Чтение онлайн

— Идем туда, незнамо куда, — недоверчиво хмыкнула Ялика.

— Ну почему же, — неопределенно пожал плечами мужчина. — Бывал я там, да и зверя чудного видел своими глазами.

Явно что-то недоговаривающий Охотник задорно подмигнул ворожее.

— Ребята, вот, соврать не дадут. Правда? —

Идущие чуть позади ребята как-то по-идиотски заулыбались и дружно закивали головами, будто фарфоровые болванчики, что так любили привозить с далекого Востока купцы.

— Ну, хорошо, — не стала спорить Ялика. — Пусть так. А Индрика ты чем ловить удумал? Всякий знает, что никакие путы его не удержат. И людей он чурается, ближе, чем на полет стрелы не подойдет.

Охотник скабрезно осклабился и заржал.

— Легенды гласят, — давясь мерзким смехом, заявил он, — что любит зверь дев, мужской ласки не ведавших. Уж так любит, что естество свое сладострастное по земле волочить начинает, едва такую издалека заприметит. Да только где нынче дев таких сыщешь?

Ялика смутилась, заливаясь пунцовой краской, и с некоторой опаской посмотрела на Охотника, который, ничуть не стесняясь, ощупал фигуру ворожеи неуютным оценивающим взглядом и тут же отвел глаза в сторону, чтобы скрыть разгоревшуюся в них звериную похоть.

— Да не бойся ты, — беззаботно махнул он рукой. — Есть средство куда как вернее. Придем, сама увидишь.

— Уж больно ты много для разбойника знаешь, — ожесточенно заметила Ялика и неприязненно спросила: — Я ж ведь не ошиблась в том, как ты и дружки твои на хлеб зарабатываете?

— На зверя лесного охотимся, тем и живем, — коротко бросил мужчина, мигом растеряв всякое желание продолжать беседу.

Презрительно скривившись, словно ворожея своими словами нанесла ему невыносимое оскорбление, Охотник легко перемахнул через поваленное дерево, и, не останавливаясь, пошел, как ни в чем не бывало, дальше, предоставив Ялике возможность самой разбираться с оказавшимся на пути препятствием.

— Ты что, и вправду решила вот этим вот помогать? — разъяренно зашипел ей в ухо меша. — Они же зверя сгубят, недорого возьмут, да и тебя заодно.

— Тихо ты, — едва слышно оборвала его ворожея, неловко перебираясь через заросшее скользким мхом и лишайниками бревно. — Надо для начала понять, что они задумали, чую, все не так просто, как Никодим считает…

Ялика осеклась, заметив, что один из дружков Охотника как-то недобро поглядывает в ее сторону, явно пытаясь расслышать, что там бормочет себе под нос увязавшаяся с ними деваха. Приветливо улыбнувшись, ведунья сделала вид, что просто решила приласкать умостившегося на плечах кота. Разбойник в ответ ощерил редкие зубы, но взгляд отводить не стал. Меланхолично поглаживая мешу, ворожея прошла мимо, но еще какое-то время чувствовала, как лиходей недоверчиво пялится ей в спину, следуя буквально по пятам.

Повисшее тугой пеленой зловещее молчание нарушал лишь сухой хруст веток под ногами, вкрадчивое шуршание потревоженной листвы, да редкие вскрики лесных птиц. Охотник, явно замысливший недоброе, не соврал. Болото оказалось недалеко. Яркое, с трудом пробивающееся сквозь плотные древесные кроны, солнце едва преодолело четверть своего обычного дневного пути, как под ногами путников жадно зачавкала насыщенная влагой земля. Частокол могучих лесных великанов сначала поредел, а потом и вовсе сменился зарослями высокого камыша да редкими белоствольными березами, приветливо вторящими шелестом раскидистых крон задорному кваканью лягушек и назойливому гудению приставучего комарья.

— Дальше идем след в след, — нарушил гнетущее молчание вдруг остановившийся проводник.

Когда все остальные сгрудились у него за спиной, толкаясь и мешая друг другу в бесполезных попытках не набрать в обувь вонючей болотной жижи, он указал пальцем на виднеющийся вдали заросший грязно-бурой травой высокий, чуть ли не до самого неба, холм, на вершине которого с трудом можно было углядеть груду камней. Должно быть, это все, что осталось от дольмена, о котором разбойник поведал Ялике по пути к болоту.

