, — он подтолкнул Фироза локтем и улыбнулся. — На север, ага?

В ответ Фироз просиял и кивнул.

— Это будет захватывающее путешествие. Мы уедем, без оглядки.

Я отклонилась назад, чувствуя себя всё более и более чужой рядом с этими людьми, рядом со своим другом. Без оглядки? Фироз, а как же я? С удивительной ясностью я поняла, что у Фироза была гораздо более насыщенная жизнь, чем та, что я видела. Он занимал просто огромную часть моей жизни, а я и не осознавала, что была всего лишь маленькой крупицей в его жизни. Возможно, наименее важной крупицей. Я чувствовала себя преданной, и всё это было отягощено чувством стыда, так как при том, что Фироз очень много значил для меня, моя роль в его жизни была иной. Но помимо этого, я не понимала, как Фироз мог ассоциировать себя с этими мятежниками, этими людьми, которые убивали из-за жадности, ради сказки? Они убили Ашика.

Я чувствовала, что мне было опасно находиться среди них. Я взглянула на шатры, окружавшие нас, и задумалась о том, кто в них жил, и кто мог слышать их разговоры.

— Я не понимаю, почему люди думают, что джинн может всё исправить, — сказала я, разозлившись на их легковерие.

Конечно, не встреть я Саалима, я была бы ещё более скептически настроена, но сейчас моё раздражение было вызвано тем, что понимая, как работала магия Саалима, я не могла отрицать их правоту. Если кто-то и мог изменить пустыню, так только он.

Выражение лица Рашида смягчилось.

— Конечно же, мы знаем об этом из легенды.

Я вспомнила, как Рафаль упоминал что-то о легенде, и позабыла о своих расстроенных чувствах.

— И что в ней говорится?

Вдруг у меня за спиной кто-то закричал:

— Что вы здесь делаете?

Я подпрыгнула, а люди за столом напряглись.

К нам зашагал Стражник, которого я узнала. Я видела его пару раз, когда разговаривала с Кадри — он был одним из её братьев. Он редко появлялся рядом с ахирами, поэтому не должен был узнать меня.

— Мятежники? — сказал он, сощурив глаза.

Я снова оглядела окружавшие нас шатры. Кто мог рассказать стражнику? Меня начало трясти от страха, и я представила, что мой отец сделает со мной, если меня поймают среди них. А потом я подумала о Фирозе и его друзьях — конечно же, их всех убьют. Я не могла этого допустить.

— Как хорошо, что вы пришли! — взвизгнула я, поднимаясь с подушки. — Да, здесь мятежники.

Друзья Фироза прорычали что-то у меня за спиной, а я подбежала к солдату.