Чтение онлайн

— Кто была следующая жертва?

— В соседнем доме жила одинокая старуха. Она раз в день выходила из квартиры. Я некоторое время следил за ней. А потом, когда она открывала дверь своей квартиры, просто зашел вслед за ней. С этой я уже чай не пил.

Мария Давидовна смотрела на парня. Вполне вменяемый юноша из хорошей семьи. Откуда в сознании человека возникают черные мысли, толкающие их на жуткие и ничем не объяснимые жестокие поступки?

Она уже не в первый раз задавала себе это вопрос и никак не могла найти на него ответ.

На утренней оперативке новый начмед — невысокий ростом мужчина — стоя у стола, долго рассуждает о принципе фондодержания и экономии средств поликлиники, о сложной финансовой ситуации и дороговизне расходных материалов. Практически все, кто смотрит на него, ничего не понимают. Но, тем не менее, все слушают с неподдельным интересом. И причина проста — врачи начинают понимать, что их зарплата если и изменится, то, скорее всего, в меньшую сторону. И еще все понимают, что возможности каждого доктора назначать обследование в том объеме, как все привыкли, будут сильно снижены.

Я тоже прилежно слушаю вдохновенную речь начмеда и думаю о том, что в нашей стране здоровье каждого гражданина становится излишней роскошью. Похоже, государство в лице областных и муниципальных чиновников собирается прикрыть финансирование, отправив лечебные учреждения в свободное плаванье по волнам рыночной экономики. Некоторые больницы станут богадельнями для нищих и убогих, медленно погружаясь в пучину и долго агонируя. Некоторые, за счет увеличения доли платных услуг в структуре медицинской помощи, останутся на плаву, и со скоростью черепахи будут двигаться к манящей линии горизонта. Часть больниц, став частными, вырвутся вперед, и полетят в светлую даль сытой и спокойной жизни. В любом случае, в проигрыше останется народ, который заплатит из своего кошелька за возможность общения с доктором, получив взамен то, что заслуживает.

Придя на рабочее место, я первым делом вижу новую прическу у Марины. Перекрасившись в рыжий цвет и уложив волосы, она изменилась.

— Прекрасно выглядите, Марина, — говорю я.

Марина, широко улыбнувшись и потупив глаза, отвечает:

— Спасибо, Михаил Борисович.

Вздохнув, я сажусь за стол и думаю о женском стремлении иметь своего мужчину. Сознательное или бессознательное, — это стремление заставляет их совершать поступки, которые порой излишни. Да, Марина, изменив прическу, изменилась и внутри. Она стала ощущать себя красивой, и это прибавило ей уверенности. Но — этим всё и ограничилось.

Может, конечно, Марине просто не повезло, и она решила очаровать не того мужчину. В любом случае, для меня наличие красоты является последним фактором в выборе полового партнера. Если таковой выбор и стоит на повестке дня.

— Ну, что у нас сегодня? — спрашиваю я.

— Полная запись и вызов на дом, — бодро и жизнерадостно отвечает Марина.

В кабинет входит пожилая женщина, и нормальный рабочий день, наконец-то, начинается. За пять часов я принимаю восемнадцать пациентов, и ни в одном случае у меня даже не возникает мысль использовать свой дар. Я просто выполняю стандарты по обследованию и лечению, порой даже не задумываясь над тем, что видит моё сознание. Тени, как на конвейере, проходят мимо меня, оставляя ощущение тупого равнодушия. Словно я штампую никому не нужные детали.

И мне это очень не нравится.

Нет душевного равновесия и морального удовлетворения.

Я не вижу смысла в своей работе. А это так сильно угнетает, что, глядя на очередного пациента, я не сразу понимаю, что он мне знаком.

— Здравствуйте, доктор. Это я, Усиков, — говорит мужчина.

И я вспоминаю. Рак толстого кишечника.

— Здравствуйте, Виктор Аркадьевич. Ну, и как у вас дела?

Усиков похудел. Точнее, он исхудал. В глазах появилась обреченность. В движениях отсутствует суетливость.

— Плохо. Всё отрезали, и вот, — он приподнимает рубашку, показывая на животе слева закрытую колостому, — кишку вывели. Теперь вот приходится постоянно следить за этим.

— Ну, это не самое страшное, что могло случиться, — говорю я, — бывает хуже.

— Куда уж хуже, — махнув рукой, говорит Усиков, — жизни никакой. Ни выпить, ни поесть вкусно.

Хмыкнув, я молчу. Ничего не меняется — жизнь измеряется количеством выпитого и съеденного. Если нельзя делать то, к чему привык, то, кажется, что жизнь становится ненужной и бессмысленной.

Но Усиков пока еще не научился умирать. Он не знает, как жить, но и совсем не хочет умирать. Он все еще надеется на то, что через некоторое время всё образуется, и он снова вернется к привычному образу жизни.

— Усиков, вы ведь на больничном листе у хирурга?!

— Да.

— Ну, и зачем вы ко мне пришли?

— Ну, — он пожимает плечами, — может, вы что-то доброе мне скажете.

— Нет, Усиков, ничего я вам не скажу. Сейчас вы наблюдаетесь у хирурга и вам надо от него ждать что-то доброе.

Усиков уходит, и мне кажется, что у него ничего не получится. Мужчина не хочет меняться. Он хочет, чтобы за него всё сделали и решили. Он готов немного подождать, но пусть придет кто-то и избавит его от болезни.

И таких много.

Стадо предпочитает верить в Чудо, во Всемогущего Бога, но никак не в собственные силы и в себя.

Тени мечтают о Волшебнике, который с помощью магии или неведомых ритуалов, решит проблемы. Если не все, то большую часть. Если не всего человечества, то тех отдельных представителей стада, которые менее всего этого достойны.

Ритмичный звук пробивался сквозь сон, заставляя инстинктивно прикрывать голову руками. Он изо всех сил отгонял от себя то ли музыку, то ли однообразный бой барабанов, но ничего не получалось. И это сильно раздражало — рваный сон не давал нужного спокойствия и ночного умиротворения.

— Сережа, проснись! Я уже больше не могу! Этот урод, и его дебильная музыка убивают меня!

Он услышал голос и открыл глаза.

На будильнике стрелки застыли на трех часах.

— Сережа, сделай что-нибудь! — плачущий голос жены, как отражение своего сознания. — Я больше не выдержу!

Сергей Глущенков сел в кровати и, протянув руку за одеждой, стал одеваться. Неторопливо и размеренно. В этом месяце это уже была третья ночь, когда они не могли спать, и самое неприятное, что завтра — понедельник. Утром жене в школу, преподавать старшеклассникам русский язык и литературу, а ему на завод — создавать детали для мотора истребителя. Собственно, он всё уже решил, поэтому торопливость и суета сейчас только навредят. Светлая голова и спокойствие — вот, что ему необходимо.