— Нам туда, — пояснил он свой жест и смело шагнул вперед. Против ожидания, как того искренне хотела бы ворожея, мужчина не ушел с головой в разверзшуюся под ногами трясину, заросшую обманчивой ряской.

— Тут, под водой, плиты каменные, — самодовольно заявил он и для подтверждения своих слов подпрыгнул на месте, обдав остальных зловонной тучей крупных брызг. — Навроде дороги. Ее, должно быть, проложили тогда же, когда и курган возводили, к нему она и ведет. Петляет только сильно. Так что в сторону ни ногой. Как так получилось, ведать не ведаю, а по сторонам от дороги трясина бездонная. С головой уйдете и охнуть не успеете, никто не поможет.

— И откуда ты такой всезнающий выискался? — недовольно буркнула Ялика.

Охотник зло посмотрел на нее и процедил сквозь зубы:

— Мнится мне, девчуля, что Никодим тебя с собой взял не для того, чтобы чужие секреты вызнавать.

Задумчиво молчавший все это время голова остервенело заиграл желваками и, наклонившись к самому уху ворожеи, ожесточенно прошептал:

— Мешать удумаешь — зарублю, так и знай, — он выразительно скосил глаза на висевший у него на поясе меч, сжав рукоять так, что побелели костяшки пальцев.

Меша оскалил зубы и попытался вцепиться когтями в лицо Никодиму.

— И животину твою беспутную, — мрачно добавил старик, с невероятной для своего немощного вида прытью уклонившись от острых кошачьих когтей, стремительно промелькнувших буквально в одном вершке от его глаз.

Ничуть не испугавшись прозвучавшей угрозы, Ялика разочарованно покачала головой.

— Кто он? — не терпящим возражений тоном спросила она.

— Друг, — вставая с нагло ухмыляющимся Охотником бок о бок, зло бросил Никодим. — Ну, а ежели тебе не по нраву такой ответ, то проваливай на все четыре стороны.

Решившая во что бы то ни стало докопаться до истины Ялика, старательно игнорируя когти меши, больно впившиеся в плечи, упрямо мотнула головой. Отчаявшийся привлечь ее внимание бесенок не выдержал и вцепился зубами ей в ухо. Ворожея тихонько охнула и рассеянно погладила кота по загривку.

— Идем уже, нечего время за зря терять, — решительно заявила она наконец. Митрофан разочарованно засопел, а потянувшиеся было к оружию головорезы, выжидательно затаившие дыхание у ведуньи за спиной, расслабились, пряча ехидные улыбки.

До кургана добрались уже после заката. Как и говорил Охотник, тайная дорога, скрытая толщей болотной воды, сильно петляла, порой делая чуть-ли не полный круг. Более всего своими прихотливыми изгибами она напоминала следы, оставляемые на песке неторопливо ползущей змеей. К тому же слой воды и болотной жижи в разных местах заметно разнился. Путники, ведомые настороженно выискивающим одному ему ведомые знаки Охотником, то споро шли по мелководью, поднимая тучи брызг, ошметки тины и вязкого ила, то едва заметно продвигались вперед, почти по шею погрузившись в застоявшуюся вонючую жижу и с большим трудом борясь с ее властным тягучим сопротивлением. Когда опостылевшая трясина осталась позади, а проложенная неизвестными, давно почившими в пыли веков строителями, дорога прихотливо зазмеилась по покатым бокам холма, Ялика вздохнула было с облегчением, искренне радуясь тому, что самая сложная часть пути осталась позади. Но, бросив мимолетный взгляд наверх, она готова была чуть ли не расплакаться. Темная громада древнего кургана нависла над ней необъятной громадой, попирающей своей массивной тушей небо, будто бы испуганно отпрянувшее куда-то в сторону. Разочарованной девушке только и оставалось, что, собрав остатки воли и неумолимо тающих сил, безропотно плестись следом за, казалось, так и не потерявшими молодецкой прыти спутниками.