Чтение онлайн

– Хорошо. Только я ведь не только об этом хотел с тобой переговорить.

– А о чем же ещё?!

– Говорят, нет худа без добра. Я не смог выбраться из номера до конца первого тайма, но часть второго я наблюдал с трибуны. И пришёл к выводу, что пенальти - это самое что ни на есть настоящее предательство. Пятанова никто не толкал, он сам пошёл на столкновение с игроком противника и сознательно коснулся мяча рукой.

Я понимал, что Игорь внимательно следил за игрой, но он видел динамичный момент и только один раз.

– Возможно, ты ошибаешься. Всё-таки, большое расстояние до места событий могло сыграть с тобой злую шутку.

Я пытался опровергнуть его предположение. Плохо было только то, что я и сам подозревал, что именно так всё и произошло.

– Нам нужно найти хорошую запись того момента. Иначе всё это будет голословно.

– Есть запись матча, которую сделал для тренера наш видеооператор. Мы можем сделать копию.

– Для начала нужно хотя бы просмотреть её.

* * *

Когда мы прилетели домой, Медведев сделал вторую попытку поговорить со мной. В этот раз он был более спокоен, но не менее решителен.

– Я хочу, чтобы ты пошёл со мной.

– Куда?

– К Максимовичу. Есть тема для разговора.

Он взял меня за локоть и собирался тащить силой.

– Уже поздно. Посмотри на часы.

– Тогда давай договоримся, пока у меня не пропал запал, что завтра утром встретимся в приемной босса.

– Давай я попробую отгадать, о чём ты хочешь поговорить с боссом. О предательстве?

– Да. Как ты догадался?

Отгадать тему предстоящей беседы с Максимовичем оказалось несложно. Возможно, к ней следовало тщательно подготовиться, но однажды он пошёл мне навстречу в похожей ситуации и я не мог отказать капитану сейчас.

– У меня была подсказка. Не одному тебе пришла в голову эта мысль. Хорошо, встретимся в приёмной босса завтра утром.

Спал я плохо. Нервы. В последних событиях нет ни капли моей вины, но я испытывал что-то похожее именно на неё. Предательство легло тяжким грузом на всех, и на того, кто предал, и на того, кого предали.

Догадаться, что Медведев спал не лучше меня, было несложно, достаточно было одного взгляда на его лицо. Мы рассматривали друг друга и без слов понимали, что нам предстоит тяжелый разговор.

– Вы не слишком зачастили с визитами ко мне?

Максимович был подтянут, подвижен. И в отличие от нас сохранил чувство юмора.

– Три кружки чая, - секретарше и, - прошу, - нам.

Мы уселись в мягкие кресла, что стояли у рабочего стола. Я провалился в своём, и стал смотреть на Максимовича снизу вверх, и в прямом, и в переносном смысле слова.

– У меня плохо со временем. Давайте сразу к сути дела.

Капитан посмотрел на меня и, поскольку я молчал, заговорил первым.

– Наш тренер сдал две игры.

Он выдохнул эту фразу и замолчал. Не её я ждал.

– Ни больше, ни меньше?

Голос Максимовича был нерешителен. Для меня произнесенная фраза не была неожиданной, но от этого она не стала менее неприятной.

– Уж точно не меньше.

– Доказательства.

Я решил, что мне пора помочь капитану:

– Пригласите нашего видеооператора с записями последних игр и попросите найти Пятанова. Думаю, он ещё в гостинице.

Секретарша, занесшая чай в кабинет, тут же получила указание своего начальника и поспешила продемонстрировать свою готовность немедленно исполнить его.

Максимович смотрел мне прямо в глаза, ожидая продолжения. Но, ничего не услышав, спросил:

– Что я должен увидеть на записи?

– Эта мысль пришла сразу нескольким игрокам команды. Пятанов умышленно заработал пенальти, а это игрок, пришедший с Золотовым.

– Может быть, он и заработал умышленно пенальти, но где связь с тренером? Ведь тренеры обычно не так сливают игры.

Со времен моей игры в тотализатор я знал, как тренеры сплавляли игры. Достаточно было выставить вместо стержневых игроков неопытных, и команда заваливалась. Игроков основы тренер всегда мог обвинить в утрате спортивной формы и мотивации. Я понимал, что сами по себе ничьи не доказывают вины тренера. Не он терял мяч, не он промахивался из выгодных положений, и не он фолил в штрафной площади.

– Доказательственная база слаба, поэтому-то мы и пришли к вам. Команда теряет свои очки и с этим нужно срочно что-то делать.

Медведев решил помочь мне:

– Пока мы ещё команда, но если срочно ничего не предпринять, то она развалится. И мы упустим предоставленный нам судьбой отличный шанс...

Горечь последней фразы отдалась эхом в наших головах.

Пришёл видеооператор с записями обоих матчей. Он удивился, обнаружив меня и Медведева в кабинете генерального директора клуба. Максимович забрал диски и попросил его подождать в приёмной. "Не хочет допустить утечки информации".

Хозяин кабинета с нашей помощью нашёл эпизод игры, предшествующий нарушению в штрафной площади и мы втроём стали просматривать этот фрагмент матча. И хотя Максимович предупредил нас, что у него плохо со временем, но мы вновь и вновь просматривали этот эпизод. Не менее десяти раз. Расстояние было достаточно большим, а эпизод динамичным и всё вкупе не позволяло с уверенностью утверждать, что Пятанов совершил фол намеренно. Однако подозрение упорно возникало. Мы ещё и ещё раз просматривали игровой эпизод, но не могли прийти к окончательному выводу. За этим занятием нас и застала секретарша, когда сообщила Борису Романовичу о появлении в приёмной вызванного игрока. Максимович остановил клавишей "пауза" работу компьютера и на экране монитора остался момент касания Пятановым мяча. Соперник не касался его тела руками.

Максимович попросил пригласить в кабинет футболиста. При виде Пятанова он резко вскочил, сделал два шага в его сторону. Желание стереть в порошок предателя легко читалось на лице президента клуба. На лице Пятанова промелькнул страх, и это остановило Максимовича. Он взял себя в руки, но присесть новому гостю не предложил.

– Кто попросил вас нарушить правила в штрафной площади во время второго выездного матча?

Такая постановка вопроса была неожиданной для меня с Медведевым, и тем более для Пятакова. Ему хорошо был виден экран монитора, и он понимал, что мы просмотрели запись матча. Он затравленно смотрел на монитор и молчал, не зная на что решиться. Помощь пришла с неожиданной стороны.

– Я выплачиваю всю сумму по вашему контракту, он у вас до конца этого сезона. Вы сообщаете мне о том, кто попросил вас нарушить правила в присутствии этих свидетелей, - он кивнул в нашу сторону, - и уезжаете домой. Никуда: ни в РФС, ни в правоохранительные органы я сообщать не буду, вы просто уезжаете к себе домой.

Сделав паузу, Максимович добавил:

– Даю слово.

Последняя фраза склонила чашу весов. Пятанов решился. Очевидно, он посчитал, что видеозапись убедительно доказывала его вину. И если уходить из команды, то хоть не с пустыми руками.